заставила отстраниться друг от друга на мгновение, мы стояли, касаясь лбами и тяжело дыша.
Виктор провел рукой по моей щеке, убирая выбившуюся прядь. Его глаза в бликах магического света сияли.
— Понимаешь теперь? — спросил он хрипловато. — Чувствуешь разницу?
Я могла только кивнуть, прижимаясь губами к его скуле. Да, теперь я понимала.
Его рука скользнула ниже, обвила талию и прижала меня ближе.
— Останешься? — тихо спросил он, и его горячий шепот обжег висок. — На завтрак.
Я откинула голову, чтобы смотреть ему в глаза. В них бушевали те же чувства, что и во мне. Я снова кивнула, мне казалось выбор уже сделан. Что он и так все чувствовал через прикосновения, через нашу сливающуюся магию.
— Да.
Короткий ответ снял последние преграды. Уголки губ Виктора тронула легкая, почти невидимая улыбка. Он взял меня за руку и повел за собой прочь из оранжереи.
Мы молча прошли по темным коридорам в его спальню.
Здесь царил сдержанный порядок, запах чистого шелка, кожи и едва уловимого одеколона, каждая деталь комнаты отражала ее хозяина. Большая кровать с темным деревом изголовья, тяжелые портьеры, приглушающие свет. Ничего лишнего, ничего показного.
Виктор обернулся ко мне, все еще держа за руку. Его взгляд скользнул по моему лицу, по платью, и в нем вспыхнуло такое жгучее желание, что мое сердце забилось как сумасшедшее. Но Виктор по прежнему действовал неспешно, будто взвешивал каждое движение. Его пальцы едва касались моей кожи легкими, пока он одну за другой расстегнул застежки моего платья на спине, и каждый раз по моей коже пробегали мурашки.
Платье мягко соскользнуло на пол. Я не чувствовала ни стыда, ни уязвимости. Только нарастающее, почти болезненное ожидание и странную, уверенность под его пристальным взглядом, в котором горело одобрение.
Затем Виктор снял собственный пиджак, отбросил его в сторону. Когда мы избавились от последних преград в виде одежды, руки Виктора снова нашли меня. Его ладони скользили по моим бокам, касались изгиба талии, обрисовывали контур плеча. Я отвечала тем же, позволяя пальцам пройтись по твердым мышцам его спины и груди. Он вздрогнул под моим прикосновением, и этот крошечный признак утраты контроля заставил меня улыбнуться про себя.
Он снова поцеловал меня, уже глубже и нетерпеливее. И на этот раз между нами не было преград, не было расстояния. Только кожа к коже, тепло к теплу, и тот самый, непрекращающийся энергетический обмен, который окрашивал реальность в золотые и лиловые всполохи даже за закрытыми веками.
Позже, в глубокой ночной тишине, я лежала на широкой кровати, застеленной шелковым бельем. Голова покоилась на груди Виктора, и под щекой я чувствовала мерный, сильный стук его сердца. В спальне царила тишина, нарушаемая только нашим ровным дыханием.
Физическая усталость растекалась по мышцам, но внутри царила не пустота, а странное, глубокое спокойствие. Страхи, отчаяние, каменная тяжесть предательства Сайруса, все это отступило, притупилось. Их место заняла трезвая, холодная ясность.
Виктор не солгал. Это было иначе. Союз на уровне инстинктов и магии, более честный, чем любой подписанный документ.
Но что теперь?
Я закрыла глаза, но мысли не спешили уходить.
Приданое Бель украдено. Сайрус разорил нас еще до развода. И я боялась, что он не уйдет просто так. Не оставит нас в покое.
Единственное утешение Бель. Кажется, она по-настоящему взрослеет. Но взросление дочери несет новые тревоги: Себастьян, Люциан, ее курсы…И этот запутанный клубок предстоит распутывать не мне.
А я… А я лежала в доме другого дракона. Я приоткрыла глаза и посмотрела на спящего Виктора. В полумраке его лицо казалось моложе, черты мягче, без привычной властной строгости. Могущественный, умный и, как оказалось, способный на уважение и “честный обмен”.
Но полагаться только на него было бы глупо. Я не собиралась повторять старые ошибки. У меня теперь была своя магия. Лавка, которая начинала приносить доход.
Но глядя на спящего Виктора, я понимала, что у меня есть намного больше. У меня есть точка опоры.
Глава 14
Я проснулась от солнечного света ласкающего кожу и на мгновение не поняла, где нахожусь. Это была не моя комната в старой лавке тети Мелинды. Чужая постель.
Но память быстро вернулась, и вместе с ней пришло тепло, разлившееся от груди до кончиков пальцев. Я лежала в огромной кровати в доме Виктора. Рядом спал он сам, повернувшись спиной, его дыхание было ровным и глубоким.
Я медленно села, стараясь не шуметь, и огляделась. За окном ясное морозное утро. В комнате стояла тишина, прерываемая лишь тиканьем старинных часов.
Я чувствовала… легкость. Такую, будто с меня сняли тяжелый, мокрый плащ, который я носила двадцать лет. В голове была чистота и ясность. И я была счастлива и свободна.
Страх, что Виктор окажется таким же, как Сайрус, растаял этой ночью. Его магия, его прикосновения были другими. Не требовали, не забирали, а предлагали и отдавали.
Я вспомнила о Сайрусе. В его доме я всегда чувствовала себя самозванкой. Боялась, что меня разоблачат как ненастоящую, недостойную. Поэтому терпела его холодность и пренебрежение. Была уверена: чтобы что-то получить, нужно постоянно заслуживать. И никогда нельзя быть до конца уверенной, что заслужила.
С Виктором все было наоборот. Сначала я нашла себя сама. Потом поверила в себя. И только тогда позволила ему подойти. И поняла самое важное: с ним не нужно ничего заслуживать. Достаточно просто быть собой. Быть Алисией со всей своей силой, слабостями и прошлым.
Я тихо встала, надела платье, аккуратно сложенное на стуле, и оглянулась на спящего Виктора. У меня не было желания будить его. Все, что нужно было сказать, мы сказали прошлой ночью, и не только словами.
Но оставаться на ночь мне не стоило. Я ведь не предупредила Изабель! Она наверняка волновалась.
Я вышла из комнаты и спустилась по лестнице. В холле меня уже ждал дворецкий с моим пальто. Он молча помог одеться и открыл дверь.
На пороге меня догнал Виктор. Он успел надеть простые брюки и рубашку, но волосы остались растрепанные. Он не стал целовать меня, просто взял за руку, крепко сжал и посмотрел в глаза.
— До вечера? — тихо спросил он.
— До вечера, — кивнула я, и улыбка сама появилась на моем лице.
Мы поняли друг друга без лишних слов.
Я вышла на пустующую площадь. Воздух был колючим и свежим. Я почти бежала домой, полная энергии и желания поделиться новостью с Бель. Что у нас с Виктором все наладилось. Успокоить ее, если она разволновалась из-за моего
