купелью, вложила свои пальцы в его ладонь.
Дракон не позволил мне ступить на снег или попытаться откопать тапочки. Он просто поднял меня на руки и понес к дому.
А я, глядя ему за спину, любовалась крохотными капельками, что отрывались от нас и возвращались в купель.
– Красиво.
Ферхард донес меня до двери в мои покои. Затем отпустил, позволив встать на ноги, а затем…
Его тяжелая ладонь легла мне на талию. Дракон склонился надо мной и, взглянув в глаза, низко произнес:
– Я хочу стать для тебя кем-то большим, Юлия.
Прерывисто вздохнув, я хотела ответить ему, но он коснулся моих губ указательным пальцем:
– Тш-ш, не отказывай мне сразу. Дай мне надежду.
Скользнув костяшками пальцев по моим скулам, дракон резко отступил и просто растворился в воздухе!
– Да кто ж тебе сказал, что я откажу? – сердитым шепотом спросила я.
А после затворила за собой дверь.
Кажется, у нас есть будущее?
Глава 7
Безжалостное утро вырвало меня из объятий сна. Так, за краткую долю секунду мне пришлось перенестись из счастливой нереальности, где мы с Ферхардом прогуливались по набережной, в холодную реальность, где Шайла заламывает руки у моей постели:
– Последний час прошел, тригастри-и-и-ис! Куафё-о-ор пришел. И завтрак остыл.
Последнее она добавила трагическим шепотом.
– Я уже здесь,– хрипловато выдохнула я. – Тряхнула бы за плечо.
– Ага, так я пыталась!
Бросив взгляд на свое тело, я со смешком признала:
– Вижу. Прости. Не поранилась?
Шипы, что защищали меня от нежеланной побудки, медленно втянулись обратно в кожу.
– Страху натерпелась только,– покачала головой Шайла. – Неужто не больно?
– Неприятно,– я пожала плечами и села,– иногда из двух зол приходится выбирать меньшее.
Завтрак действительно остыл, но в меня ничего толком и не лезло. День аудиенции настал и сегодня мне предстоит спасти себя и утопить Крессера.
Вот только есть немалая вероятность, что все произойдет с точностью до наоборот.
После быстрого, но тщательного душа меня передали в руки человека, который действительно называл себя куафёром. Он тщательно расчесал мои волосы, а после уложил в сложную, замысловатую прическу, на которую была водружена тиара.
Оная тиара, разумеется, съехала набок при первом же моем движении.
– Тц-тц-тц,– куафёр покачал головой, а после ловко оплел украшение моими же волосами.
Затем настал черед платья. Тонкое и невесомое, оно балансировало на грани приличий – отсутствие корсета и мягкость полупрозрачной ткани делали его слишком откровенным. Но закрытые руки и скромный вырез лодочка это все немного сглаживали. Точно так же как и многослойность юбки убирала излишние просветы.
Рукав платья скрывал плечи, а после расходился в стороны, ниспадая до пола, но при этом оставляя запястья и часть руки открытыми.
– Не нужно слишком много краски.
Куафёр, уже доставший кисти, осторожно спросил:
– Отчего же? Поверьте, тригастрис, я хорошо справляюсь со своей работой. В Рикарии сейчас не принято приводить много людей в дом, и мы, куафёры, стали мастерами на все руки.
– Дело не в этом. Я…
– Я связан клятвой,– он прижал руку к сердцу,– ничто сказанное вами не станет достоянием общественности.
– Я хочу выглядеть хрупкой и изможденной.
– Но при этом красивой,– он кивнул. – Поэтому ваши браслеты столь массивны и тяжелы – чтобы подчеркнуть хрупкость запястий. Я понял.
Он сотворил чудо. С одной стороны моя кожа чуть ли не светилась, но с другой… Под глазами залегли едва заметные тени, которые, одновременно, сделали взгляд более выразительным. Губы стали ярче, но краска была не видна. Ресницы тоже стали заметнее, но…
– Это великолепно.
– Если вы захотите, то я последую за вами в герцогство Эльтамру,– куафёр поклонился,– тригаст Ферхард щедрый и добрый хозяин.
– Я не могу ничего обещать.
«Зачем мне куафёр, куда ходить и чем ему платить за это?», думала я.
Но, одновременно, не могла отвести взгляда от своего отражения.
– Ох, такое ощущение, что вы вот-вот умрете,– всплеснула руками Шайла,– но при этом красивы настолько, что боги просто обязаны смилостивиться!
– А серьги лучше не вдевать,– вклинился куафёр,– чрезмерность портить образ.
– А так?
На моих мочках расцвели крохотные, полупрозрачные белые цветочки.
– Идеально. Вы Цветочница?
– Да.
– Пусть боги благословят ваш путь,– он поклонился.
А я запоздало спохватилась, что даже не спросила его имени. Он настолько был поглощен своей работой, что мы даже не перебросились парой слов. И…
– Вам плохо? – Шайла первой заметила, что мужчина немного покачнулся.
– Нет,– он грустно улыбнулся,– просто зелье перестало действовать. Я серый. Слабое и бесполезное существо, пережившее лихорадку. Количество болезней, которыми я переболел, измотало мой организм, так что я живу от обезболивающего до обезболивающего.
– Шайла,– я обернулась к служанке,– проследи…
– А то ж,– она кивнула,– герцог наш как раз новый контракт с целителем заключил.
– Вы добры,– куафёр осторожно сел на подсунутый служанкой пуф. – Благодарю.
Кивнув, я бросила последний взгляд на зеркало и вышла.
Пора. Оттягивать нет смысла. Более того, опоздание может поставить крест на всех моих попытках выкрутиться из этой щекотливой ситуации.
«Божественная подсказка бы не помешала», послала я запрос в небеса.
Но ответа не было. А жаль.
«Я не обладаю предвиденьем. Но считаю, что король останется в выигрыше в любом случае».
Ох, благодарю, Пресветлая. Хотя легче мне от такой подсказки не стало!
«Мне больно видеть разрушение мира. Разумные взрослеют, нужда в богах отпадает, и мы уходим, чтобы обновить себя и свои души созданием новых миров. Но если мир гибнет, то гибнут и привязанные к нему боги. Если не уйдут, конечно».
«Вы остались одна?».
«Да».
Ощущение божественного присутствия пропало, и я, поежившись, направилась к столовой. Вероятнее всего, герцог ожидает меня там.
Но на полпути меня перехватил дирр Вирго:
– Какое счастье, что вы уже готовы! Король перенес аудиенцию, герцог уже у кареты!
Мое сердце тревожно замерло, а через мгновение забилось в ровном, четком ритме.
Что ж. Перенес так перенес.
«В любом случае быть казненной по приказу короля куда интереснее, чем захлебнуться в не самых чистых речных водах», хмыкнула я про себя.
Расправив плечи, я последовала за стариком.
– Все обязательно утрясется,– шептал Вирго. – Не может такого быть, чтобы не утряслось.
– Вы, как и я, боитесь сказать: «Все будет хорошо»,– задумчиво проговорила я.
– Может, и нехорошо,– дирр пожал плечами,– но как-нибудь приемлемо – обязательно будет!
«И что я сделаю, если мне прикажут следовать за Крессером? Или оставаться с ним в покоях?», я прикусила губу. «Почему нельзя было попасть в тело удачливой счастливицы?!».
Правда, ответ на этот вопрос я уже знала – потому что спастись
