этого и перебралась к себе, подальше от галдежа ребятни в академии и рыскающих северян, выискивающих свою принцессу.
«Вот же придумали… Их ледяная принцесса и южные берега материка…»
Отогнав ворвавшиеся в голову мысли, ведьмочка затаила дыхание. Открыв маленький пузырек, перевернула его над варевом, дождалась, когда из него искрами золота польется магия дракона, и стала аккуратно перемешивать зелье, которое на ее глазах насыщалось радужными красками.
От стука в дверь Лиран чуть не взревела. Быстро заглушив внутреннее негодование, она продолжила творить заклятье, стараясь не обращать внимания на настойчивые удары. Осталось всего-то несколько секунд — и зелье приобретет нужную консистенцию.
'Если отвлечься и прервать, то весь труд пойдет насмарку. Да и Рахт больше не согласится дать нужный ингредиент. И так дракона магического источника пять месяцев уговаривала. Все накопленные деньги отдала, чтобы задобрить его. Ох уж эти чешуйчатые! Вроде уже не живые, а до золотого блеска сами не свои. Ну ничего, зелье с лихвой окупит все мои затраты, вот тогда можно будет и о собственном доме подумать.
Была в гостях у Наоли… Дом — сказка. Муж такими глазами на нее смотрит, что сразу инициироваться захотелось. Только на меня никто так смотреть не будет. А ехать на ведьмину сходку в поисках мага, желанья нет. Хотя чего себе врать? И боязливо, и желанье есть, только там ведь все молоденькие ведьмочки, а тут я явлюсь — древняя старуха… Засмеют ведь', — вздохнула Лиран. Много чего не давало ей пройти инициацию.
Услышав, как затрещал дверной косяк, Лиран сама не поняла, что удержало ее на месте, и почему она не шарахнула проклятьем по незваному хаму. Наблюдая, как зелье доходило до нужной густоты и насыщалось белым цветом, ведьма едва шевелила губами, отсчитывая последние секунды.
— Девять, восемь… пять, — продолжала считать она, подняв руку, жестом останавливая глупца, осмелившегося войти в ее владения. — Два, один.
Отсчитав, она замолкла и с восхищением посмотрела на белоснежную массу зелья.
«Вышло! — Душа Лиран ликовала от восхищения. — Зелье готово, осталось испробовать его на леди Форс. А сейчас нужно заняться нетерпеливым гостем и для наслаждения души все-таки приложить его маленьким проклятьем, чтобы в следующий раз подумал, стоит ли двери в доме ведьмы ломать, когда его не впускают».
Оторвав взгляд от котелка, Лиран захлопала ресницами. Голова вошедшего находилась чуть выше дверного косяка, а плечи практически закрывали проем. Сильная широкая ладонь, сжимавшая меч, была размером с котелок, в котором сейчас варилось зелье. Больше всего взбесили ведьму властная поза вошедшего и его широко расставленные ноги.
Злость закипала точно так же, как недавно варево в котелке. Чем дольше Лиран осматривала варвара, тем сильнее мутнел ее разум от гнева.
Длинные белые волосы вошедшего были собраны на макушке и спускались косой на плечо. Черные вычерченные брови соединялись на переносице. Пухлые губы замерли в насмешке. Но даже не это вывело ведьму из себя, а его острый, жесткий взгляд небесного цвета глаз, смотрящих на нее с наглой мужской опытностью.
«Еще бы быть неопытным этому мужику: ему сто лет поди уже! Стоит, видите ли, надсмехается… Северянин одним словом… Будь он трижды неладен…»
Лиран подпрыгнула, в одно мгновение оказалась возле незваного гостя и, задрав голову, ткнула со всей силы своим пальцем ему в грудь.
— Ты… — И сразу чуть не взвыла от боли. Прикоснувшись к мужчине, она почувствовала щелчок разряда, да к тому же чуть не сломала палец. Это еще больше завело ее. — Ты! — продолжила она, захлебываясь от ярости. — Как посмел войти в мой дом, когда я зелье варю? — шипела ведьма, обливая ядом ненависти стоявшего перед ней северянина.
Выламывая дверь, Райлас и не подозревал, что преподнесет ему судьба. Вид колдующей над котлом ведьмы сначала позабавил его. Смотря на ее поднятый в предупреждении палец, он хмурил брови, не понимая, что с этой ведьмой не так. Его черные брови то взлетали вверх, то сдвигались на переносице, пока до него не дошло: ведьма не прошла инициацию. Об этом говорила ее толстая черная коса, доходящая до колен.
Райласа позабавил вид маленькой худенькой девушки, гневно смотревшей на него. И хоть ведьма и выглядела молодо, но было понятно, что пора расцвета молодости у нее уже прошла.
Когда малышка в одно мгновение оказалась возле него и ткнула пальцем в его грудь, он ощутил пробежавший по телу магический разряд и растерялся. Все, что угодно, ожидал он увидеть в преподавательском доме, даже принцессу северных земель, но, никак не свою нареченную. А он-то дурень сто три года по заснеженной земле шагал, но и предположить не мог, что встретит ее в южных краях материка, у берегов синего океана. Счастье разливалось в груди от вида маленькой разъяренной ведьмочки, душа пела и замирала от мысли о последнем испытании.
Лиран потеряла дар речи, когда мужчина засунул меч в ножны и, не обращая внимания на ее злобу, с интересом стал разглядывать ее. Когда же он бесцеремонно подхватил ее на руки, она только и могла что хватать ртом воздух — сначала от неистовства, а затем от непонятного волнения, охватившего все тело. Дыхание стало тяжелым и медленным; ведьмина сила словно взбунтовалась, забурлила по венам в желании слиться с магией незнакомца.
Лиран не понимала, как нашла в себе силы вымолвить с мольбой в голосе: «Пусти меня». Голос почему-то предательски дрогнул. Пальцы, вцепившиеся в кожаную безрукавку северянина, с трудом разжались, когда мужчина сделал то, о чем она просила.
Ведьма на полусогнутых ногах отступила. Она бросилась к полкам с колбами и пузырьками и начала нервно шарить по стеллажам дрожащими руками. Она осматривала пузырьки один за другим, но зелья, успокаивающего ее ведьмину силу, среди них не было. Лиран сама была в этом виновата: полностью погрузившись в работу, совсем забыла о себе. От досады и бессилия глаза заволокла пелена слез, а из горла вырвался крик отчаянья.
Тело Лиран вдруг ослабло и сразу обмякло, когда ее обхватили сильные, твердые руки. Подхватив ее, как пушинку, мужчина направился к выходу, шепча ей на ухо: «Ох, и дела ваши, Боги. Что ж ты с собой сделала? Глупенькая, маленькая ведьмочка. Почему до сих пор инициацию не прошла?»
Лиран уже ничего не понимала. От близости мужчины ее тело ломало. Ведьма прижималась к могучему, сильному торсу, терлась о него, словно кошка, а ее руки, продолжая подрагивать, сжимались и разжимались на широких плечах незнакомца.
Северянин без ошибки нашел спальные покои
