Красный Ангел - Хелен Харпер

— Я пригоню машину, — вмешивается Коннор, явно всё ещё желая помочь. — Но там немного бардак. Я не совсем понимаю, зачем ты её купила. Может, тебе лучше остаться на мотоцикле. Я могу навести порядок в машине, когда мы вернёмся домой.

Я бросаю взгляд на О'Ши. Невероятно, но он краснеет. Он кашляет. Решив спасти деймона, я ободряюще улыбаюсь Коннору, и он убегает.

— Что с тобой? — с любопытством спрашиваю я.

О'Ши словно обороняется.

— Что ты имеешь в виду?

— С Коннором. Такое ощущение, что у тебя школьная влюблённость или что-то в этом роде, — он не отвечает. — Девлин, — говорю я, — он очень молод.

— Он не ребёнок, Бо. Ты считаешь его юным, но на самом деле он гораздо взрослее, чем ты думаешь.

Возможно, он прав.

— Это на тебя не похоже. Обычно ты более… уверен в своих завоеваниях.

О'Ши переминается с ноги на ногу.

— И что?

Меня осеняет понимание.

— Он тебе действительно нравится, не так ли? Я имею в виду, действительно нравится.

Он пожимает плечами.

— Он хороший парень. Он…? — его голос затихает.

— Гей? — я пытаюсь подумать. Я никогда не видела Коннора с девушками, но и с парнями его тоже никогда не видела. — Не знаю, — честно отвечаю я. — Он немного невинный, О'Ши. Было бы нечестно с твоей стороны развращать его.

— Я тебя умоляю! Я бы не стал его развращать, — на лице появляется ухмылка, когда возвращается настоящий О'Ши. — Во всяком случае, не очень сильно.

Я оценивающе смотрю на него.

— Я могу узнать его предпочтения, — предлагаю я. — Но если ему это неинтересно, тогда ты должен пообещать, что отступишься.

— Нет, не делай этого, — умоляет он. — Позволь мне ещё немного пофантазировать. Я поговорю с ним, когда буду готов.

— Если ты уверен.

Он кивает, когда Коннор подъезжает и высовывается из окна.

— Несмотря на весь бардак, у этой машины есть характер, — говорит он. — Мы должны дать ей имя.

Я улыбаюсь.

— Как насчёт Барри?

Коннор улыбается в ответ.

— Мне нравится! Для краткости мы могли бы называть его «Баз»!

Я поджимаю губы и открываю заднюю дверь, отодвигая хлам в сторону, чтобы мы с Кимчи могли забраться внутрь. На этот раз О'Ши может поехать на переднем пассажирском сиденье.

***

Я просыпаюсь гораздо раньше, чем следовало бы, из-за непрекращающегося звонка моего телефона. Это особенно раздражает, потому что я наслаждалась довольно пикантным сном обо мне, Майкле (с хмурым выражением лица, которое до сих пор приводит меня в замешательство) и пакете ультрапастеризованных сливок. Я шарю по прикроватному столику, чтобы схватить его, тем самым нарушая сон Кимчи. Он вскакивает на ноги, ошибочно полагая, что пришло время кормления.

— Бо Блэкмен, — бормочу я.

— Прости, что разбудил, — говорит Фоксворти, — но я подумал, что ты захочешь узнать об этом сразу.

Я резко выпрямляюсь.

— Узнать что?

— Твои двое ушли.

— Что? — кричу я.

— Их не за что было задержать. Ты не смогла установить их личность на месте преступления. Не было ничего, что указывало бы на то, что они совершали что-то противозаконное.

— Их должным образом допросили?

— Бо, это несправедливо.

Я протираю глаза.

— Я уверена, что это были они. Это должны быть они.

— Ни тела, ни следов крови нет. Всё, что у нас есть — это разбитое окно и одна пуля, застрявшая в стене сувенирного магазина. Мы не можем задержать их на основании этих улик.

— Крови нет? — насколько хороша их чёртова бригада уборщиков? — Что с их машиной? — в отчаянии спрашиваю я. — Внутри должны быть какие-то следы.

— Мы не смогли её осмотреть.

— Почему, чёрт возьми, нет?

— В дело вмешался их адвокат. Нам было не на что опереться. Он хитрый ублюдок. И, — Фоксворти делает паузу, — сдаётся мне, он твой друг.

Мои глаза сужаются. Он, должно быть, шутит.

— Гарри Д'Арно.

— Он самый.

Чёрт возьми. Я вздёрну его, когда найду.

— У тебя хотя бы есть их адрес? — если полиция собирается их освободить, мне придётся разбираться с ними самой.

— Я не могу сообщить его тебе, Бо.

— Фоксворти, перестань. Я не собираюсь причинять им вреда. Я даже не буду с ними разговаривать. Но за ними нужно присматривать. Они хладнокровно убили кого-то!

— Возможно. Возможно, они кого-то убили.

Я в отчаянии качаю головой.

— Пожалуйста.

— Я действительно не могу. Но не волнуйся, я приставил к ним команду. Каждый их шаг будет зафиксирован. Если они твои убийцы, рано или поздно мы об этом узнаем.

Беда в том, что может оказаться слишком поздно: они могут убить снова. Меня гложет злое разочарование.

— По крайней мере, ты мне веришь, — говорю я наконец. — Я ценю это.

— Конечно, я тебе верю, — тихо отвечает он.

— Ты можешь назвать мне их имена? — умоляю я в последнем отчаянном усилии.

— Прости, Бо.

Я иду в ванную и смотрю на себя в зеркало. Затем я издаю нечленораздельный крик и бью кулаком по стене. Штукатурка отлетает, и мой кулак оставляет неприглядную вмятину и несколько тонких трещин. Кимчи тычется мне в руку и тихо скулит.

— Извини, — говорю я ему. — Я не хотела тебя напугать, — я смотрю на телефон в своей руке, размышляя, стоит ли звонить Д'Арно. Я всё ещё слишком взвинчена; я чувствую, как горячий гнев разливается по моим венам. Если я не смогу поговорить с ним как спокойный интеллигентный взрослый человек, я никогда ничего не добьюсь. Кроме того, я хочу посмотреть в глаза этому скользкому адвокату.

***

Я беру Кимчи с собой в офис Д'Арно. Я уверена, что собакам вход воспрещён, но мне всё равно: пусть только попробуют меня остановить. Мне помогает то, что я не пытаюсь скрываться. Я пользуюсь общественным транспортом и не пытаюсь прикрывать лицо. К тому времени, как я добираюсь до сверкающего фасада, у меня уже много последователей. Я не спрашиваю никого из тех, кто стоит позади меня, почему им нечем заняться, кроме как слоняться за мной по пятам; меня также не беспокоят непрекращающиеся вопросы от нескольких журналистов, которые решили присоединиться ко мне. Время от времени я опускаю руку в карман и касаюсь своего белого камешка, затем мило улыбаюсь в объективы камер и позволяю своим бурлящим эмоциям превратиться во что-то очень холодное и твёрдое.

— Вы не можете войти с ним сюда, — твёрдо заявляет швейцар.

— А что, если я скажу вам,