что он собака-поводырь?
— Это не так.
— Откуда вы знаете?
Он беспомощно смотрит на меня.
— Мисс Блэкмен, вы же не слепая. И я видел этого пса по телевизору. Он не обучен. Ни для чего.
Иногда эта слава работает на меня, а иногда — против меня. Я бросаю взгляд на Кимчи, который наслаждается всеобщим вниманием.
— Видимо, ты такой же знаменитый, как и я, — он виляет хвостом. — Почему я не могу взять его с собой? Он всего лишь собака, он никому не причинит вреда.
— Мне жаль. Таковы правила. Не я их устанавливаю.
Я обдумаю этот вопрос. Я не хочу, чтобы швейцар потерял работу из-за нарушения правил ради меня, но я не оставлю здесь своего пса.
— Кимчи, — говорю я самым ласковым тоном, на какой только способна, — в атаку.
Глаза охранника расширяются, и он отступает. Кимчи не нуждается в дальнейших поощрениях. Он подбегает к мужчине и, подпрыгнув, упирается обеими лапами ему в грудь. Затем он начинает яростно облизывать пуговицы на его рубашке. Я вхожу в здание.
Дойдя до ряда лифтов, я зову Кимчи обратно к себе. Он подбегает, хлопая ушами.
— Видите? — спрашиваю я, повышая голос достаточно громко, чтобы швейцар услышал. — Он очень хорошо обучен.
Мы с Кимчи заходим в лифт, а бедняга, весь в слюнях, смотрит нам вслед.
Моё присутствие в здании, несомненно, получило огласку. К тому времени, как лифт подъезжает к этажу Д'Арно, он уже ждёт. Женщина в очень короткой юбке подбегает с подносом и хрустальным бокалом с кровью. Я поднимаю брови.
— Обслуживание здесь определённо улучшилось.
Д'Арно одаривает меня профессиональной улыбкой.
— У нас теперь много клиентов-трайберов, Бо, в том числе несколько вампиров. Я рассказывал тебе о Семье Стюарт, не так ли? Мне пришлось расширяться. Мы приняли на работу более двадцати новых сотрудников.
— Рада за тебя, — фыркаю я. — Но меня интересуют не вампиры из списка твоих клиентов.
— Почему бы нам не пройти в мой офис? Твоё… — он бросает неприязненный взгляд на Кимчи, — …животное может подождать здесь.
— Собака останется со мной. И мне не нужно идти к тебе в офис. Я просто хочу знать, почему ты вчера взял этих двух новых клиентов.
— Я не понимаю, о ком ты говоришь, — спокойно отвечает он.
Я делаю шаг к нему. Женщина напрягается и отступает, но Д'Арно даже не моргает.
— О, — мурлычу я, — думаю, ты понимаешь.
— Ты имеешь в виду Эндрю Уайатта и Стивена Крида?
Я запоминаю их имена. Это оказалось проще, чем я думала.
— Зачем? — спрашиваю я. — Зачем брать их в качестве клиентов? Они не трайберы. Они позвонили тебе?
— Каждый заслуживает юридического представительства, Бо.
— Да, но ты страдаешь манией величия и помешан на трайберах. Ты бы не стал представлять их, если бы в этом не было что-то для тебя. Я хочу знать, что именно.
— В мой офис? — его лицо становится напряжённым. — Пожалуйста? Ты можешь взять с собой, э-э, собаку.
Я обдумываю это, затем любезно соглашаюсь. Мне понравилось выяснять отношения с ним на глазах у всех его сотрудников. Однако, если это означает, что он даст мне больше информации, я могу переключиться на конфиденциальность.
Д'Арно с облегчением улыбается и жестом приглашает меня следовать за ним. Мы проходим ряд за рядом мимо кабинок и комнат со стеклянными фасадами. За мной наблюдают из каждой. Я расправляю плечи и машу рукой, словно я королева.
Как только мы оказываемся в святилище Д'Арно, он предлагает мне присесть. Я вежливо отказываюсь.
— Я не совсем понимаю, зачем ты здесь, Бо, — говорит он, присаживаясь на край своего стола. — Это конфиденциальная информация для клиентов…
— Я не спрашиваю о государственных секретах, Д'Арно, — выплёвываю я. — Я хочу знать, как тебя наняли и почему ты взялся за это дело.
Он драматично вздыхает и проводит рукой по своим рыжевато-каштановым волосам, производя впечатление человека, на которого оказывают давление.
— Если бы это был кто-то другой, я бы попросил тебя уйти.
— Выкладывай. Ты меня ни на секунду не одурачишь.
Его глаза встречаются с моими, затем он улыбается и пожимает плечами.
— Справедливо, — он открывает ящик своего стола и достаёт оттуда белую карточку размером примерно А5. — Вот, — он бросает её мне. — Это было доставлено мне курьером около часа ночи.
Я замираю. По моим подсчётам, это случилось до того, как мы с О'Ши вошли в сувенирный магазин. Я читаю аккуратно выведенные чернилами слова.
«Сегодня ночью в окрестностях особняка Ренфрю могут быть арестованы два человека. Обеспечьте их скорейшее освобождение, и вы будете вознаграждены».
— И это всё?
— Было проще простого просканировать полицейские радиочастоты и выяснить, что произошло, — он многозначительно смотрит на меня. — Я, конечно, знал, что ты в этом замешана.
Я в замешательстве качаю головой.
— Почему тебя это должно волновать? — я размахиваю карточкой. — Это вообще ничего не значит.
Выражение лица Д'Арно терпеливое.
— Дорогая Бо. Ты хочешь сказать, что, если бы ты получила таинственное сообщение посреди ночи, ты бы проигнорировала его? Подобное послание привлекло бы внимание любого, — его глаза загораются. — Такая тайна и драматизм!
— Это мог быть розыгрыш!
Он цыкает языком.
— Особняк Ренфрю? После всей этой истории с ухом? Даже если бы это была шутка, ты думаешь, я бы лёг спать и забыл об этом? Нет, Бо, — ухмыляется он. — Если расследование по делу Тобиаса Ренфрю продолжается, я хочу, чтобы оно было активным. Кроме того, я не даром потратил время.
Я с подозрением смотрю на него.
— Что ты имеешь в виду?
Он широко улыбается, тянется к своему портфелю и торжественно открывает его.
— Мой аванс.
Внутри лежат три блестящих золотых слитка. Д'Арно берёт один из них.
— Можешь подержать его, если хочешь. Он не такой тяжёлый, как ты думаешь, но я могу заверить тебя, что он настоящий.
— Это прилагалось к записке?
— Нет. Они прибыли после моего возвращения, как только я добился освобождения Уайатта и Крида, — он подмигивает мне. — Кто-то пристально наблюдал за этим делом, и это была не только ты.
— Курьер…?
— Его, естественно, расспросили. Он ничего не знал. Это была анонимная доставка, организованная через интернет, — Д'Арно наклоняется ко мне, и его голос переходит в заговорщический шёпот. — Не знаю, как ты, но я в восторге.
Я закатываю глаза, хотя какая-то часть меня неохотно соглашается.
— Почему ты? — требую я.
Он выглядит оскорблённым.
— Почему не я? Я хороший юрист.
— Нет. Есть другая причина, — я обдумываю это. Держу пари, это как-то связано со мной и моими отношениями с ним. Впрочем, мне не обязательно говорить ему об этом. — Почему Майкл
