внимательно и так… понимающе. Сердце пропустило пару ударов, в груди зародилась надежда — а может Гросс как раз из тех, кто смог бы… Да нет, рано делать выводы.
— Я не знаю из какого ты мира, Юля. Об этом, кстати, с тобой бы хотели поговорить наши ученые и исследователи. Тебе направят приглашение позже. И я рекомендую тебе принять его.
— Думаешь, если я расскажу им о своем мире, то они найдут способ отправить меня домой? Или что? — вопрос был риторическим. Я не была дурочкой и понимала, что домой больше не попаду никогда. Слишком ценная батарейка для кхарцев, я была нужнее им в Империи. Скорее они хотели бы найти Землю, чтобы проверить — одна я такая «заряженная» или нет. Жестко, но вполне логично.
— Это формальность, Юля, — блеснул глазами Гросс и улыбнулся. — Ты же понимаешь, как обстоят дела.
— Догадываюсь, — усмехнулась. — Так что там с финансами? Насколько щедрая выплата для переселенок?
— Два миллиона кредитов, — огласил Гросс, отслеживая мою реакцию. Я же пожала плечами, совершенно не понимая — много это или крохи. Два миллиона рублей, долларов, евро, песо — понимаю. А кредиты?
— Это много? Я не знаю ни курса валют, ни ваших расценок.
— Много. На эти деньги ты можешь купить себе дом, частный флай, закупить одежду, косметику, украшения, технику… — Ильхом покраснел и опустил взгляд в стол. — Я не знаю, что еще может понадобиться лично тебе. Но в целом денег должно хватить на первое время.
— А потом? Мне наверняка нужна будет работа, чтобы жить. Но я не думаю, что мой земной диплом у вас котируется. Да и нет у меня никаких документов с собой с Земли. А как вообще на рынке труда? Я раньше была блоггером, у меня открыто ИП. Кстати, о налогах тоже хотела уточнить. И еще, если брать в расчет то, что…
— Остановись, прошу, — взмолился Гросс, наливая в два бокала ту темную жидкость из графина. — Я ничего не понял, поэтому по порядку. И вот, это хороший арос. Честно, женщины у нас подобное не пьют, но… Космос, какая работа⁈ Какой диплом⁈ Что такое блоггером⁈ Ты не можешь работать, Юля! Энергообмен не позволит тебе выйти в город больше, чем на три часа! Максимум пять, если исследования Эрика будут точные! И зачем тебе работа, если ты женщина? Должны работать мужья и…
— А если мужья не работают? Или их нет? Или они работают, но я хочу заниматься своим делом? — спорила, начав реально паниковать. — На Земле женщина может быть и женой, и матерью, и профессионалом. Это не взаимоисключающие понятия, Ильхом. Это называется свобода выбора!
Гросс был не просто удивлен, он был в шоке. Линии на его шее запульсировали, а глаза пылали огнем непонимания и осуждения. У меня же подгорало, конкретно так подгорало, и чтобы не наговорить лишнего, подхватила предложенный напиток и опрокинула в себя залпом. Ух, какой прекрасный виски!
— Ох, блять… — выдохнула я, на глаза навернулись слезы. Горло обожгло крепким и таким знакомым алкоголем, а во рту разлился приятный древесный вкус с дымными нотками.
— Космос, Юля! — засуетился Гросс, вскакивая с места. — Это моя вина! Выплюнь! Даже на пол! Я сейчас…
Не знаю, что он сейчас, а меня было не остановить. Почувствовав, так сказать, что-то родное и знакомое, потянулась к столу, налила себе еще порцию и уже выпила по правилам — покатала на языке, проглотила, выдохнула. Повезло же мне, однако. Хоть что-то родное и знакомое!
— Ты в порядке, — скорее утверждал, чем спрашивал Ильхом. — Это… я не подумал. Просто это…
— Виски! Отличный виски! — перебила я кхарца. — Ильхом, это армагедец. Ты… я… Только что ко мне пришло озарение! Вы везете меня не для своей жизни, а для моей медленной и мучительной смерти! Да я загнусь в вашей империи быстрее, чем под опытами КОРР! Нет, я смирилась с ролью батарейки на ножках, я согласилась на эксперименты Эрика, я даже начала смотреть на тебя как на мужчину, и…
— Что⁈
— Что? — переспросила я, не понимая, что не так и какого черта кхарец меня перебивает. — Я не смогу сидеть в четырех стенах! То, что ты мне описал… Нет, я не согласна! У меня есть тоже свои желания и амбиции. Ну не знаю, неужели все настолько плохо⁈ Корабли строите, в космос летаете, виски вон какой гоните! Но запрещать женщинам работу — это уже Средневековье какое-то!
— Юля… — Гросс присел напротив меня на корточки так, чтобы наши глаза были на одном уровне. — Пожалуйста, остановись. И прошу, повтори то, что ты сказала.
— Я так не смогу, понимаешь? Я слишком… другая, чтобы выжить среди кхарцев, — шептала шокировано. На меня накатила такая паника, а потом истерика, что я могла думать только о своей свободе.
Глаза Ильхома сияли, а взгляд изменился с бешенного, на… спокойный и нежный? По мне побежали мурашки, дыхание сбилось, а губы пересохли. Я причмокнула, облизала губы и заметила, как сглотнул Гросс. Неужели он хочет… меня поцеловать? Почему так смотрит, словно я только что открыла ему Америку или отменила гравитацию? И почему мы такие разные? Я в бешенстве, в отчаянии, в истерике, а он…
— Космос! — выругался Ильхом и отстранился. Коммуникатор на его руке вибрировал и мигал красными всполохами. Вся магия между нами в миг развеялась, оставляя во мне холод и пустоту. — Мне нужно отойти на мостик. Я постараюсь быстро вернуться, Юля. Обещаю…
Глава 41
Юлия
Гросс убежал, а до меня только дошло ЧТО именно я ему сказала в порыве злости. Ох, и не спишешь же все на алкоголь, а хотелось бы. Я в лицо ему призналась, что начала смотреть на него как на мужчину… А он, словно только это и услышал, пропустив мимо ушей немаловажные аргументы и мнение! И с одной стороны, я не соврала. С другой — неловко. Да и есть куда более важные вопросы, которые нужно решить…
Хотя… Стоит ли их решать, если я уже все «подписала»? Договор заключен, клетка захлопнулась, а я уже завтра окажусь в пределах границ своего нового дома. И что дальше? Я барахтаюсь, стараясь нащупать границы дозволенного так, чтобы и свою часть сделки соблюсти, но и себя не обидеть. А получается пока только истерить и плакать.
Пока Гросса нет, у меня есть время на подумать и успокоиться. Кинула взгляд на графин с виски. Может еще по одной, а? Недолго думая, налила еще порцию. Взяла бокал в руки и снова
