только шубку накинула, чтобы прикрыть разодранное платье. Но стоило мне подойти к двери, как мне на пути встала шаманка.
— А ты куда собралась? Сиди здесь и жди суда. Пока же отдай мне это! — проскрипела старая нахалка и занесла свои узловатые пальцы над моим амулетом. Я растерялась под ее напором, но стоило ей коснуться лаванды в стекле, как темницу озарил яркий лиловый свет. Зура зажмурилась, а я вдохновленная Богиней обошла шаманку, закрыла камеру перед ее носом и затворила засов.
— Ты что творишь, цветинка? Открой немедленно! — заверещала злыдня.
— Это ты будешь ждать суда здесь! — отчеканила я и поспешила за мужем. Только он занимал сейчас все мои мысли. Ведь он собирался биться без правой руки… Вернее без передней правой лапы, поняла я, выбежав из здания тюрьмы. На полигоне уже собралась толпа зевак. Горенцы с опаской смотрели на огромную пантеру, которая скалила свои острые клыки на истекающего кровью Харна.
Я моргнула, и вот уже перед грозным хищником, покачиваясь на трех лапах, стоял серый кот с узором на лбу. Огромный черный зверь, лоснящийся здоровьем, задрал морду к небу и ехидно засмеялся, почти как человек. От этого скрипучего звука у меня побежали мурашки по спине, а котик не испугался, воспользовался глупостью противника, подпрыгнул и вцепился в горло мощного соперника. Это был комок ярости: шерсть дыбом, хвост столбом. Пантера затрясла головой, пытаясь освободиться от захвата, но не тут-то было. Харн сжимал челюсти с остервенением отчаявшегося существа, прекрасно понимающего, что на кону его жизнь.
Бирл завалился набок и попытался разодрать пузо брату, чтобы отбросить соперника от собственной шеи. Бесполезно. Кот был слишком маленький, огромные лапы пантеры часто промахивались мимо верткого противника. Тогда черный хищник стал кататься по земле, пытаясь придавить настырного кошака. Харна нещадно мяло, но он не сдавался.
Я с ужасом смотрела, как мой муж все сильнее и сильнее сдавливает свои крохотные челюсти. Кровь брызгами разлеталась по кругу. Толпа смотрела на жестокую битву своего повелителя и его брата напряженно, у зрителей не было страха, народ ждал. В окружающей тишине было четко слышно тяжелое сопение дерущихся зверей и тихое дыхание каждого горенца. Я же не могла сдержать эмоции, мой шепот прозвучал как эхо в горах:
— Харн, прошу, выживи…
Мой муж вздрогнул, но пасти не разжал. Бирл гневно фыркнул на меня, и в этот момент серый кот уперся здоровой лапой в жилистую шею пантеры и рванул мордой в сторону. Захрустели хрящики разрываемой гортани, хлынула и забулькала кровь. Черный хищник еще дернулся пару раз в предсмертных конвульсиях и затих. Тишина стала абсолютной. Я поверить не могла, что раненный обычный кот в состоянии разодрать огромную пантеру. Это внушало страх, трепет и желание подчиняться такой стальной силе воли.
Мой кот внимательно осмотрел толпу.
«Что теперь? — недоумевала я, — Почему он не превращается в человека?»
Неожиданно в центр выплыла Светлолика и пропела своим слащавым голосочком:
— Повелитель Харн доказал, что ему нет равных по силе тела и духа среди нас. Но может быть, кто-то еще захочет бросить ему вызов?
Нахалка приподняла изящную бровь и осмотрела толпу. Я подскочила к ней и оттеснила от обессилевшего кота, истекающего кровью.
— Уйди прочь, дрянь! Это ты с Бирлом в сговоре подожгла казармы. Заключите ее под стражу! — потребовала я, найдя взглядом огромного Штруна, но тот отвел глаза, а белобрысая гадина засмеялась:
— Принцесса, зачем нам с Бирлом это надо? Рисковать собственным домом, ради чего?
— Чтобы избавиться от меня, ведь вы уже знали, что Харн попадет в вашу ловушку. Вы были уверены, что он мертв. Только ты, Светлолика, просчиталась! Бирл хотел сделать меня своей женой, ему нужны были породистые щенки, а не бастарды от шлюхи! — презрительно усмехнулась я, пришла очередь моей сопернице бледнеть, а потом и покрываться пятнами:
— Этого не может быть! Бирл ел с моих рук, — взвизгнула нахалка.
— Вы слышали? — обратилась я к толпе, — Она сама только что призналась, что была в сговоре с Бирлом, они хотели сместить повелителя!
— У нас каждый может бросить вызов королю, если посчитает его слабым, — заметил Штрун.
— Правильно! Бросить вызов и победить в честном бою. Но они-то плели интриги и били исподтишка! Это низко. Ее нужно судить! — взывала я к горенцам, но те продолжали хранить напряженное молчание.
— Меня будет судить повелитель. Осталось определить, кто им будет, — почувствовав поддержку толпы, снова кинулась в атаку Светлолика, — Так есть желающие бросить вызов Харну?
Я с ужасом осмотрелась. Большинство, потупив глаза, сутулили плечи, пытаясь стать незаметнее. Но вот в круг шагнул здоровенный блондин с косматой бородой и зычно гаркнул:
— Я бросаю вызов Харну!
У меня сердце упало в пятки. Серый кот еще сидел, но я видела по его затуманенным глазам, что он уже не в себе.
— Нет! — завопила я, — Это не честно! Харн ранен. Он только что победил. Дайте ему день на восстановление!
— В этом и смысл, принцесса, — презрительно кривя губы объяснила мне Светлолика, — Он должен доказывать здесь и сейчас свою силу, пока есть желающие ее проверить, — и, подмигнув, она обратилась к могучему блондину, — Молодец, отец, я знала, что амбициозность досталась мне от тебя.
Горенец оскалился, и я с ужасом увидела, как его зубы превращаются в огромные клыки, человеческая голова преображается в хищную рысью морду, а на руках появляются когти.
«Неужели это конец?» — испуганно подумала я, присматриваясь, у кого из толпы проще выхватить меч, чтобы встать на защиту мужа.
Глава 10. Шаманка
Неожиданно со стороны центральной дороги раздался громкий окрик, в котором отчетливо слышалась угроза:
— Сегодня я буду биться за повелителя Харна. Я принимаю твой вызов, Сауск.
Толпа дружно вздрогнула, а рядом со мной и Харном в круг прыгнул огромный косматый лев. Я видела его из окна, но стоять рядом и чувствовать, как сотрясается воздух от его дыхания, было жутко. В моей душе расцвела благодарность к генералу.
Отец Светлолики в мгновение ока принял человеческий облик и низко склонился перед грозным хищником, бормоча себе под нос:
— Я признаю власть повелителя Харна…
Его дочь, сердито поджав губы, стояла и с презрением взирала на своего мудрого родителя, но молчала под тяжелым взглядом льва.
— Есть еще сомневающиеся? — спросила я, внимательно осмотрев толпу, народ обменялся взглядами и начал расходиться. Я повернулась к коту как раз вовремя, успела увидеть, как он заваливается набок. Бережно взяв на руки мужа, я бросилась в терем. На пороге меня встретил мальчишка-слуга.
— У вас
