на истинном горе.
Что, если бы мы взяли себя в руки и попытались наладить отношения? Или что, если бы она бросила пить и начала проявлять заботу? По правде говоря, я никогда не знала ее как настоящую мать, и подумала, что, возможно, все это было из-за того, что она не чувствовала настоящей связи со мной. Ребенок, который был оборотнем только наполовину.
Я была вынуждена войти в ее мир из-за козней богини. Я долгое время ненавидела свою мать, но, возможно, все это время мне следовало быть с ней снисходительнее. Было уже слишком поздно выяснять, были ли ее пьянство и ненависть ко мне следствием Дэнни и моей гибридной натуры. Но это не остановило вопросы, которые приходили мне в голову.
— Кое-кто из парней вернулся, — сказал Тень, отвлекая меня от моих тяжелых мыслей. — Они ждут в логове.
Губы Ангел дрогнули.
— На самом деле, так мило, что ты перенял ее мераизмы. Может быть, все-таки вы и истинная пара.
Тень выплеснул в ее сторону поток гневной энергии.
— Во мне нет ничего милого, Ангел.
Он намеренно подчеркнул ее имя, словно напоминая, что она тоже пользуется прозвищем, которое я ей дала. Еще один мераизм, как выразилась Ангел.
— Туше, друг мой, — сказала она. — Тебе нравится ее освежающий взгляд на мир. Иногда я почти забываю, насколько я пресыщена.
— Вы оба просто очень старые, — напомнила я им, надеясь разрядить обстановку. — Не будьте слишком строги к себе.
Тень заключил меня в объятия так быстро, что у меня закружилась голова. Или, может быть, это было просто результатом того, что он сжал меня так.
— От твоего острого языка твоя задница вот-вот покраснеет, — пробормотал он мне на ухо, прижимаясь ко мне всем телом, когда его сила окружила меня.
— Это было бы весьма кстати, — выдавила я из себя.
— Вовсе нет, — легко ответил он. — Просто считай, что тебе повезло, что прямо сейчас нам нужно в другое место.
Я надулась.
— Я вовсе не считаю это удачей, большое спасибо.
В его глазах вспыхнул огонь, и я увидела, какую борьбу он ведет. Однажды моя способность доводить его до грани потери контроля станет для меня настоящим испытанием. Только время покажет, нравится мне это или нет.
— Пошли, — рявкнула Ангел, напоминая нам, что нам действительно где-то нужно было быть.
Библиотека была светлой и открытой, в ней было полно существ из самых разных миров.
— Ты довел ее до совершенства, — хрипло сказала я Тени. — Все в точности так, как было.
— Ничто уже не может быть таким, как прежде, — сказал он, оглядываясь по сторонам. — И библиотеке потребуется некоторое время, чтобы снова обрести свою истинную мощь, но я помог ей встать на верный путь. Иногда это лучшее, что ты можешь сделать.
Его слова задели меня за живое, и мне потребовалась минута, чтобы понять почему. Именно так он говорил о библиотеке… будто это был его ребенок. Он создал и воспитал это детище, как мог, наделив его всеми навыками, необходимыми для роста и процветания в этом мире. Теперь пришло время ему найти свой собственный путь вперед, с Тенью на заднем плане в качестве поддержки.
Это навело меня на мысль, что одна из причин, по которой я так сильно полюбила эту библиотеку, помимо пожизненной одержимости книгами, заключалась в ее связи с Тенью. Моей пары.
Прежде чем я успела увлечься всеми этими Тенями, Инки спустился с потолка и распространился перед нами.
— Инки! — воскликнула я. — Ты выяснил, что случилось с библиотекой?
Туман окутал Тень, и я поняла, что они разговаривают. Мы с Ангел терпеливо ждали.… Ну, по крайней мере, она это делала. Я начала подпрыгивать на месте в ожидании плохих новостей.
— Это Миднайт.
При этих словах я подалась вперед. Мое сердце колотилось как сумасшедшее, потому что до этого момента я думала, что мой туман все еще застрял в королевстве. Но услышать, что это произошло в библиотеке, и он был там все это время… Я была не готова.
— Что случилось, Миднайтом? — выпалила я в спешке. Инки обнял меня, предлагая утешение, что не предвещало ничего хорошего для поступающей ко мне информации.
— Миднайт — это ошибка в библиотеке, — сказал Тень. — Он проник в энергию созидания, которую я использовал, чтобы оживить эту систему, и вызывает сбои.
Мое сердце сжалось, и это было гораздо больнее, чем то, что я испытала после смерти моей матери. Без сомнения, мне нужна была терапия или что-то в этом роде, но я ничего не могла поделать с тем, что мой туман уже был для меня важнее, чем моя биологическая мать.
— Как я могу… Я имею в виду, что я могу сделать, чтобы исправить эту ситуацию? Как мне освободить Миднайта?
Тень поджал губы, эти греховные губы, но впервые я была слишком расстроена, чтобы отвлекаться на него.
— Судя по тому, что почувствовал Инки, Миднайт полностью интегрировался в систему, и шансы легко распутать всю эту энергию невелики. Единственный, у кого может быть шанс, — это ты. Сможешь ли ты связаться с Миднайтом через свою связь? Убедить его ослабить контроль над библиотекой?
Закрыв глаза, я мысленно проследила путь, по которому возникла наша связь. Путь, который почти не проявлялся, даже когда ко мне вернулись воспоминания.
Миднайт? Ты слышишь меня?
Резкая вибрация энергии ударила в меня в ответ, не то чтобы враждебная, но определенно не располагающая к дружеской беседе. Я отпрянула, не в силах найти способ пробиться к своему туману. По крайней мере, я знала, что наша связь осталась, но она изменилась.
— Сейчас не время для дружеского обмена сообщениями, — печально сказала я, открывая глаза и отпуская связь. — Я имею в виду, почему он вообще вернулся сюда? Разве не было бы разумнее остаться в том мире, откуда он родом, особенно без воспоминаний обо мне?
Тень немного поговорил с Инки, прежде чем передать информацию мне. — Инки считает, что его затянуло обратно в Солнечную систему в поисках тебя. Только он не помнил тебя и в итоге подключился к разрушенной силе библиотеки.
Мне снова пришлось сдерживать слезы, думая о том, как мой бедный Миднайт бесцельно искал свою вторую половинку, только чтобы найти что-то похожее и успокоиться.
— Дэнни, блядь, за многое придется ответить, — хрипло прорычала я. — Ей удалось так много напортачить, и только по милости чертовых богов мы зашли так далеко после ее манипуляций.
— Какая, к черту, милость богов, — парировал Тень. — Это все твоя упрямая задница. А теперь пошли в логово; Миднайт сам найдет к
