все так вышло, но прекрасно понимал: едва ли он мог хоть как-то на это повлиять.
– Я просто хотела, чтобы меня любили. Верила в чудо, которое не произойдет. Почему ты? Потому что все смеялись и издевались. Потому что для всех это было шуткой. Я, мои чувства. А ты единственный, кто не смеялся. Даже когда все было до смешного глупо. И ты единственный из всех, кто поступил на службу, чтобы защищать народ… И я наивно полагала, что ты сможешь защитить и меня тоже… А потом ты вернулся… Хотя мог умереть рядом с той же клеткой. – Переведя дыхание, она приподняла плечи и наконец взглянула на Саймона. – Не переживай. Все уже в прошлом, этого больше не повторится. Я благодарна за все, что ты сделал.
Быстрые слова Даны наполнили воздух, предельно точно попадая туда, куда не стоило. Ее желание настолько банальное, но в этом и вся прелесть. Быть кому-то нужным. Когда-то он желал этого так же сильно, но, как и Дана Шепард, совсем не от того человека. Тяжелый вздох сорвался с его губ.
Хорошо, что они закрыли эту тему. Возможно, это алкоголь развязал ее язык настолько, что она решила признаться в том, о чем раньше молчала. И может, он не хотел это слышать, зная в глубине души правду, не хотел знать, чтобы чувствовать себя менее погано.
– В прошлом… Это замечательно, – проговорил Крэйн, но не чувствовал того, что должен был после ее слов.
Он хмыкнул – не стоит продолжать дальше мусолить эту тему. Дана была права: все в прошлом, все осталось в той окутанной дымкой забытья жизни. Сделав еще пару шагов к Дане, Саймон присел на корточки и перехватил фляжку из тонких пальцев. Взгляд зеленых глаз метнулся в его сторону, но между ними все так же царило молчание. Поднеся фляжку к лицу, Саймон почувствовал отдаленно знакомый запах виски. В последний раз ему доводилось пить на дне рождения. Откуда Маргарита достала ту бутылку, он не знал, да и плевать хотел в тот момент. Правда, сейчас это было больше похоже на паршивый заменитель неизвестного происхождения.
На Крэйна бы вряд ли это подействовало. Раньше и алкоголем такое было сложно назвать, но сейчас каждый спасается как может. Слегка дернув рукой, Саймон услышал негромкий плеск. Осталось совсем мало. Он надеялся, что Дана этим не отравилась за время, проведенное в одиночестве. Две пары глаз недовольно уставились на него, и это вызвало только снисходительную ухмылку.
– Не думаю, что это хорошая идея. Тебе завтра на охоту.
– Прочитай мне лекцию о вреде алкоголя, – иронично бросила Дана, глядя на него снизу вверх. – Что взять с подрастающего поколения? М?
– Нет. Это не лекция, а просто дружеский совет. – Он улыбнулся и вернул Дане фляжку.
Вид у Шепард был отрешенный, наполненный безразличием ко всему, что ее окружает. Уже не было той ярости и отчаяния, которые лились через край. Только усталость, накопленная за прожитые дни. Ему все это было так знакомо. Каждый раз, глядя в зеркало, он видел это в своем отражении. Вопреки расхожему мнению, общая беда не сближает. Саймон испытал это на собственной шкуре уже столько раз, что не верил в этот бред, но сейчас казалось, что они были похожи друг на друга больше, чем кто-либо.
– Ты еще не ушел… – внезапно заметила Дана, слегка нахмурив брови скорее в непонимании, чем в возмущении. – Все-таки решил подождать неделю?.. Хотя, мне кажется, и недели не понадобится. После таких вот концертов Рик становится намного сговорчивее.
Крэйн ухмыльнулся. Остаться на неделю… После нескольких часов в одиночестве и тишине это не казалось паршивой идеей. У него появился какой-никакой дом с чистой постелью, в которой даже отсутствовали клопы. Саймон не обязан был со всеми контактировать, так что люди могут перестать быть проблемой. А работа могла помочь выбиться из сил под конец дня, чтобы уснуть до самого утра. То необходимое время, чтобы восстановить силы и отправиться дальше.
А еще здесь была Дана Шепард. Одна из немногих, кому не наплевать на других. Вряд ли это помогло бы ей выжить за пределами этих стен, но стоит признать – нужно много сил, чтобы видеть в этом отвратительном мире хоть что-то хорошее. Слова, которые были сказаны у Рика, пробудили в Саймоне чувство вины, смешанное с чем-то непонятным. Она ждала его, а он даже не думал о ней, а сейчас не мог выбросить ее из головы.
– А что ты тут делаешь?.. В смысле, тебе разве не дали домик или хотя бы комнату? Клэр обычно заботится о таких вещах.
– Да, мне дали дом в районе для проезжих. Можешь прийти на новоселье. Угощу чаем из хвои и ягод. Странно, но, видимо, все имущество прошлого жильца досталось мне по наследству. – Саймон хмыкнул и одернул ворот куртки. – Тем более у нас с тобой договор, Дана. Одна вылазка.
– В таком случае и я выполню обещание, а пока располагайся. Домик Феликса не самый плохой… Если у меня будет время к тебе заскочить, то… возможно. В свете последних событий у меня работы прибавится… И у тебя тоже, – усмехнулась Шепард, перекинув волосы на плечо, а после опустила взгляд.
В ее голосе Саймон не слышал ничего особенного. Новость, что он остается, не сильно обрадовала Дану. Так ему показалось, хотя сейчас было слишком поздно и она устала, или ей и правда было все равно. Может быть, это внимание к нему было ее стандартным общением со всеми? Может, для нее он не был таким уж и особенным? Смешно.
– Феликс, значит, ну, успеешь рассказать его грустную историю. – Он усмехнулся, наблюдая за тем, как Баффи недовольно фыркнула и спрыгнула с колен Даны, вздернув пушистый хвост.
Кошка беззвучно скрылась в тени, оставляя их вдвоем, хотя Саймон прекрасно понимал, что вряд ли они на самом деле были одни. Он бы не удивился, если бы из окон соседних домов показались любопытные глаза, которые смотрели на них и выдумывали новые сплетни. Люди обожают это, и в какие ни помести их обстоятельства – ковыряться в жизни ближнего своего останется любимым занятием, особенно когда вокруг не так уж и много развлечений.
– Тебе нужно поспать. Завтра у тебя сложный день, – произнес Саймон, задумчиво глядя на россыпь ярких звезд на небе. – Уже поздно.
– Да… Ты прав, нужно… – пробормотала Дана, неловко поднимаясь на ноги и кутаясь в одеяло. – Сладких снов, Саймон.
– Сладких снов, Дана Шепард.
Саймон сделал несколько шагов назад и махнул на прощание. Проводив ее взглядом, он отвернулся и побрел в сторону своего дома. Ночной воздух стал резче, предвещая первые заморозки. Луна, полная и холодная, стояла высоко, но уже начала
