Валлия - Лебедева Василина

Время за беседами, шутками, летело незаметно. Немного захмелевшие Марта с дедом Матвеем тихо беседовали, что-то вспоминали из прошлой жизни. Я, брат и Алина сидели отдельно, смеясь над рассказами Лёшки, и было на душе так светло и спокойно, что казалось, я вся пропитываюсь этой атмосферой умиротворённости. Только разочарование что Максим не приехал, тлело угольком в глубине души. Я даже не замечала, как время от времени «выпадаю» из разговоров задумываясь: «Может он всё-таки приезжал, а нас нет?» Но понимала, что он бы позвонил.

Прислушивалась к звукам за окном, бросала взгляды на уже чуть начинающее темнеть небо и неутешительно посматривала на часы, висевшие на стене. Опять бросила взгляд в окно, как услышала:

– Лейка, ты что-то отрешённая какая-то, – брат и Алина вопросительно на меня посмотрели, – О чём мечтаешь? В каких облаках витаешь?

Улыбнувшись, качнула головой:

– Не мечтаю. Иногда вспоминаю сегодняшний сон. Ещё хочется на улицу выйти, прогуляться, взбодриться. Да и в шубке покрасоваться, а то когда ещё случай будет? – Выкрутилась, сказав первое, что пришло на ум и не ошиблась.

– Ой, я бы тоже прошлась, – Алина зевнула и потянулась, – после всех съеденных вкусняшек в сон начало клонить.

– Ну так, а чего тогда сидим? Пусть вон Марта с дедом дальше сидят, а молодёжи требуются движения. – Алексей поднялся и тоже потянулся. – Дамы, приглашаю вас на прогулку, – он манерно поклонился, едва сдерживая улыбку, – Выгуляю вас и ваши шубы.

– Тьфу ты, дурак, – Алинка хлопнула его по спине, – Выгуливают собак! – я же рассмеялась.

– Приношу вам свои глубочайшие извинения. Прогуляю вас и ваши шубы, – он опять манерно поклонился и получил от меня и Алины шутливые подзатыльники.

– За что? Я тут понимаешь, перед ними расшаркиваюсь, и где спрашивается благодарность? Поклоны где, реверансы?

– Иди уже, – мы с Алинкой со смехом подтолкнули Лёшку на выход, – Кавалер ты наш выгуливающий.

Мы уже собирались выходить, как услышали звук подъехавшего автомобиля. От волнения сердце участило ритм, ладони вспотели. Почему-то верилось, что это Максим всё-таки приехал. Когда мы вышли на улицу, я от досады чуть не расплакалась: из остановившейся рядом с домом машины вышел незнакомый мужчина, девушка и мальчишка лет пяти.

Алина с Лёшей, проходя мимо, поздоровались с мужчиной, поздравили с праздником и пошли дальше, я же замешкавшись, с горечью разочарования смотрела на прибывших.

На крыльцо вышли дед Матвей и Марта, тепло с ним попрощавшись, она подхватила меня под локоток и повела мимо приехавших. Также поздоровавшись, и поздравив друг друга, мы пошли по направлению к нашему домику.

– Хорошо-то как! – Марта, откровенно наслаждаясь, глубоко дышала морозным воздухом, приподняв лицо и довольно щурясь под лучами уже собирающегося к закату солнца. Я оглянулась на приехавших, но Марта дёрнула меня за локоть.

– Не подглядывай.

– А это кто?

– Зять Матвея с детьми. Каждый год приезжает, но Матвей ни разу с ним не заговаривал. Только с внучкой общался. Сегодня вот решился всё же поговорить.

Мы не спеша шли по становке. Под ногами похрустывал снег, отдалённо доносились чьи-то разговоры, смех. Я поглубже натянула капюшон.

– Марта.

– М-м-м?

– А что всё-таки случилось у деда Матвея? Я знаю, конечно, что лезть в чужие тайны не хорошо, но мало ли, сболтну чего лишнего, не зная ситуации.

