и сострадание.
— Король Голлайя верит, что вы предназначены быть его Мизрой. — Её взгляд скользнул к моим крыльям.
Я нервно теребила кисточки на завязках плаща, которые свисали на колени.
— Что произойдёт во время Ритуала Сервиум? Сервиум означает «избрание», верно?
Она снова обратила внимание на статую.
— Да. Оно также означает «служение». Это право короля выбрать свою Мизру во время избрания.
— Это я знаю, — саркастично заметила я.
Она посмотрела на меня.
— Быть избранной Мизрой короля — это привилегия.
— Это не привилегия — быть вырванной из своего дома, чтобы стать его… — я не смогла закончить предложение.
— Чтобы стать его, — договорила она, не добавляя лишнего. — Он будет защищать и охранять вас превыше всего. Он будет оберегать вас больше, чем свою жизнь. Он будет служить вам, как вы будете служить ему, родив наследника.
Я нахмурилась, глядя на Далью с недоумением.
— Все ли короли так относились к своим Мизрам? Я читала, что отец короля Голлайи убил свою Мизру, мать Голлайи. Закиэль сделал всё наоборот.
Она неожиданно улыбнулась.
— Король Голлайя не его отец. Он серьёзно относится к своим клятвам.
Лёгкий ветер прошёлся по деревьям, зашелестев листьями, и я снова обратила взгляд к роще. Погода начинала меняться, приближалась зима.
— Один из моих учёных в Иссосе говорил, что фейри-призраки не верят в брак так, как фейри луны. Этот ритуал похож на церемонию лунного союза? На объединение двух фейри?
— Многие фейри-призраки завершают Ритуал Сервиум, но они выбирают спутников, а не Мизру, как король.
— Но спутник подразумевает только двоих. Я буду всего лишь его главной наложницей. Он возьмёт других, как только у него появится ребёнок, — добавила я с горечью.
Она ничего не ответила, не стала говорить, что я ошибаюсь. Я была не настолько наивна, чтобы думать, что даже знатные мужчины Иссоса не брали любовниц за спиной своих жён. Фейри-призраки делали это открыто.
— Некоторые мужчины из рода фейри-призраков выбирают только одну спутницу, — тихо добавила она.
Я встретилась с её золотым взглядом.
— Но не король.
Её улыбка была немного печальной, когда она сказала:
— Он всегда будет защищать вас.
Но он не будет верен мне, как только я рожу ребёнка. Почему меня так одолевала эта мысль, я не знала. Я должна была радоваться, что буду вынуждена делить его постель лишь недолго. Но тяжесть на душе сдавливала грудь, делая дыхание затруднённым.
Я глубоко вдохнула.
— Расскажи, что произойдёт на церемонии.
— До церемонии мои жрицы и я отведём вас под дворец.
Я вздрогнула, резко повернув голову к ней.
— Нет, — поспешно добавила она. — Не в подземелье. Не в ту часть дворца. Глубже. Там есть пещера, оставшаяся от бога Викса. Там находится озеро под названием Нäкт Ликензель. Оно отмечено богами. Каждая Мизра должна омыться в этом озере в ночь церемонии. Там мёртвые говорят с живыми.
Она замолчала, опустив взгляд на свои руки.
— Мизры иногда получают видения от богов. Если боги сочтут её неподходящей, она может пострадать.
— Что ты имеешь в виду?
— Некоторым даются болезненные видения, которые наносят вред фейри. А некоторые вообще не возвращаются живыми, — сказала Далья ровным тоном.
Я уставилась на неё в шоке.
— Вы хотите сказать, что я могу умереть? — Мой голос сорвался на высокой ноте, пронзённый внезапной тревогой.
— Король Голлайя уверен, что вы предназначены ему. Он утверждает, что этого с вами не случится.
— Конечно, если король Голлайя так говорит, значит, всё будет прекрасно, — сказала я, скрестив руки, чтобы скрыть дрожь страха, пробиравшего меня до самых костей. Я уставилась на статую. — Что будет потом? Если я переживу своё омовение в озере?
— Мы отведём вас обратно в вашу опочивальню и покроем ваше тело священными символами. Затем вас проведут в тронный зал, где будут ждать король и его двор.
— Покроете? — Я нахмурилась, не понимая.
— Всё ваше тело. От шеи до самых ступней, чтобы все могли увидеть ваш демонический знак и убедиться, что вы здоровы и способны родить наследника. В таком виде вы пройдёте круг по залу, чтобы каждый смог взглянуть на вас. Затем вы займёте своё место, преклонив колени в круге под троном короля. Он зажжёт фейри-огонь, окружая вас, символизируя свою защиту, после чего произнесёт церемониальные слова Ритуала Сервиум. Затем он возьмёт вас в этом круге. И укусит.
Я уже дрожала, пытаясь представить, как смогу пройти через его двор нагой, чтобы все могли осмотреть моё тело и убедиться, что я достойна стать матерью королевского наследника фейри-призраков. Унижение от этой мысли захлестнуло меня. Но последнее заявление полностью выбило меня из равновесия.
— Вы хотите сказать, что он… завершит союз в тронном зале… перед… — я сглотнула с усилием, — перед всеми?
— Это обычай для королей фейри-призраков. Так он показывает всем, что выбрал её, и никто больше не имеет права прикоснуться к ней. Только его семя породит ребёнка, и ничьё другое. Это традиция.
Это было варварством.
Мой желудок перевернулся, нахлынула тошнота. Я не могла найти слов. Даже спросить, зачем он будет меня кусать.
— Простите меня, — я резко поднялась и поспешила прочь.
— Не бойтесь, Мизра, — позвала она мне вслед. — Это честь, которую он вам дарует.
Я горько рассмеялась её словам, с трудом проглатывая горечь в горле, слёзы жгли глаза, а в сердце поселилось разочарование.
Феррин стоял неподалёку, дожидаясь меня. Сегодня его назначили сопровождать меня. Его хмурое лицо стало ещё мрачнее, когда он заметил моё состояние и бросил строгий взгляд через моё плечо на Далью.
— Вы в порядке, Мизра?
Я прошла мимо него, не замедляя шага.
— Нет. Я не в порядке.
Он быстро догнал меня, встав рядом.
— Мне вызвать короля?
— Зачем звать его? — удивлённо ответила я, продолжая спешить к заднему входу во дворец. — Он не сможет мне помочь. Он причина моего страдания.
Феррин ничего не сказал, но следовал за мной в замок и вверх по задней лестнице, словно был в силах защитить меня от бурлящих во мне эмоций. Я прикусила губу, чтобы сдержать звук, но слёзы всё равно покатились по щекам.
— Мизра, пожалуйста, позвольте мне помочь вам, — сказал он с искренним сочувствием. Когда-то он казался мне холоднее своего брата-близнеца Мека. Теперь же его доброта заставила меня плакать ещё сильнее.
Я споткнулась на ступеньке и глубоко вдохнула, слёзы текли всё сильнее.
— Пожалуйста, Мизра, — он протянул руку.
Я взяла её и позволила ему поддержать меня на лестнице, опираясь на него, чтобы не рухнуть на ступеньки.
— Я не справлюсь, — прошептала я себе.
— Справитесь, — уверенно ответил Феррин, продолжая нести почти весь
