– Как? Да я ж не общаюсь с ними, просто чувствую, когда у кого надобность какая, потоки жизненные они ж отличаются. Боль, голод, испуг, ну и другие, они по-разному чувствуются. А я могу успокоить, приласкать своей энергией, ну и помочь если получится.
– А покажете, как вы это делаете? Меня просто Марта научила чувствовать потоки, но получается только у растений, – развела руками, – А они маленькие, вдруг и их почувствую. Можно?
Приподняв голову, он задумчиво на меня посмотрел.
– А воздействовать на потоки получается?
– Нет. Только чувствую.
– Ну, тогда попробуй. Я руку убирать не буду, они чувствуют твоего зверя и боятся, я успокаивать буду, – Инар поставил корзинку на лавку между нами, пальцем аккуратно поглаживая бельчат. Я опустила руку и слегка погладила пузико одного, как до этого делал мужчина. Прикрыла глаза и ничего. Никакой жизненной энергии, потоков, только мягонький мех. Сосредоточенно пыталась уловить хоть что-то.
– Не получается, – со вздохом убрала руку, – Вообще ничего не ощущаю. Может, объясните, как воздействуете на них?
– Объяснить. Это надо почувствовать. Закрой глаза.
Я настороженно на него посмотрела, покосилась на крыльцо. Ну, ничего, если вдруг что не так пойдёт, позвать успею.
– Во-о-т, а теперь попробуй на меня направить как бы волновой поток доброты, успокоения.
Я попыталась. Может даже вслух пыхтела. Приоткрыв один глаз, спросила:
– Ну как? Получилось?
– М-м-м, нет. Я сейчас сам направлю на тебя свой поток, чтобы ты поняла и комментировать буду. Закрой глаза.
Бли-и-н. Вот что-то мне не по себе стало. Глаза я всё-таки закрыла.
– Надо представить себе сначала лицо, образ, на кого хочешь направить поток, ну и вроде пожелание добра направить, только внутренне. Вот почувствуй, как сейчас.
– Лия! Ты что делаешь?
– Сижу. Стараюсь почувствовать, – я недоумённо на него посмотрела.
– Ты сейчас сама направила на меня энергетический поток.
– Да-а-а? А я ничего не делала.
– Давай ещё раз. Попробуй сделать, ну или прочувствовать то же самое, что и в первый раз.
Прикрыв глаза, постаралась воссоздать то же ощущение. А как это сделать, если до этого ничего не делала? По-моему, ученица из меня неважнецкая.
– Ну не могу я! Если бы я понимала что сделала в прошлый раз…
– Хорошо. Давай, как и в прошлый раз – ты попытайся почувствовать, а я направлю. Закрывай глаза.
Закрывай, открывай, мне уже совершенно расхотелось чему-то у него учиться. Лучше уж с деревьями пойду пообнимаюсь, там хоть сразу понятно: что и как. Во всяком случае, для меня. Я мысленно усмехнулась, пообниматься с деревьями, только это и осталось. Сидеть надоело, ещё и кончик носа зачесался, открыла глаза и натолкнулась на хмурый и задумчивый взгляд Инара.
– Не получилось?
– Что? Э-э-э, нет. Не получилось, вернее, получилось… на, держи, – он сунул мне корзинку: – Я сейчас, – быстрым шагом заковылял в дом.
Схватила корзину, которую мне он пихнул, бросила в неё взгляд: бельчата, лишённые присутствия своего огромного инарского успокоительного, сначала прижав ушки, настороженно на меня посмотрели, но через мгновение кинулись в рассыпную. Как бы я ни махала руками, пытаясь их впихнуть обратно, двоим всё-таки удалось выскользнуть. Третьего, исхитрившись, я поймала за кончик хвоста, но эта мелочь, извернувшись, укусила мой мизинец.
Решив, что палец мне всё-таки важнее, выпустила хвост и бельчонок, мгновенно выскользнув, ускакал в направлении ближайшего куста.
– Вот же гадство, – осмотрела палец. Маленький, а зубы-то уже острые. Оглянулась на вышедшую гомонившую троицу.
– Прекрати, Инар! – Марта, спускаясь с крыльца, бросила на мужчину рассерженный взгляд.
– Да просто попробуем и всё! Я же не собираюсь сильно бить, легонько совсем.
– Бить? Кого бить? – я настороженно вскочила, посмотрела на растерянного Матвея, нахмурившуюся Марту, перевела взгляд на Инара. Вот его азартные огоньки в глазах мне совсем не понравились, – Что происходит? И кстати, Инар, ваши бельчата разбежались.
