Волчица бежала равномерно, скользя между стволов деревьев и вдруг, со стороны донёсся одуряющий сознание запах. Заскулив, она метнулась в том направлении, откуда подул мягкий ветерок, моё же человеческое сознание затопило ощущение опасности, которое с трудом, не сразу, но мне всё же удалось перекинуть на разум волчицы. Резко развернувшись, сначала недовольно рыкнув, но постепенно проникаясь чувством сначала лёгкой тревоги, которое я внушала ей, волчица неторопливо припустила в сторону стоянки.
С каждым касанием лапой земли, с каждым вдохом, я сильнее нагнетала чувство тревоги, опасности и моя девочка, проникнувшись, уже побежала быстрей, пока совсем рядом, с левой стороны не послышался хруст ветки. Резко остановившись, волчица обернулась и встретилась с огненно-жёлтым взглядом большого, просто огромного чёрного самца. Пригнув голову, он втягивал воздух, через подрагивающие ноздри, слегка оскалив зубы. Всё это рассмотрела в мгновение, спустя которое с затапливающим чувством опасности, прокричала в сознание волчицы: «Беги!!!»
Глава 17
Максимильян
«Иногда нужно обойти весь мир, чтобы понять, что клад зарыт у твоего собственного дома»
Пауло Коэльо
Сидя за столом в кабинете, устало потёр виски́, взял приглашение, ещё раз пробежался глазами по тексту и швырнул обратно. «Как? Вот как они узнали? Наверняка в дело вмешался кто-то из Создателей, если не оба. А если так, то дело дрянь». В раздражении, которое накатывало волнами, прошёлся по кабинету. «Бесит когда ситуация выходит из-под контроля. Ладно, время те́рпит, пару дней на улаживание дел стаи у меня есть».
В течение последних трёх месяцев работал на износ. Меня, по-моему, уже стали подчинённые ненавидеть. Алекс так вообще избегал, знал – стоит попасться на глаза, так нагружу делами по самую макушку. Его понять можно: молодой парень, а тут вкалывать приходиться чуть ли не за десятерых, но это пойдёт ему только на пользу. Хотя всё чаще он стал показывать зубы – растёт щенок, скоро можно будет самому уже на второй план отходить. Набрал его номер. Не отвечает. Ну ладно, пробуем дальше.
– Зайди. Мне плевать есть у тебя время или нет. Я в кабинете. – Отключив связь, усмехнулся: наверняка сейчас телефон от злости швырнёт. Заметил у него уже за месяц пятый, на вопрос: почему так часто меняет, только взглянул злобно.
Сел в кресло, откинулся на спинку и устало прикрыл глаза. Приглашение доставили сегодня, на посещение «Центрового храма» в Токио на меня и супругу. Хотя, подобное приглашение равносильно приказу. А так как супругой моей является Лия, то предстоит встреча и нехилое объяснение с ней. Хотя есть один прекрасный способ успокоить разгневанную или обиженную женщину, я предвкушающее улыбнулся – о-о-очень приятный способ.
От воспоминания нашего последнего поцелуя сладко потянуло в паху. Как она сама целовала, льнула ко мне, её сбивчивое дыхание, тихий стон, который сорвался с губ. Пришлось приложить немало усилий, особенно в первый месяц после расставания, чтобы не сорваться обратно в становку.
Временами было плевать и на просьбу Марты и на злые высказывания Алекса, да на всё плевать, до того сильно хотелось прижать её к себе, накрывая поцелуем губы, что ощущал себя озабоченным подростком.
Да я даже не спал с ней! А меня разрывало от желания её хотя бы просто целовать, срывая пусть и такие невинные стоны.
Постоянно задавался вопросом: ну что в ней такого, что меня к ней тянет? Она не была похожа на женщин, которыми я интересовался: в ней не было яркой сексапильности, томности, она ни разу не пыталась соблазнить меня.
