отправляется в ванную, а там говорит с кем-то на повышенных тонах. Я не расспрашиваю, но вижу, что ему непросто.
Признаюсь, что последнее время часто думаю о том, что он, возможно, пожалел о своём решении или уже начал сомневаться.
— У тебя всё в порядке? — спрашиваю и протягиваю руку, чтобы коснуться красавчика, когда мы останавливаемся на парковке у моей студии.
— Да-а — выдыхает он и разворачивается ко мне. Перехватывает мою руку и прикладывает к губам, а потом переплетает наши пальцы. — Всё решаемо, моя маленькая. У меня проблемы с Катариной.
— С твоей сестрой?
— Угу — кивает красавчик. — Точнее, с тем, кого она выбрала себе в пару. Мне просто нужно время свыкнуться с этим и принять её выбор. Но Катарина не желает давать мне время. Нервничает и мучается от моего молчания. Мне тяжело, Джун — шумно выдыхает он и откидывается на сидение.
Протягиваю руку и касаюсь его волос. Я бы очень хотела ему помочь, но я не знаю как.
Прихожу на работу с чувством тревоги. Уверена это оттого, что сегодня вечером не увижу красавчика, потому что он будет занят делами. Но позже понимаю, что, похоже, просто чувствовала неприятную встречу.
Мать Виктора ждёт меня в холле и мило улыбается, когда я появляюсь. Притворяется перед людьми, что нас окружают. Предлагает выпить кофе в кафе неподалёку и смотрит так, словно не терпит отказа.
— Ты мне не нравишься, — заявляет она, как только мы присаживаемся за столик. — И мне не нравится такой сильный интерес моего сына к тебе. Знаешь, он уже долгое время избегает отношений. А на тебе он зациклен лишь оттого, что в его жизни, рядом с ним — подаётся вперёд и буравит меня взглядом — всегда сдержанные, сильные, уверенные в себе женщины. Ты слишком молода, импульсивна, плохо воспитана и не сдержана. Ему нужны эти эмоции, потому что он, судя по всему, просто заскучал.
Ничего не говорю, хочу, чтобы высказалась, а потом поднимусь и отправлюсь на прослушивание, точнее, на просмотр. Мне звонили ещё два раза и напоминали о встрече, в конце концов, я решила попробовать.
— Ты же не настолько глупа, чтобы не понять очевидных вещей. Рядом с ним тебе не место. Ты позор для него. Женщина должна мотивировать к достижению целей и покорению новых вершин, а из-за тебя он упадёт на самое дно. — она кривится и осматривает то, в чём я одета.
Намекает на то, что я и есть самое дно?
— Я уже слышала, что ты сирота, и хочу тебе кое-что предложить. Знаю, без семьи тяжело — дарит она мне тёплую улыбку, но от такой улыбки не стоит ждать ничего хорошего.
Наблюдаю за тем, как она берёт в руки сумочку, а оттуда достаёт конверт. Глаза хочется закатить, но я сдерживаюсь.
— Здесь очень много Джун — вздрагиваю от того, как она произносит моё имя. Подталкивает конверт ближе ко мне. Бросаю на него мимолётный взгляд, а потом снова смотрю на неё. — Ты только скажи, если вдруг мало.
— Достаточно, — говорю я и она удивляется. Поднимаюсь, потому что, если останусь сидеть, меня не ждёт ничего хорошего, а мне так не хочется ссориться с матерью красавчика. Пусть он как-нибудь сам с ней разберётся. — С меня хватит.
— А, ну сядь на место! — приказывает она, но я не подчиняюсь, складываю руки на груди и склоняю голову набок. — Возьми деньги и убирайся из его жизни. Возможно, я прогадала, и людям нужны ни деньги. Ты только скажи, я смогу сделать для тебя что угодно. И запомни, что я Эйма Коннорс ни при каких условиях не позволю своему сыну, моей единственной радости в этой жизни, моей гордости потерять всё, чего он добился из-за какой-то безродной девки.
— Деньги мне не нужны и вы ничего не сможете сделать для меня. — говорю ей, чем ещё больше злю.
— Если не оставишь его по доброй воле, то я тебя заставлю. Клянусь, меня ничего не остановит, дорогая — дарит она улыбку, которая больше походит на оскал. Мурашки бегут по спине.
— Всего доброго, — говорю я и двигаюсь. Покидаю кафе. Чувствую себя отвратительно. Тщетно пытаюсь не обращать внимания на её слова. Но эта её безродная девка, словно пощёчина.
Ловлю такси и по дороге пытаюсь успокоиться. Оставляю Виктору несколько сообщений, но решаюсь не говорить о встрече с его матерью по телефону. Меня трясёт, я ведь правильно поняла, что она мне угрожала.
На входе в старом театре меня встречает симпатичная блондинка и спрашивает моё имя. Народу здесь полно. Осматривают меня, а некоторые даже слишком откровенно. Вопреки моим ожиданиям девушка ведёт меня в кабинет, вместо большого зала, где сейчас идёт просмотр.
Я всё ещё не отошла от встречи с матерью Виктора, как меня ждёт новая неприятная встреча. Меня бросает в жар и сдавливает грудь, когда я вхожу в кабинет и замечаю сидящего за столом напротив Джонатана.
— Проходи, — улыбается он — Рад снова видеть тебя — указывает мне на стул. — Чувствую, что Эйма меня опередила. Ну, да ладно. Можешь расслабиться. Я хочу поговорить с тобой, открыто обо всём, что происходит между тобой и Виктором и немного рассказать о перспективах. Я вам не враг. Я люблю Виктора, он для меня как сын.
— Значит, никакого просмотра у меня не будет, — шумно выдыхаю я и чувствую разочарование. Когда этот день, наконец, закончится, я буду чувствовать себя так, словно меня переехал грузовик.
— Ну, почему же. Всё будет зависеть от того, какой оборот примет наш разговор. Если всё пойдёт хорошо, то никакой просмотр тебе не понадобится. С главным руководителем я знаком и рассказал ему о тебе. Ради меня он даже уволит действующую танцовщицу, но прошу тебя, — улыбается он и эта улыбка не та, что дарила мне мать Виктора — не смотри так. Ты этого стоишь. Ты действительно талантливая танцовщица и я был сильно огорчён, узнав, что ты готова поставить крест на своём таланте.
Я шумно выдыхаю и хочу что-то сказать, но он поднимает руку вверх и хмурится
— Знаешь, сколько Виктору лет? Его жизнь была долгой и очень насыщенной до встречи с тобой. А что насчёт тебя? На мой взгляд, это очень эгоистично, лишать тебя возможности реализоваться и прожить полноценную жизнь. Ты ещё очень молода, а вот Виктор умён и опытен. Он манипулирует тобой, потому что устал от той жизни, что живёт и пытается выбраться из этого замкнутого круга с помощью тебя. Не справедливо. — кривится он
