Я на тебе (никогда не) женюсь - Анна Рейнс

— Принц Альмерии, скорее всего, знал и про ритуал. Что я потрачу на него все силы и не смогу сопротивляться заклинанию, — произношу я. — А это значит, что среди ваших приближенных тоже есть предатель.

— Вполне возможно, — король хмурится. — А еще, скорее всего, на их землях существует похожий ритуал. Точнее, так оно и есть — уж перед тобой мне не нужно притворяться, что у меня там нет шпионов. У сильных драконов огромный магический потенциал.

Окончание фразы повисает в воздухе, но я и так все понимаю. Почему король так отчаянно пытался ввести Дэлмара в королевскую семью.

— Генерал Сарс должен был стать мужем Мариссы?

— Откуда ты... впрочем, чему я удивляюсь. Ты всегда была очень сообразительной, — он натянуто мне улыбается. — В любом случае, помолвка так и не состоялась.

— Почему?

— Потому что появилась ты, Аллисандра. Был уверен, что вдвоем вы обеспечите мир и процветание Сарендала на долгие годы. И сейчас так думаю, кстати.

Он кидает на меня многозначительный взгляд, и я не нахожусь с ответом. Самой уже начинает казаться, что я поступила... неразумно. Не выслушала Дэлмара.

Закопалась в своей обиде.

Он, конечно, тоже хорош... но, в конце концов, именно таким я его и полюбила.

Остаток завтрака проходит в молчании. А ближе к обеду приходит ответ из Альмерии: в Сарендал направляется кронпринц, чтобы урегулировать конфликт.

56

Путь до Сарендала занимает у него пять дней. У меня от этих Альмерийских принцев скоро начнет дергаться глаз. Особенно учитывая, какие слухи ходят вокруг Александра, старшего брата Адриана... Жесткий, бескомпромиссный, беспощадный к врагам.

Пока Альмерией правит его отец. Но когда наши родители отойдут от дел, нам придется взаимодействовать напрямую. Именно поэтому я тоже участвую во встрече. Не хочу произвести впечатление кисейной барышни, которую легко можно вывести из равновесия.

У Александра довольно короткие светлые волосы, которые он небрежно зачесывает назад пятерней. Острый взгляд голубых глаз, хищное выражение лица — он выходит из кареты и пространство будто стягивается к нему. Он выше Адриана и более развит физически. А еще у него улыбка, которая наверняка разбила немало сердец.

Меня она ничуть не трогает.

Стою напряженная, точно струна, наблюдая за приближением кронпринца. Не могу перестать сравнивать его с Адрианом. Да они прямо... как воробей и сокол.

Мы приветствуем друг друга, после чего Александру предлагают отдохнуть с дороги.

— Не люблю откладывать дела, — говорит он непреклонным тоном.

Направляемся в кабинет для переговоров и остаемся вчетвером: Александр, король, я... а еще генерал Сарс. С ним отдельная история. Оказывается, король официально так и не расторг помолвку. Узнала об этом буквально на днях.

— Не успел, — отчеканил он, отводя взгляд. Дэлмар честно признался, что “не успел” Величество по его просьбе.

Я злюсь. Снова чувствую себя пешкой в чужой игре. Но благодаря этому претензии Сарендала звучат еще весомее.

Александр начинает с извинений — в нем нет ни капли этой вычурности и обтекаемости, присущей речи Адриана. Кронпринц говорит прямо, называет вещи своими именами, и хлесткие слова повисают в воздухе, делая обстановку только напряженнее. Затем начинает торг за право судить Адриана. Александр предлагает щедрую компенсацию, но твердо намерен увести брата с собой.

Переговоры длятся уже два часа и явно заходят в тупик.

— Могу я поговорить с Его Высочеством Александром наедине? — внезапно интересуется Дэлмар.

— Думаю, нам всем бы не мешало сделать перерыв, — объявляет король. Голос у него уставший — последние дни всем нам дались нелегко. — Я распоряжусь, чтобы принесли закуски.

Мы перемещаемся в просторную гостиную, и я напряженно наблюдаю, как Дэлмар и Александр уходят в сторону. Что-то обсуждают с непроницаемыми лицами.

Почему-то кажется, что они очень похожи. Та же энергетика, тот же оценивающий взгляд.

И общий язык находят быстрее. Минут за десять.

— Мой брат будет отлучен от рода и от двора. Отправится работать на рудники, прибыль от которых разделена между нашими королевствами согласно последнему договору. Процент Сарендала будет повышен до шестидесяти пяти. Члены делегации, обвиненные бездоказательно, будут немедленно освобождены, — произносит Александр.

Рудник находится на границе двух государств и долгое время был предметом споров. Некоторое время назад мы наконец-то договорились делить прибыль пополам.

— Семидесяти, — бросает король.

— Шестидесяти пяти, — безапелляционно произносит Александр. — И Альмерия готова списать половину суверенного долга.

— Идет, — тут же произносит король.

Кронпринц сухо улыбается, и напряжение потихоньку ослабевает. Я знаю, что Сарендал занимал золото у Альмерии для ведения войны. Сумма не очень большая, но проценты конские.

Александру предлагают остаться на ночь, но он отказывается. Ссылается на дела и говорит, что с удовольствием посетит Сарендал в более спокойное время.

Мы спускаемся в темницы, где я вижу Адриана впервые с той ночи. Он все еще в той же самой одежде, на которой видны следы крови. На лице — незажившие ссадины.

Отголоски пережитого ужаса всплывают внутри. Ладони становятся влажными. Но я держу спину прямо. Не позволяю эмоциям взять верх.

Младший принц пытается извиниться, но я резко его прерываю:

— Никогда и ни при каких обстоятельствах я не приму ваши извинения. Если бы вас судили по законам Сарендала, вы были бы уже мертвы. Благодарите своего брата.

Я с трудом дожидаюсь, когда альмерийцы уедут и только затем напряжение потихоньку начинает ослабевать. Мы с королем и Дэлмаром снова возвращаемся в гостиную, и я буквально падаю в кресло.

Бесконечный день. Как хорошо, что он почти закончился!

— Впечатляюще, генерал Сарс! Что вы такое ему сказали? — король не может сдержать восхищения.

— Кое-что на драконьем, — голос Дэлмара остается ровным.

— Разве есть отдельный драконий язык?

— Нет.

— Вот как, — Его Величество пребывает в смятении. Переводит взгляд на часы. — Боюсь, что вынужден вас покинуть. Аллисандра, дорогая, ты держалась достойно.

Я выдавливаю улыбку. Король уходит, оставляя нас одних. Повисшая пауза кажется какой-то неловкой. Слишком много невысказанного между нами.

— Так что вы все-таки пообещали ему? — первая нарушаю тишину.

— Я сказал, что на тебе моя метка. И я спалю его Альмерию дотла, если Адриан выйдет сухим из воды после всего того, что сделал.

— А, — у меня рот невольно приоткрывается.

Это и есть драконья дипломатия? Ну... по крайне мере, эффективно.

Снова повисает тишина. Дэлмар смотрит в окно, и я с трудом отвожу взгляд от его высокой фигуры. Перевожу его на свои руки.

Что ж... кажется, пора возвращаться в свою комнату. После всего случившегося пришлось ее сменить —