– Нехай бегут, потом поймаю. Тут знаешь: у меня догадка есть, проверить надо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Вы о чём? – мне происходящее нравилось всё меньше и меньше.
– Если подтвердится, а мне кажется я прав…Встань-ка, Лия, вот сюда, – он, ухватив меня за руку, немного оттащил в сторону, – А я сюда отойду.
– Марта, что происходит? – даже возникло желание притопнуть ногой, похоже, никто объяснять мне ничего не собирался, – Марта?
– Инар! Объясни сначала, прежде чем эксперименты ставить!
– Да не трясись ты над ней, как наседка! Я слегка совсем. Ты рядом, поможешь если что. Лия, я всё объясню. Только, пожалуйста, давай сначала ты попробуешь сделать тоже самое, что и до этого, просто закрой глаза и делай.
Я перевела взгляд на Марту.
– Ну, попробуйте, – она, вздохнув, согласилась. На что согласилась-то?
– Ничего не буду делать, пока не объясните – что происходит! Матвей! Ты, по-моему, сейчас самый адекватный из всех.
– Ты, Лия, только не переживай. – он подошёл ко мне, взял за руку, – Попробуй сделать, как говорит Инар, возможно это поможет тебе.
– Мне? Поможет в чём?
– А вот это мы и хотим понять.
Подошла Марта.
– Не бойся. Попробуй. Если что я рядом.
Постояла, посмотрела на них внимательно, выдохнула:
– Ну ладно. Только потом всё объясните и в подробностях! – Матвей ободряюще сжал мою ладонь и отошел вместе с Мартой. Посмотрела на Инара: – Ну и что мне нужно делать?
– Да то же самое что и до этого – попытайся направить на меня поток, ну или почувствовать. Вот даже думай о том же, о чём и в прошлый раз. Поняла? Даже чтоб эмоции были те же самые! Закрывай глаза!
Ещё раз настороженно всех осмотрела и закрыла глаза. Постаралась выполнить всё, о чём просил Инар. А о чём я думала? О том что и в первый раз ничего не чувствовала, как и сейчас. Услышала, как тот охнул и тут же его хриплый возглас:
– Держи, держи глаза не открывай!
Держу, ну и дальше-то что? Ещё раз возглас, но сильнее, тут я не выдержала и распахнула глаза. Инар стоял, согнувшись, напротив, к нему подбежала Марта, и направлялся Матвей. Я поспешила присоединиться.
– Что произошло? Инар, что с вами?
– Сейчас, подожди доченька, – Матвей оттеснил меня.
– Облокачивайся испытатель хренов, – подхватил Инара под мышки, приподнял.
– Да не надо, – тот оттолкнул его, – Сам доплетусь, – и направился, прихрамывая, словно ему отдавили обе ноги, к лавке. Марта встала за его спиной, обхватив голову ладонями.
Я сделала несколько шагов назад, непонимающе наблюдая за ними.
– Сам виноват!
– Да кто спорит? – Инар сидел, тяжело дыша.
– А если бы ошибся? Ты представляешь, как ей плохо стало бы?
– После первого воздействия уже фактически уверен был. Так что видишь, теперь уже точно – зеркало!
– А ты как понял? – Матвей пристроился рядом с Инаром на лавке.
– Да была у нас в стае девчонка одна, так она футболить начала, зеркалить уже с подросткового возраста.
Тут они все трое посмотрели на меня. Инар со смешком каким-то в глазах, Матвей настороженно, а Марта грустно. Я даже растерялась, а потом злость нахлынула.
– Ну и что всё это значит? Что происходит?
– Лиюшка. Может, чайник поставишь, да за чаем и объясним всё?
– Марта, объясните сейчас! Потом можно чай попить.
– Понимаешь… – Начала Марта.
– Ты, Лия, зеркало! – выпалил Инар.
– Чего? Кто я?
– Зеркало. Это… – обернулся к Матвею, – Вот как тут не матюкнуться, а? Это, Лия, очень, очень редкий дар. Только для женщины мало полезный. А вот для мужчин, ого-го! Я и то случайно-то понял.
– А я так вообще никогда не встречался ни с одним зеркальщиком, – встрял Матвей.
– А ты, Марта?
Она глядя на меня отрицательно качнула головой.
– Ни разу не довелось.
Перевела ошарашенный взгляд с одного на другого.
– Та-а-а-к. Пойду-ка я действительно чайник поставлю, – Развернувшись на пятках вбежала в дом. Что-то не по себе стало под их взглядами, Инар так вообще смотрел так, будто сейчас препарировать собирается.
