башне. «Если я раньше не соскользну в эту чертову пропасть», — за краем крыши, совсем рядом, призывно чернела бездна, на дне которой где-то далеко текла река.
Наконец, окно прилегающей вплотную к крыше башни. Как она и ожидала, невысоко, можно в него запрыгнуть на бегу, жаль только, закрыто. «Плевать!» — она с разбегу бросилась в окно. Звон и хруст стекла, и она рухнула на каменный пол в одной из комнат башни. Услышала, что Черная смерть не отстает, и бросилась вон из комнаты. В коридоре на шум обернулся проходящий мимо стражник.
— Эй, стой, — она машинально остановилась, и тут же пожалела.
Стражник подбежал к ней, что-то начал говорить, как из двери комнаты к нему метнулась тень, и мгновение спустя стражник уже безжизненно повисает на клинке Черной смерти, пронзившем его живот.
Волчья кровь сделала выпад, целясь наемнику под руку, но он успел увернуться.
— Надо было прикончить тебя еще тогда, вместе с ним, — выпалил он, тяжело дыша, и она с трудом задержала его удар своим клинком.
Он давил на нее, заставляя отступать к стене, снова, как несколько недель назад, когда ранил ее, и Волчью кровь прошил гнев. Она на удачу схватила его за плечо, где должна была быть недавняя еще рана и впилась в него пальцами. Ей повезло попасть прямо в точку, он вскрикнул и отступил назад. Она тут же напала снова, и ему удалось лишь частично увернуться, так что ее клинок распорол ему бедро, на пол брызнула кровь.
Но Волчья кровь с досадой подметила, что разрез поверхностный, несмертельный, зато теперь наемник в бешенстве. Он с удвоенной силой надвинулся на нее, нанося быстрые и сильные удары, заставляя ее продвигаться к показавшейся за углом лестнице, пока, наконец, не выбил из ее рук клинок. Он со звоном покатился по ступенькам вниз, исчезнув в полумраке.
Черная смерть нанес два быстрых удара: разбил ей нос и ударил в живот, отчего Волчья кровь, задыхаясь, согнулась пополам. Она пыталась справиться с искрами боли, застилающими глаза, и восстановить дыхание, надеясь, что у нее есть еще хотя бы минута. Но наемник отступил от нее на пару шагов, как будто ему требовалось еще время, чтобы решить, куда именно вонзить клинок. Его слова это подтвердили:
— Не могу выбрать, вспороть тебе живот прямо тут или, может, сбросить с башни? — она захрипела, снова обретая способность дышать, из носа и рта текла ручьем кровь. Она поняла, что прямо сейчас он не прервет ее жизнь в надежде еще поиграть, поэтому не торопилась показывать, что уже способна встать, а тихо и медленно достала короткий нож и сжала в руке.
Он склонился над ней и схватил за волосы, отрывая ее от пола. Ей почудилось, что от Черной смерти пахнуло ангрифами, но в носу была сплошная кровь и ее запах перекрывал все остальное. Внезапно она вывернулась, чувствуя, как волосы больно рванули кожу, и полоснула его по руке, державшей ее. Хватка Черной смерти ослабла, но на Волчью кровь уже опускалась другая его рука с блеснувшим в полумраке черным клинком. Она снизу ударила его в лицо основанием ладони — ощутила, как хрустнул его нос, — но и похолодела, понимая, что от клинка теперь не увернуться, хоть удар и должен пройти по касательной.
Черный клинок вспорол ей плечо и руку, неглубоко, но острый холод клинка сменился жгучей болью, она почувствовала, как горячая кровь намочила рукав. Рана отвлекла ее, она не успела напасть на наемника: он уже пришел в себя и снова двинулся на нее.
Прижимая к себе раненую руку, она помчалась вниз по лестнице. Может, удастся найти клинок? Или лучше уходить на крышу? Внезапный удар в спину вытолкнул из ее легких весь воздух, и она кубарем полетела вниз по лестнице. «Успел достать меня», — с досадой мелькнуло у нее в голове.
По счастью, она приземлилась на лестницу боком, на не раненую руку, но боль все равно разорвала ее сознание на клочки. Ей потребовалось несколько долгих секунд, чтобы прийти в себя уже лежа у подножия лестницы. Она с трудом оглянулась — Черная смерть неторопливо спускался к ней. Она увидела, как он снял маску с лица, явно насквозь мокрую от крови, и швырнул ее на пол, с отвращением сплюнул кровь.
— Надо признать, с тобой как-то особенно тяжело идет, видимо, чему-то твой Волк успел тебя научить, — хрипло сказал он, и эхо вторило ему.
Она огляделась, еще не в силах встать. Совсем рядом открытое окно, на нее даже попадают холодные капли дождя. Если выбраться в него, то ниже должен быть балкон с заброшенной оранжереей. «А если я ошиблась, то скачусь сразу в бездну», — подумала она, но шаги Черной смерти позади придали ей решимости. — «Если сразу погибну, то хотя бы испорчу ему веселье. А если нет, то появится возможность…»
Волчья кровь с трудом встала, с ужасом осознавая, что двигается гораздо, чудовищно медленнее, чем рассчитывала, и направилась к окну. Нестерпимо медленно залезла в окно, страшась, что Черная смерть успеет ее остановить. Но он, похоже, не поверил своим глазам.
— Эй! — только успел он крикнуть, как она соскользнула за окно.
Под ним — небольшой козырек крыши с крутым скатом, так что по мокрой черепице она быстро скользнула вниз. А почти сразу за краем начиналась крыша бывшей оранжереи. Стекло было вынуто, остался только скелет, который обрушился под тяжестью Волчьей крови, но и задержал ее падение, так что когда она упала на пустые ящики, ткани и горшки, то с радостью отметила, что было почти не больно.
На пол рядом откуда-то выпали ржавые ножницы. Волчья кровь подняла их, хотя надеялась найти что-то получше, но скоро огляделась и заключила, что это и есть лучшее: оранжерея была полна только бесполезного мусора, намокшего под дождем. В уже переполненные цветочные горшки с журчанием плескала вода с крыши, стекала потоками к полуразрушенному краю балкона и срывалась вниз. Она подняла голову: в окне этажом выше никого не было. Он уже идет за ней, но запутанные переходы башни могут дать ей еще минуту или две.
Дождь щедрыми каплями омывал ей лицо, и окровавленная вода стекала по шее под куртку. Намокшие волосы отяжелели и прилипали к лицу и рукам. В ране на руке щипало от воды.
Она сплюнула кровь, и вдруг почувствовала во рту вкус краски. Удивление почти сразу сменилось пониманием. «Укрепляющий раствор! Конечно, это же наша примета, стоит только не нанести — и придется куда-то нырнуть.
