нового супруга, она так и не смогла преодолеть себя. Ходить на свидания, искать новых отношений, снова отдаваться чувствам. Всё это казалось ей неправильным. Но, к сожалению, по закону, после удаления брачного тату, Мелани снова приравнялась к девицам на выданье. А глубина её скорби по почившему возлюбленному, по мнению распределительного центра, никак не мешала ей в поисках «новой любви».
Я разделяла её чувства.
Отдаться воле судьбы страшнее, но проще, чем вступать в новые отношения по собственной инициативе.
– Эх, знать бы ещё где найти, того самого идеального мужчину.. – прошептала я, вынимая мешки с крупой со дна очередной коробки. – Всё это так непросто..
***
Закончив с разгрузкой товара, я получила от Мелани оплату и вышла на улицу.
Несмотря на обеденное время, город тонул в преждевременных сумерках.
Я ускорила шаг, спеша на следующую подработку.
Женская солидарность была неотъемлемой частью нашей жизни, в которой всё ещё хотелось найти место для радости. Мы помогали друг другу, прекрасно осознавая, что нарушаем все возможные правила. Но именно протянутые друг другу руки – свет, который спасает даже в самые тёмные и непростые времена. Будь я совсем одна, давно бы сдалась.
Тяжёлое дыхание прохожих, хруст снега под ногами, шумные компании мужчин в руинах давно развалившихся зданий: Аковам утопал в нищете.
Как бы то ни было, я должна была сделать всё возможное, прежде чем покинуть сиротский приют. Печаль вперемешку с решимостью давно вели меня по выбранному пути: прежде чем поступить в Академию или выйти замуж, следовало заработать как можно больше денег. Шесть лет учёбы или решение будущего мужа навсегда запретить мне работать лишат меня возможности помогать тёте Арианне, и это поставит благополучие приюта под угрозу.
Но, отучившись, я могла бы получить официальную работу. Если же этот план провалится, останется только надеяться что мужчина, подобранный мне в супруги распределительным центром, согласится жертвовать часть наших доходов приюту.
Суждено ли моим надеждам сбыться?..
Прежде чем завернуть в нужный переулок, я огляделась. Ни зевак, ни служителей правопорядка. Юркнув за угол заброшенного здания, я быстро добралась до ступенек, ведущих в подвальное помещение. Металлическая дверь поддалась, и я вошла внутрь. Преодолев с виду заброшенный коридор, я отыскала нужный лестничный пролёт и поднялась на три этажа.
Я невольно поморщилась, увидев маленькую неоновую вывеску: «Леди и Бродяга».
Преступность в Аковаме явно страдала отсутствием вкуса. Трижды постучав, я стала ждать.
Засов издал короткий звон, и дверь отворилась.
Высокая черноволосая красотка осмотрела меня, а после заглянула мне за спину. Не обнаружив потенциального клиента, она скептически приподняла бровь.
– Меня ждёт Хейни, – пояснила я своё появление.
Не сказав ни слова, она лишь кивнула и отошла.
Пришлось задержать дыхание. Бывая здесь раз в неделю, я всё никак не могла привыкнуть к дурманящему, приторному аромату трав и масел, витающих в воздухе. Странное место: вычурная бархатная мебель, позолоченные рамы подобранных где-то картин, разноцветные двери приватных комнат. Слава высшим силам, мне не доводилось видеть, что за ними творится.
– Проходи, дорогая, – Хейни приветливо махнула мне, когда я вошла на кухню. Повариха, круглолицая женщина с пышными формами была, как и всегда, очень приветлива. Распределяя овощи по поддону, она понизила голос и прищурилась. – Ты слышала о нападении? Совсем недалеко, около мостовой, нашли истерзанное тело!
Аккуратно уместив верхнюю одежду в свободной ячейке шкафчика, я повязала фартук.
– Снова? Как неожиданно. – Слова сами сорвались с губ, но в груди холодком отозвался страх.
Удивиться этому мог только глухой и незрячий.
– Да, но на этот раз нападавший даже не потрудился замести следы. Говорят, там такое было, такое было..
Если бы я сняла платок, Хейни тут же заметила бы на моём лице улыбку. Несмотря на не самую радостную тему для разговора, манера речи этой женщины очень веселила. Неважно о чём она щебетала все те часы, которые мы проводили вместе, значение имели лишь её доброта и экспрессивность, которые пронизывали все слова Хейни.
Вымыв руки, я взялась за работу: первым делом привела в порядок поверхности, прибрала использованную посуду и кухонные принадлежности, помыла и очистила оставшиеся на подносах овощи и фрукты.
***
– В новостях их уже прозвали демонами, – продолжала разглагольствовать женщина, – я бы упала в обморок, повстречавшись с одним из них. А ты, Стелли?
Я сглотнула.
– Угу, я тоже. Конечно, да..– поспешила я поддакнуть, стараясь скрыть, как дрожат мои пальцы.
Я почувствовала себя загнаной в угол.
Сердце ёкнуло при мысли о так называемых демонах.. Безжалостные и опасные люди, которые последние пару лет всё настырнее терроризировали обычных граждан. Поначалу в них подозревали обычный преступный синдикат, но со временем пошли слухи о том, что некоторые преступники.. обладают мистическими силами. Из-за этого их всё никак не удавалось арестовать.
Властвуя и бесчинствуя на улицах города, они стали легендами, которыми теперь пугали детей, если те отказывались есть овощи или засыпать. Одни до сих пор не верили в существование этих демонов, другие боялись их настолько, что переставали выходить из дома.
– Как насчёт закончить сегодня пораньше, и домой? – Хейни достала из духовки последнюю порцию выпечки и уместила её на стол. – Что там осталось?
Я заглянула в отчёт.
– Галочек не стоит только напротив пунктов инвентаризации продуктов и проверки морозильного оборудования на складе.
– Вот и славно. Держи. – Она протянула мне несколько купюр. – Спасибо за помощь! Ненавижу понедельники!
Хейни вымыла руки и вернулась к сервировке последних блюд.
– Я не спешу и могу помочь, – предложила я скорее из нежелания снова возвращаться на улицы Аковама.
– Нет-нет. Ты и так делаешь слишком много. Тебя здесь вообще быть не должно. – Она весело подмигнула мне. – Беги, дорогая. И будь острожна!
Попрощавшись, я направилась домой.
Мороз настырно пробирался под одежду, а плотный снегопад застилал глаза. Я шла быстро, стараясь не привлекать к себе внимания. К величайшему сожалению, ко мне всё же прицепился какой-то пьяница.
– Через десять минут комендантский час, – еле-еле выговорил он, – и что же такая крошка делает на улице совсем одна?..
Я ускорила шаг и свернула к набережной.
Прижав руки к телу, захотелось уменьшиться настолько, чтобы стать невидимой!
Незнакомец продолжал следовать за мной, донимая странными вопросами.
Перейдя по мосту через замёрзшую реку, я поспешила по знакомому маршруту.
– Да постой же ты! – Кричал он мне, привлекая к нам лишне внимание.
Так не хотелось попасть в неприятности…
Я поджала губы, пытаясь справиться со страхом, который всё сильнее сдавливал грудь.
Увидев на своём пути ещё троих мужчин, я вдруг поняла, что они могут присоединиться к
