стеклянный душ с раздвижными дверцами. С потолка свисали три массивные лейки тропического душа, а из разных частей стен выступали дополнительные насадки. Вдоль задней стенки тянулась удобная скамья.
Теон подошел к дальней двойной раковине и выдвинул один из ящиков, встроенных в столешницу. Оттуда он достал зубную щетку и тюбик пасты.
— Все твои вещи в этих трех ящиках, — сказал он, выкладывая их на столешницу. — Я попросил Пен взять фен и другие вещи. Они в том же нижнем ящике. Если тебе понадобится что-то еще, дай мне знать. Здесь есть щетка и расческа. Аксессуары для волос и косметика для тебя на туалетном столике, — добавил он, обводя рукой пространство.
Он достал несколько полотенец из высокого шкафчика рядом с душем и положил их на стойку.
— В душе есть все необходимые для тебя средства личной гигиены или ты предпочитаешь принять ванну?
Тесса покачала головой, крепко обхватив себя руками
— Душ — это прекрасно.
— Хорошо, — кивнул Теон, проводя рукой по волосам.
На подбородке у него была темная щетина, как будто он не брился с тех пор, как они покинули Акрополь. Если бы он не принуждал ее к своего рода прославленному рабству, она бы нашла это привлекательным. Но при таких обстоятельствах это лишь вызывало у нее раздражение.
— Хочешь посмотреть шкаф с одеждой сейчас или после того, как примешь душ? — рискнул спросить Теон.
— Можно мне хотя бы сначала почистить зубы? — спросила она, ненавидя себя за то, что приходится об этом спрашивать.
— Конечно, — сказал Теон, отступая в сторону. — Встретимся там.
Тесса почистила зубы. Дважды. И даже тогда рот все еще казался не совсем чистым. Она решила, что почистит его еще раз, когда выйдет из душа. Найдя на туалетном столике резинку для волос и убрав волосы в пучок, она подошла к гардеробной.
Она оказалась неправа. Помещение оказалось слишком огромным. Здесь смогли бы поместиться шесть ее маленьких спален. Одежда Теона занимала одну стену, в то время как женская одежда, обувь и аксессуары располагались на трех других. В центре находился островок с ящиками со всех сторон. Теон положил на него пару мягких легинсов и терморубашку с длинным рукавом.
— У тебя все еще болит кожа или все прошло? — спросил он, когда она вошла.
— Я чувствую себя лучше, — пробормотала она, все еще разглядывая огромное количество одежды и обуви.
Теон подошел к секции и достал из ящика пару тапочек. Тессе придется нарисовать долбанную карту гардеробной, чтобы запомнить, где что лежит.
— Ты можешь надеть это, — сказал Теон, кладя их поверх стопки одежды. — Поскольку носки — неподходящий вариант. — его губы дрогнули при этих словах, и Тесса одарила его равнодушным взглядом.
— Тебе нужно что-нибудь еще?
— Не думаю, — сказала она, потянувшись за одеждой.
Теон протянул ей наполовину полную бутылку воды. Но, когда ее пальцы сомкнулись на ней, он не отпустил.
— Пей медленно, — предупредил он.
— Да, Хозяин, — насмешливо ответила она.
Его глаза слегка потемнели, а на скулах заиграли желваки. Связь в ее груди резко дернулась от своих же слов…
Что?
Она расстроила его? Задела чувства? Ну и пусть.
Теперь, когда ее не рвало магией и не бросало в проклятую лихорадку, голова прояснилась, как никогда за последние дни.
И сейчас она раздражена.
И голодна.
И почему здесь нет окон? Из-за этого пространство казалось слишком замкнутым.
— Прими душ, Тесса, — наконец сказал он, отпуская бутылку с водой. — Я закажу тебе еду, чтобы ее доставили как можно скорее.
— Закажешь еду? Откуда? Здесь вообще кто-нибудь занимается доставкой?
— Наш кухонный персонал может приготовить все, что угодно.
— На кухне что, совсем нет еды? Я могла бы что-нибудь приготовить, когда закончу.
— Помимо того, что ты только что проснулась после четырехдневного сна, мой Источник не обязан готовить себе еду сам, — ответил Теон, направляясь к двери. — Кричи, если что-то понадобится.
Тесса отнесла одежду и бутылку с водой обратно в ванную и положила все это на раковину рядом с полотенцами. Она повернулась к душу и поняла, что не имеет ни малейшего представления о том, какие кнопки нажимать и какие ручки крутить, чтобы включить воду. После нескольких попыток методом проб и ошибок, ей наконец удалось запустить несколько душевых насадок и отрегулировать температуру так, чтобы ледяная вода потеплела.
Тесса нашла шампунь и кондиционер с ароматом лаванды и мяты, а также средство для мытья тела с ароматом жасмина. Она почти стонала, смывая со своего тела пот и грязь, накопившиеся за несколько дней.
Она понятия не имела, как долго простояла под душем. Но чем дольше стояла, тем больше ее разум пытался осмыслить ситуацию. Ничего из этого не должно было случиться. Ей постоянно говорили, что она никому не нужна. На нее едва ли обращали внимания, когда другие Наследники приезжали в поместье, чтобы понаблюдать за ними.
Она никто.
Как любила напоминать ей управляющая поместьем каждый раз, когда ее поведение нуждалось в исправлении.
«— Ты станешь слишком большой проблемой для любого королевства, чтобы они захотели взять тебя к себе. Разве ты не хочешь, чтобы тебя выбрали для службы в их домах, Тессалин? — с упреком произнесла мать Корделия, когда Тесса сидела в ее маленьком кабинете, за то, что снова оказалась за пределами поместья.
Ей все время говорили, что она поймет, когда зайдет слишком далеко, но она так этого и не осознавала.
— С чего бы мне хотеть служить в их в домах? — спросила Тесса, наморщив лоб.
Ей было всего шесть лет, но она была совершенно уверена, что это совсем не похоже на то, что ей понравилось бы делать.
— Это лучшее, на что может надеяться любой фейри, дитя, — строго сказала мать Корделия. — Если не считать того, чтобы быть избранной в качестве Источника, но тебе этого никогда не достичь. Ты слишком дикая. Слишком непокорная. Слишком большая проблема. Никто не захочет с тобой возиться. — вздохнула управляющая поместьем, перекладывая бумаги на своем столе. — Иди спать. Я не хочу видеть и слышать тебя до конца дня.
— Но сейчас только полдень! Я еще не обедала. А ужин… — запротестовала Тесса, но у нее перехватило дыхание от нехватки кислорода.
Мать Корделия происходила из рода Сефарины (Прим.: Серафина — Младшая богиня ветров) и в настоящее время она перекрыла Тессе доступ к воздуху.
— И ты не получишь ни того, ни другого до завтрашнего дня, — коротко сказала мать Корделия. — Будь благодарна, что на этот раз наказание ограничивается лишь этим. Или ты снова хочешь в подвал?
Широко раскрыв глаза и чувствуя, как горят легкие, Тесса покачала
