к их прогулке, но понимал, что это будет выглядеть жалко. А догонять напарницу и под вымышленным предлогом тащить в академию после слов, что меня не волнует их прогулка, было бы просто идиотизмом.
Так и сидел в окружении веселой толпы, пока зуд под кожей не заставил подняться и выйти на свежий воздух. А там сам не заметил, как оказался в академии. Сперва мерил шагами внутренний двор, а когда совсем стемнело, подумал, что Триша уже может быть у себя, и поднялся на наш этаж.
Ее комната была пуста — мне даже прислушиваться не пришлось. Я просто не чувствовал ее внутри. К моему облегчению комната Мела тоже пустовала. Значит, они все еще гуляют.
Остальные начинали возвращаться, а я все мерил шагами холл возле лестницы. Эмоции скакали от желания расквасить Арктону лицо и порыва высказать Трише все, что я думаю по поводу ее ночных прогулок до готовности просто закинуть ее на плечо, когда вернется, унести в свою спальню и поговорить откровенно обо всем, что со мной творится. И конечно же, не выпускать ее до самого утра. А лучше — до конца выходных.
Почуял ее еще на первом этаже. Или просто уже узнавал звук легких шагов. Триша явно была довольна прогулкой. Что-то напевала себе под нос, пока поднималась. А я едва не разнес кадки с чахлыми деревцами, что стояли в холле.
— Почему так долго?
Она ойкнула и шарахнулась в сторону, потом в лице мелькнуло узнавание, и Триша нахмурилась.
— С ума сошел?
— Ты время видела? И где Арктон?
Она выгнула бровь и нахмурилась. Спрятала руки за спину и отступила к перилам, держа между нами расстояние, которое я тут же сократил. Этот маневр повторился еще два раза, пока она не оказалась прижата спиной к ограждению. А я тщетно пытался усмирить клокочущую внутри бурю.
— Почему он тебя не проводил?
— Это не твое дело, но Мел проводил меня до академии.
— Все, что касается тебя — мое дело. Ты моя напарница, Триша, если вдруг забыла. Моя, а не Арктона.
— Если ты был так против нашего свидания, нужно было сказать, когда тебя спрашивали.
У меня зашумело в голове. То ли от слов Триши, то ли от алкоголя, который давно уже должен был выветриться. Я опустил руки на перила по сторонам от девушки, заключая ее в тиски на случай, если решит сбежать.
— Свидания?
Триша лишь невинно похлопола ресницами, заставляя меня с силой впиться пальцами в полированное дерево.
— Это было в перррвый и последний раз. — У меня прорезалось рычание, а Триш вдруг провела кончиком языка по губам. В груди взорвался огненный шар. Уже даже не пытаясь думать о том, что делаю, я наклонился, обхватил девушку за талию одной рукой, вторую положил ей на шею, комкая в кулаке шелковые волосы, и сам провел языком по нежным губам, ощущая слабый привкус вина. Аромат белых лилий окончательно затуманил разум, а когда Триша разомкнула губы и ответила на поцелуй, я ощутил, будто падаю в черную бездну. Но сейчас на это было наплевать. Слаживание, практика, недоверие, наше противостояние, сама академия с Драгонфордом и всем миром просто исчезли. Оставались только мы двое и какое-то нереальное притяжение, которое не позволяло мне выпустить Тришу из рук.
Поцелуй становился все глубже, мои руки уже блуждали по телу девушки, а в короткое мгновение, когда мы оба жадно глотали воздух, она так тихо и сладко выдохнула мое имя, что я просто потерял голову. Схватить, утащить, не выпускать.
Я уже собирался подхватить Тришу на руки, когда она вдруг уперлась руками мне в грудь и прошептала:
— Рэй, ты пьян.
— Так же, как ты.
— Мне нужно идти.
— Куда?
Я уперся лбом в ее макушку и совершенно не собирался ее никуда отпускать. Хватит. Один раз уже отпустил.
— К себе.
Триша провела пальчиками по моей груди, и я стиснул зубы, чтобы не зарычать.
— Лучше ко мне.
— Я серьезно.
— Я тоже.
— Ты ведь сказал, что тебе все равно.
— Это было давно.
— Мы можем поговорить завтра?
— О чем?
Она вдруг грустно вздохнула и оттолкнула меня.
— Доброй ночи, Рэй.
Я схватил ее за тонкое запястье, не давая уйти. Триша обернулась и посмотрела на меня с печалью в глазах.
— Чего ты хочешь?
— Тебя. — Я сказал единственное, что было у меня в голове. Я хотел ее до боли в теле, до огня в крови. Не просто овладеть один раз и забыть, а заполучить ее целиком. Тело, душа, сердце — все должно принадлежать мне одному. Никаких больше свиданий, никаких Арктонов или кого бы то ни было еще.
А у Триши в глазах отчего-то заблестели слезы. Она вырвала руку, бросила в меня «придурок!» и умчалась так быстро, что я не успел даже понять, что вызвало такую реакцию.
41. Триша
На этот раз я не позволила себе плакать. Пусть даже было до боли обидно от слов Рэя. Но я больше никому не дам обойтись со мной так, как обошелся Айланд. Все было практически один в один, как сейчас. Моя влюбленность, взаимное, как мне казалось, притяжение, вечеринка всего курса, легкое опьянение от искристого вина и весеннего вечера, объятия и поцелуи, продолжение в его спальне. И жестокое разочарование наутро. Когда оказалось, что один просто утолял свое желание, а вторая оказалась настолько наивна, что поверила, что все сказанные ночью слова были правдой.
И что бы ни говорил Мелвилл насчет ревности Рэя — я не поверю в это. Тогда и разочаровываться не придется. Да и как я вообще могла решить, что дракон за несколько часов переменит свое мнение? Приняла желаемое за действительное, а под воздействием алкоголя чуть не стала легкой добычей.
Больше я не позволю себе такой легкомысленности. Как бы мне ни хотелось обратного. Мои чувства не должны мешать мне быть хорошей напарницей, а значит, и в этот раз нужно просто их подавить. Заставить себя забыть обо всех эмоциях, которые вызывал во мне Рэйнард.
Мы — боевики. Мы умеем разложить свои чувства на составляющие, разобрать их по кирпичику и спрятать так глубоко, что и не найдешь. Ничто не должно отвлекать во время учебы и предстоящей практики.
— Доброе утро.
Я нашла в себе силы сказать это спокойным, будничным тоном, хотя к горлу на секунду подкатил ком. Рэй покосился на меня с удивлением, а потом ответил тем же. Спокойно, будто ничего и не было.
«Лучше просто забыть об
