Невеста Черного Герцога, или Попала в драконий переплет! - Наталья Самсонова

«Вердани. Чтобы возглавить герцогство без крови и волнений. Чтобы стать спасителями, а не поработителями…».

Прилетевший назад Лидан бросил к моим ногам небольшой мешочек. В нем оказались спрятаны все мои покупки и даже пара пшеничных зернышек.

Стиснув семена в руке, я принялась выращивать самый главный и самый нужный цветок. Цветок, чей аромат беспокоит, волнует и пугает. Цветок, который заставляет людей болтать лишнего…

– Вот этот нужно пристроить рядом с теми, кого подозревает герцог, а вот этот – рядом с Крессером.

И вновь Лидан слетел с моего плеча.

– Не хочу пропустить,– проговорила я.

Дирран Кассери согласно кивнул и мы поспешили навсегда покинуть храм. Хотя…

– Что будет со жрецом?

– Ничего хорошего, ему больше не доведется увидеть белый свет. Но и умереть он не умрет – жреческая братия по-своему справляется с внутренними проблемами.

Мне, признаться, совершенно не хотелось знать подробностей, а потому я лишь кивнула и устремилась на улицу. Тем более что там происходило нечто интересное.

– Зачем они здесь? – сощурилась я, увидев диррани Вердани.

На плечах драконицы лежал подбитый мехом плащ. И я ясно чувствовала свой цветок, который покоился где-то в складках богатого одеяния.

«Молодец, Лидан», мысленно похвалила я ворона. И в ту же минуту он плавно опустился на мое плечо.

– У них был тот же вопрос,– усмехнулся дирран Кассери. – Они хотели остаться дома, чтобы проследить за приготовлениями к вашему возвращению.

– Мое возвращение явно не планировалось,– вздохнула я.

Ответ целителя не сделал происходящее понятней. И я, оглядевшись, нашла взглядом Ферхарда. Вздернув Крессера на ноги, он магией волок мерзавца к каретам.

– Что происх…

– Тише, тригастрис, молю. Полог неприметности тяжелая вещь,– прошептал дирран Кассери.

Крессер, бившийся в жгутах магии Ферхарда, выглядел так жалко и сломлено, что мне хотелось смеяться. Нет, меня не радовал его страх…

«Не лги себе», подумала я. «Мерзавец заслужил все и даже больше. Что бы ни происходил дальше, Крессер все это заработал. Стоит начать с того, что смерть Эльсиной Тремворн на его совести».

И мне, если честно, это было до дрожи непонятно. Ведь ясно, что влюбленная девочка за толику ласки и тепла весь мир окутает своей силой! Увы, но мне не достало воспоминаний о том, как Крессер впервые пришел к ней с семенами.

«Матушка так сильно запугала Эльсиной, что девушка и слышать ничего не хотела о развитии своего дара», прошелестел в моей голове голос Богини.

«Вы здесь, Пресветлая».

«Я была здесь с самого начала брачного ритуала. Если бы твой дракон не пришел, то мне бы достал силы вмешаться. Но дальше я мало что могу сделать. Найду тебе сестер по дару и усну. От меня мало осталось», голос богини не внушал былого трепета.

Либо я привыкла, либо она действительно изрядно ослабла.

«Боги сильны человеческой верой», вспомнила я. «Что ж, думаю, в Черном Герцогстве не будут против почтить Пресветлую».

– Это он!

Тонкий взвизг Софьеррель заставил меня вздрогнуть.

– Фер, клянусь, это один из служителей Киссар. О боги, он обманул нас всех.

Драконица прижала руки к губам и явно готовилась упасть в обморок, вот только…

– Да что ты,– едко выплюнул Крессер,– еще бы ты меня не узнала. У Киссар ты без меня справилась, красавица.

Все-таки мое похищение это совместная работа Софьеррель и Крессера, но неужели все прошло без Тайверри?

– Как ты смеешь обвинять меня? Я едва не сошла с ума! Лишь осознав, что Эльсиной в салоне я сразу же, сразу же поставила в известность нашу охрану! Ни минуты не потратила зря,– выкрикнула Софьеррель.

Крессер же захохотал. Он заливался смехом, а после потребовал, чтобы его развернули лицом к герцогу:

– Знакомы ли тебе длинные изумрудные серьги? На витой цепочке, с инкрустацией из бриллиантовой крошки? Серьги парные, но выглядят по разному – левая подобна виноградной лозе, а правая в виде плюща. И все это от того, что…

– Что раньше это было две пары серег,– выдохнул герцог,– а после по одной было утеряно.

– Вид не имел значения, ведь истинная ценность была в изумрудах – они несли в себе чистую магию. Магию, которая помогала женщинам выносить ребенка,– продолжил Крессер. – Ты найдешь эти серьги в моей келье, в сундуке.

Лидан каркнул и несколько воронов слетели с близлежащих деревьев.

– Здесь весь клан? – нервно спросила Софьеррель.

– Я искал свое сокровище,– ровно проговорил герцог.

Но я видела, что ему не по себе.

«Что-то пошло не так», ясно осознала я. «Какие-то серьги, беременные женщины… У Ферхарда есть беременная любовница?!».

Поежившись, я вышла из-под полога неприметности и медленно направилась к герцогу. У него достало сил улыбнуться мне и шепнуть:

– Я не хотел впутывать тебя в это все.

– Мне казалось, я итак по уши в этой истории,– тихо рассмеялась я.

Крессер бросил на меня взгляд полный ненависти:

– Все из-за тебя, мерзавка.

– Ты не смеешь обращаться к тригастрис,– резко произнес герцог и чуть шевельнул кистью.

Это этого движения жгуты крепче сжали тело Крессера и тот едва слышно застонал. Ему было больно и страшно. Как мне.

– Мы поменялись местами, Крессер,– тихо проговорила я. – Не думаешь, что стоило отступить?

– Я видел, как ты играла с цветами,– прошипел он. – И я пришел тебе на помощь, когда ты осталась одна. Но ты не захотела чаровать для меня!

– Я многого не знала, а ты ничего не объяснил,– скупо проронила я. – Прошлого не изменить.

– Зато можно посмеяться,– выплюнул он.

– Над чем? – я недоуменно вскинула брови.

В этот момент из церкви вышел высокий, худощавый мужчина. В руках он нес холщовый мешочек. Передав его герцогу, оборотень вновь обратился вороном и взлетел.

Вытряхнув на ладонь украшения, герцог с болью прошептал:

– Те самые. Откуда у тебя родовые артефакты Эльтамру?!

И Крессер захохотал. Его «посмеяться» превратилось в громкий, заливистый хохот. Пугающий хохот – нормальные люди не издают таких звуков!

– А-а-а,– выдохнул он, когда растратил силы,– узна-ал. Ты не думай, я эти цацки не с трупа снял. Выкупил у разорившегося артефактора. Он все свое состояние за них отдал, надеялся, что сможет очистить и перезачаровать. Помнишь, на соседней с вами улице жил старый Боуи?

Вздрогнув, я медленно покачала головой:

– Матушка не позволяла далеко уходить.

– И вырастила в итоге беспомощную тряпку,– хохотнул Крессер. – Боуи писал мне, просил помощи в очищении камня. Но мы их даже из оправы вытащить не смогли, надежно зачарованы твои артефакты, Эльтамру.

На герцога было больно смотреть – напряженная линия закаменевших плеч, пустое выражение лица и слепая