– Ох, Лия, да никакая это не тайна, – она вздохнула, – Давно это было, где-то года через четыре как умерла Дарёна, жена его. Матвею очень тяжело было. Сыну тогда уже годков так тридцать, наверное, было, а дочери-Марьяне только двадцать, по-моему, исполнилось. Он почерневший весь от горя проглядел дочь, а та влюбилась в оборотня из другой стаи. Хотя тот сразу ей сказал: «Не пара ты мне, но и отказываться от тебя не буду», хорошо хоть честен с ней был. Как не убеждал Матвей дочь, что, мол, подожди немного, пару свою поищи, та ни в какую, люблю и всё. Ну что тут поделаешь, стали они жить вместе, даже не регистрировались. Дочь родилась, и было девчушке лет семь, как отец поехал на заработки, да и повстречал пару. Оттуда уже с ней приехал. Марьяне сказал, что от дочери не отказывается и помогать в любом случае будет. Предлагал остаться в стае его жить, мол, выделят им дом, но Марьяна дочь забрала и к своему отцу приехала. Замкнутой стала, на дочь вообще внимания не обращала. Матвей, как только не пытался её к жизни вернуть, но та скандалы устраивала, чтобы оставил её в покое, не лез в душу. Прошло так месяца три. Матвей одним днём по делам вынужден был уехать, а Марьяна, собрав вещи дочери, отвезла девочку к её отцу, а сама как из той стаи выехала, так и пропала. Дня через четыре нашли её в двухстах километрах отсюда, застреленную в голову. Разбираться долго не пришлось, сама застрелилась. Матвей тогда сюда в становку и приехал. Вот так вот. А зять хороший мужик. Дочь вырастил, институт оплачивает, словом никогда не попрекнул и каждый год вон сюда ездит.

– А почему же дед Матвей тогда с ним не разговаривает. Он его винит?

– Да нет, конечно! Он вообще ни с кем не разговаривал, даже с сыном. Просто закрылся в себе. Может сегодня и удастся им поговорить. Кто знает? Ну ладно, хватит о грустном! Пойдём-ка лучше чай пить.

Марта, Алина и Лёша зашли в дом, а я осталась на улице – хотелось немного постоять одной. Скинув капюшон, я закрыла глаза и стояла, приподняв лицо к небу. Рядом послышался хруст снега и я, чуть улыбнувшись, повернула голову на звук.

– Привет.

Рядом с домом, опершись на стену, стоял Максим. Расслабленность, охватившую меня, как ветром сдуло, губы растянулись в радостной улыбке.

– Привет. С праздником. А мы тебя не ждали, – ляпнула, не задумываясь, а когда дошло, стало стыдно за свои слова. Он, отвернувшись, усмехнулся.

– То есть ждали, конечно, просто Алина сказала, что ты очень занят, праздник, заботы, ну и всё такое, – закончила уже бубня себе под нос, чувствуя, что щёки заливает яркий румянец. Максим медленно подошёл ко мне и остановился в паре шагов.

– Повернись.

– Зачем?

– Полюбоваться на тебя хочу.

Да уж, лицо, наверное, полыхает как маков цвет. Опустив глаза, я медленно прокрутилась на месте.

– Тебе очень идёт.

Я кивнула:

– Спасибо. А как же стая? В смысле тебе же надо там за порядком приглядывать?

– Ничего, разберутся и без меня. Тем более я ненадолго. Может, прогуляемся? – Он согнул руку в локте, предлагая опереться на неё. Я, смущённо ухватившись за его локоть, пошла рядом.

– Как прошёл праздник?

– Хорошо. – Я открыто улыбнулась. – Ходили в гости к деду Матвею, прекрасно посидели, потом к нему родные приехали и мы ушли. Как у тебя?

Мы медленно шли вдоль домов, Максим изредка кидал на меня взгляды, и от этого становилось как-то радостно и жарко, словно происходило нечто волшебное, то ради чего ждут праздник.

– Ну-у, у меня совсем не празднично. Поздравление стаи и как ты сказала: «Заботы и всё такое».

– А кто там сейчас за порядком следит? Ну, пока тебя нет.

– Один из старейшин.

– А справится? У старейшин сильный дар?

– Справится, – он опять усмехнулся, я же насупилась. Максим, заметив это, с улыбкой наклонившись, чмокнул меня в нос, от чего хмурое выражение моего лица быстро сменилось на радостное. Я робко придвинулась к нему ближе, крепче обхватив локоть.

– Не дуйся. Старейшины достаточно сильные не в плане дара, а в умении с ним работать.

– Расскажи о них. Чем они занимаются? Это самые пожилые оборотни стаи?

Максим накрыл своей рукой мою ладонь, лежащую на его локте.

– Старейшины – это как должность, их избирают. Всем не меньше ста тридцати лет. Достаточно образованные, прожили в стае не меньше восьмидесяти лет. Что ещё рассказать?

– А чем они занимаются?

– Много чем. Ни одно дело, разбирательство, направление развития стаи не проходит без их одобрения. Все вопросы оборотней стаи решаются только с их участием.