даешь больше возможностей воспользоваться этим против тебя. Не корми чудовище, Нико.
Возможно, чтобы не видеть сердитого взгляда дяди, Нико смотрел на темные пятна крови, которые так и не отмыл с рук, и его сильные плечи опустились на целый дюйм. Возможно, это я была виновата, что кровососы притащились сюда, выследив меня, и Нико пришлось пойти на убийство, чтобы меня спасти. Какой бы ни была причина, но я почувствовала острое желание защитить его.
– Нико не виноват, – сказала я, и оба, не сговариваясь, обернулись ко мне, понимая, что я все слышала. – Это все из-за меня. Энджел покусала меня несколько дней назад и выследила здесь. Она пыталась меня похитить…
– Она приставила Милле пистолет к виску, – перебил Нико. – Если бы кто-то сделал такое с Фран, не думаю, что ты был бы к нему снисходительнее.
Соломон снова перевел на него ледяной взгляд.
– Даже не сравнивай мой брак со своим. Когда Сабина узнает, что ты убил кого-то из ее веергов, тебе придется за это отвечать. Ты знаешь священные законы, сынок.
– Не называй меня сыном.
Нико пошевелил искусственной рукой, сжимая и разжимая кулак, а затем быстро кивнул в сторону двери.
– Собирай вещи, Милла. Нужно увезти тебя отсюда на несколько дней на случай, если за тобой явятся дружки этой упырихи.
– Но…
Я перевела взгляд на бабушку, но та быстро покачала головой.
– Камилла, быстрее.
Я вернулась в свою разгромленную комнату и быстро собрала самое необходимое. Сложив вещи в сумку и повесив револьвер на пояс, я увидела, что Нико уже ждет меня в коридоре.
Он не оглянулся, чтобы посмотреть, иду ли я за ним, и не остановился, чтобы я могла его догнать и идти рядом. Он широкими шагами преодолевал коридор за коридором, пока мы не оказались у бокового входа, где около конюшни уже стоял готовый экипаж. В лицо ударил холодный полуночный ветер, остудив пот, выступивший на спине и шее. Однако одета я была легко, а одежду упаковала в сумку. Я обхватила плечи руками, и в этот момент экипаж, запряженный парой лошадей, быстро покатился по обсыпанной гравием подъездной дорожке.
Он резко остановился, и оттуда выскочили Адлер и Лотар, увидев, что мы стоим у открытых боковых ворот. На козлах сидел Гидеон, что был ко мне добр. Я не ошиблась, угадав его характер, когда он снял пальто и предложил мне, увидев, как я дрожу.
– Со мной все будет в порядке, Гидеон, но спасибо.
– Милла, ты уверена?
– Она же сказала, что в порядке, – бросил Нико. – Вы о телах позаботились?
Лотар ответил, снимая перчатки:
– Спустили вниз по Аде, чтобы трубы забило.
– Прекрасно. Мы поедем к нам в Ист-Энд, так что пришлите туда отряд, чтобы покараулили квартиру несколько дней. Та, что ее выследила, мертва, так что с ней все будет в порядке, но если явятся эти Серые Руки…
– Ясно, босс. Мы так и собирались сделать. Просто берите супругу и уезжайте туда, где безопаснее.
– Спасибо, Лотар. Следите за Сабиной и ее людьми, а мы пока ненадолго заляжем на дно. Увидимся на работе.
Остальные тихо согласились и быстро прошли в дом, снова оставив нас одних. Конюх подошел, чтобы забрать лошадей, но Нико его оттолкнул. Он сердито посмотрел на меня и указал на экипаж.
– Садись.
Резкий прилив адреналина закончился, и я осталась абсолютно без сил, как физически, так и морально, поэтому проигнорировала такое грубое обращение, чтобы избежать еще и головной боли. Подхватив чемодан, я двинулась к экипажу. Я продрогла до костей, а суставы отчаянно ныли после драки.
Нико придержал дверь, глядя куда-то вдаль, словно стараясь высмотреть что-то в стылом тумане.
– Прости, Нико.
Это все, что я могла сказать ему в качестве извинения за неприятности, случившиеся по моей вине этим вечером. Слишком большой ущерб. Я взялась за поручень, собираясь забраться в экипаж, но он подхватил меня за руку. В этот раз без всякой необходимости, ничто не заставляло его ко мне прикасаться.
– За что ты просишь прощения?
В его жестком и холодном голосе слышался металл.
– Потому что ты наконец понимаешь, зачем мой брат продал меня тому, кто предложил цену повыше, – ответила я, пытаясь обратить в шутку признание, которое меня сломало. – Арамис как-то сказал мне, что я, наверное, проклята, и смерть ходит за мной по пятам. Он еще сказал, что от меня неприятностей больше, чем пользы. Ты уже, должно быть, понял, что твоя инвестиция просто кошмарна.
Я крепче сжала ручку чемодана. Не знаю, зачем я ему это сказала. Его лицо не поменяло выражения, и было ясно, что ему все равно.
Однако он спас мне жизнь, хотя был вовсе не обязан этого делать, и теперь между нами была связь, отлитая в золоте, и золотая нить тянулась от моей души к его, нравилось ему это или нет. Он вздохнул, на секунду прикрыв глаза, как будто этим вечером почем зря потратил кучу времени и сил.
– Милла, сделай мне одолжение.
– Какое?
– Никогда больше не слушай этого дурака. А теперь садись в экипаж.
Глава 14
Камилла
Николаи Роман Аттано был даже богаче, чем я могла себе представить, однако количество квартир, которыми он владел, казалось несколько чрезмерным.
В Ист-Энде жили в основном представители среднего класса Роу, и дома здесь располагали вплотную друг к другу, чтобы экономить пространство. Нико остановил экипаж чуть дальше по улице, где его уже ждал человек в обычной одежде, чтобы вернуть экипаж в поместье.
– Увидимся утром, мистер Аттано, – сказал он и направил лошадей обратно в центр.
Нико подхватил мой чемодан и пошел по изрытой выбоинами мостовой в сторону домов, выкрашенных в черный цвет. Ночная тьма была заодно с уличными фонарями, растягивая тени по булыжникам под ногами и сливаясь с кирпичной кладкой. Мы остановились у не отмеченного номером неприметного строения в центре улицы.
Оглядевшись по сторонам, Нико открыл дверь и жестом пригласил меня войти. Прихожая вела в небольшую гостиную с изящной мебелью, которая, впрочем, выглядела, как будто ею никогда не пользовались. Шторы, похожие на вышитую паутинку, были задернуты, не пуская в комнату ни серый свет, ни непрошеные взгляды с улицы.
– Прямо за гостиной – кухня, там обычно всегда есть что-нибудь съедобное и чай. Ванная – сразу за кухней, но в этой квартире она одна. Спальня наверху.
Нико говорил быстро, как будто собирался отделаться от моего общества.
Спальня. В единственном числе. Значит, нам придется в течение нескольких дней спать в одной
