храме, в тени леса. Ее кожа была бела, движения тихими и плавными, а юные глаза с восторгом смотрели на красивого, умного и веселого молодого мужчину. Старшим жрицам следовало бы вмешаться, но они уже позабыли, каким пылким может быть молодое сердце. И пока они дремали под шепот нескончаемого дождя, молодая девушка решила, что в храм Томиято привели добрые ками, и что ее жизнь вновь не станет прежней, ведь она впервые в жизни влюбилась и успела нафантазировать себе светлое будущее рядом с любимым. И, хотя, мужчина ничего не обещал ей, он все же оказывал знаки внимания, отчего и был виноват во всем том, что случилось между ними одним поздним вечером, когда он потянулся к нежным губам девушки и та ответила на поцелуй.
Утром было удивительно тихо, спавшая на груди возлюбленного Минори настороженно прислушалась, не сразу понимая, что дождь, наконец, закончился. Она радостно улыбнулась, посчитав это хорошим знаком и стала любоваться безмятежным лицом спящего мужчины. Когда в маленькую комнатку проник, первый за долгое время, робкий луч света и коснулся ресниц Томиято, он проснулся.
— Дождь закончился, вскоре мы сможем уйти. Ты же покажешь мне те места, о которых рассказывал в своих историях?
— А мне хотелось, чтобы этот дождь не кончался, и я навсегда мог остаться в этом маленьком храме среди леса.
— Почему же? Что хорошего в нашем старом храме?
— Ты. И я.
— Но мы можем пойти куда угодно! Уверена, старшие жрицы не будут против. Ты же возьмешь меня в жены, ведь так?
— Моя прекрасная Минори, прости, но я не смогу жениться на тебе…
— Почему? Неужели ты уже женат? — у девушки похолодело в груди, разве мог Томиято оказаться изменщиком?
— Нет, я не женат. Но однажды обязательно женюсь и это будет политический союз, заключенный ради процветания нашей страны.
— Я не понимаю…
— Я принц, я путешествовал вместе со своей свитой, но в какой-то момент я сбежал от всех, чтобы хоть немного побыть одному, без всех этих условностей и правил. Но в конце концов я заблудился, а затем начался этот дождь…
— Тогда давай убежим, скроемся в горах и будем вести обычную жизнь.
— Я не могу поступить так. Я будущий император. Я не имею права ставить личное счастье превыше долга. Но я могу взять тебя во дворец и сделать наложницей.
Из глаз девушки ручьем потекли слезы, не о такой жизни она мечтала, не такую любовь вообразила себе, и теперь ей было горько и стыдно.
— Не бывать этому! — воскликнула она в сердцах и выбежала из комнаты, завернутая лишь в тонкий шелк.
Минори хотела выплакаться подальше от чужих глаз и пошла к озеру, взошла на тонкий длинный бамбуковый мосток, с которого жрицы часто ловили рыбу, но веревки, которыми были перевязаны стебли сгнили и мостик буквально рассыпался под ногами девушки. Младшая жрица стала тонуть, отчаянно барахтаясь в воде, но за время нескончаемого дождя озеро стало таким глубоким, что шанса спастись у нее не было.
В душе погибшей Минори было столько горя и отчаянья, что она не смогла обрести ни покоя, ни забвения. Но в ней не было злобы, потому злым духом девушка не стала. Она просто уснула на дне, среди длинных стеблей лотосов, покачиваясь в легком течение, словно в колыбели.
Томиято ничего не знал о гибели жрицы. Он прождал ее до следующего утра, надеясь, что девушка вернется и он сможет убедить ее отправиться вместе с ним во дворец. Но Минори так и не пришла. Тогда принц решил, что девушка хочет, чтобы он ушел. Мужчина вздохнул, обвязал вокруг своего запястья красный шелковый поясок девушки, который взял на память, и покинул старый лесной храм.
Прошло несколько лет, Томиято давно стал императором, но в его сердце по-прежнему жил образ юной жрицы. Даже сотни прекрасных девушек в его гареме не могли вытеснить образ нежной Минори. А когда многочисленные советники насели на него с вопросом женитьбы, Томиято понял, что желает видеть рядом с собой одну единственную девушку. Хотя императрица мать настойчиво устраивала своему сыну смотрины из самых красивых, воспитанных и родовитых девушек, мужчина не мог заставить себя пойти против своего сердца.
Разругавшись с матерью и поразив своим решением весь императорский двор, Томиято собрал повозку с лучшими подарками: богатыми украшениями, тончайшими шелками, всевозможными женскими мелочами, а также утварью и строительными материалами для лесного храма, и отправился в путь.
Найти храм было не просто, лес с тех пор стал только гуще, а забытые тропы почти заросли. Томиято боялся, что храм окончательно разрушился и он не найдет в нем Минори. Где еще искать девушку он не знал. Но вот показались полусгнившие ворота, висевшие на одной петле. Теперь они не могли защитить ни от лесных зверей, ни от разбойников. С волнением, Томиято устремился внутрь ветхих построек. Запах вареного риса убедил его, что храм еще обитаем, он ускорил шаг и вскоре увидел двух старых жриц, сидевших на полу и ловко поедающих палочками вареный рис с редькой.
У старух чуть не случился сердечный удар, когда перед ними неожиданно возник мужчина. Томиято долго извинялся и кланялся перед причитающими и охающими женщинами. Хотя он был их императором и по статусу и положению ему было не положено и не нужно так себя вести, мужчина не хотел еще больше нервировать жриц и решил вести себя как обычный мужчина. Когда старухи немного пришли в себя и узнали в своем неожиданном госте путника, что однажды жил у них во время дождя, Томиято спросил их про юную жрицу.
— Мы думали, Минори ушла вместе с тобой. Вы исчезли в один день. Мы долгое время сетовали, что вырастили девчонку такой неблагодарной. Ведь она сбежала, даже не попрощавшись с нами. Особенно тосковала по ней старуха Суеко. Она считала, что с Минори случилось что-то неладное, ее все тревожили странные сны. Думаю, это и сожгло ее изнутри, а, ведь, могла еще жить и жить. — ответила одна из жриц.
— Неужели Минори пропала, и я никогда больше ее не увижу? Эти годы я жил пустыми надеждами… — Томиято опустился на пол, не в силах справиться со своим разочарованием.
Жрицы разместили странного гостя и пришедших с ним людей, не задавая лишних вопросов и не терзая его душу. Томиято же провел всю ночь в угрызениях. Как он был глуп, что не разглядел своего счастья, не смог уберечь его. Нужно было везти Минори во дворец и делать своей женой, не слушая