Всегда был требователен к внешнему виду женщин, которые в тот или иной момент находились рядом, но Лия даже в простом платье зажигала во мне искры желания. Её хотелось завоевать, но не сломать, видеть, как начинают загораться от возбуждения её глаза. Хотя ничего подобного до первого поцелуя не было и это наводило на размышления.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Изначально мне было просто интересно наблюдать за ней. С преображением внешности менялся и её характер: походка, жесты; было видно, что чувствует себя она намного увереннее, открыто начала смотреть на собеседника, не отводя постоянно глаза, постепенно прекращая теребить края одежды, хотя она кажется даже и не осознавала свою, так меня ранее раздражающую привычку.
Позже, намного позже, я понял слова Алины о том, какими она видит её энергетические волны: жёлтые с серебристыми лучами. От Лии действительно словно исходило душевное тепло и умиротворение. Скорей всего, поэтому она легко нашла общий язык с его сестрой, с Мартой, даже Алекс кардинально изменил своё отношение к ней, не говоря об окружающих её оборотнях.
Мне импонировало её стремление к независимости, к самосовершенствованию: оставшись одна, без опеки матери – не сломалась, самостоятельно поступила учиться, работала.
Но больше всего понравилось то, что за всё время её пребывания в стае, она ни разу не устроила истерики, хотя если честно говорить, ожидал этого. Нет, она сама стремилась работать, не требуя своего обеспечения, хотя и на это имела право, как дочь брата альфы. При первой же возможности ушла из Красного дома и получала удовольствие, работая с Мартой, ни разу ни на что не пожаловалась.
Марта её тоже несколько раз хвалила, а она довольно-таки требовательно относится к своим работницам. И даже узнав о смерти матери, она ни слова не кинула в обвинение, хотя и на это имела право. Эта её жажда знаний, жизни, притягивала и наполняла энергией окружающих.
А вот за ощущениями своего зверя в присутствии Лии, наблюдать было забавно. С самых первых минут он пытался проникнуть сквозь заслон её артефакта, заставляя меня тщательнее принюхиваться, хотя иногда прок от этого всё же был, так как зыбко, на грани восприимчивости я улавливал приятные нотки её настоящего аромата и мне он был очень приятен. Нет, до запаха пары он был далёк, но что-то в этих еле уловимых нотках цепляло.
И если теперь нам предстоит совместная поездка, то я в любом случае буду вправе потребовать снять артефакт. Хотя бы на время, ну а там посмотрим. Но как мне кажется – эта поездка понравится нам обоим.
Дверь распахнулась без стука, вошёл Алекс в довольно-таки паршивом настроении.
– Ты задержался, – я демонстративно постучал по циферблату наручных часов.
– Задержался? Да я даже в сортире не успеваю нормально посидеть! Что опять? Куда прикажет ваше альфейство мне нестись? Чем неотложным заняться? – Алекс резко уселся в кресло напротив стола.
Нахмурившись, выслушал его, хотя мысленно смеялся.
– Алекс, а ты что думал? Управлять стаей – это сидеть на пятой точке ровно и плюшками баловаться? Ладно, – прервал его уже готовые вылиться высказывания, – не о том сейчас. Держи, – протянул ему приглашение.
– Ну и что это? – брать не торопился, видимо ожидая, что на него опять свалится очередное задание.
– Прочитаешь, узнаешь.
Он побарабанил пальцами по подлокотникам, но любопытство превысило опасения и, пристав, он всё-таки забрал приглашение. Читая, с каждой строчкой его глаза увеличивались.
– Твою ж… – он растерянно посмотрел на меня.
– Согласен и поддерживаю.
– И что будешь делать?
– А ты что предлагаешь? – я скептически приподнял бровь.
– Ну-у, ехать надо.
– Молодец! Логика работает.
– Прекрати, – скривился, – Откуда они узнали про Лию? Ты ж говорил: данные о регистрации брака в базу не заносили.
– Не заносили.
– Так получается – это Создатели вмешались? Если главный храм, то больше некому?
– Получается так. Ты не в курсе – твоя сестра к озеру ходила?
– Да вроде нет, она бы рассказала, мы регулярно с ней созваниваемся. Хотя подожди, – он вскочил и прошёлся по кабинету, – Она после ночи Благодарения, за завтраком рассеянная была и вроде с ней кто-то из Создателей разговаривал.
– Что тогда произошло? – я подался вперёд. Алекс лихорадочно замельтешил по кабинету, явно стараясь вспомнить.
