и поцеловал узкую полоску кожи между крыльями на моей спине.
— Вот, — сказал он завершая. — Вот как это делается.
Я лениво улыбнулась, чувствуя себя непринужденно и посвежевшей.
— Спасибо, Сай.
Последовала небольшая пауза, прежде чем он заговорил с нежным и проникновенным обещанием: — Я всегда буду поступать правильно по отношению к тебе, Кинли. Никогда об этом не забывай.
Глава Тридцатая
Рук отвесил экстравагантный поклон передо мной, протягивая мне сэндвич с арахисовым маслом и джемом — вернее демонический вариант джема. Он вырезал его в форме мужских гениталий и подписал «Поздравляю с укрощением члена Сая» на внешней стороне тонкой фарфоровой посуды, на которой он его подавал. Учитывая темный цвет вещества, использованного для написания послания, я была уверена, что Рук использовал весь свой запас спермы.
Я сидела на центральном кухонном островке в одной из бордовых футболок Атласа, которую накинула перед тем, как спуститься вниз. Мое тело утопало в ней, и она больше походила на платье чем на футболка.
Я хихикнула, приняла заботливое подношение Рука и поставила его на стойку перед собой.
Сайлас вошел в кухню, переодевшись в чистые джинсы и натянул футболку через голову, прежде чем направиться к холодильнику. Пока он доставал бутылку воды, Рук взял второй сэндвич и положил его рядом с моим.
С дерзкой ухмылкой Рук посмотрел на Сая.
— Приятель, не чувствуй себя обделенным. Я тебе тоже приготовил.
Сэндвич, который он предложил Саю, был очень похож на мой. Однако, похоже, что он был вырезан в форме влагалища. Надпись, растянувшаяся по верхней части тарелки, была менее поздравительной по своему характеру и более откровенной: «Наконец-то, черт возьми.»
Атлас прислонился к стойке, подавляя смех при виде сердитого выражения лица Сая, когда он подошел к островку.
Тихое бормотание донеслось от Сая, когда он покачал головой.
— Господи Иисусе, с тобой что-то не так, — сказал он, прежде чем сделать большой глоток из бутылки с охлажденной водой, которую только что достал из холодильника.
Тут же я принялась уплетать содержимое своей тарелки, пока мой архангел возвращался к своему привычному резкому характеру, пусть и немного смягчённому.
С проблеском нежности в серых глазах Атлас тепло улыбнулся мне.
— Знаешь, ангел, я никогда не предполагал, что так получится, — сказал он с весельем.
Мои глаза встретились с его, когда я подняла обе брови.
— Никогда не предвидел, что получится? — Я ухмыльнулась ему, заинтригованная его заявлением.
Он наклонился, когда его рука легла мне под подбородок, слегка откидывая мою голову назад, чтобы я посмотрела на него снизу вверх. Его губы легко коснулись моих, когда он заговорил напротив них.
— Видеть, как ты открываешься не только мне. Позволяешь каждому из нас заботиться о тебе так, как ты того заслуживаешь. После того, как меня забрали у тебя на Сент-Кассиусе, я больше всего боялся, что ты никогда не обретешь равновесия и счастья.
После нежного поцелуя в мои губы его язык высунулся и лизнул уголок моего рта, где осталось пятно от начинки сэндвича.
— Да, я невероятно горжусь тобой, любимая, — заявил Рук с чувством гордости в своих словах.
Затем мы все посмотрели на Сайласа. Он стоял и смотрел на нас со стоическим выражением лица, прежде чем прочистить горло, в то время как двое других посмотрели на него выжидающе.
Поставив бутылку с водой на стойку, он слегка обхватил рукой мой затылок и нежно притянул меня к себе, запечатлев поцелуй на моей макушке.
— Мы всегда будем с тобой, Кин. — Его теплое дыхание касалось моей головы, когда он говорил.
Я сидела там, размышляя, было ли это тем местом, где мне суждено быть, в окружении моего хранителя, Небесного воина и эксцентричного трикстера. Меня наполнило ощущение, которое я не была уверена, что когда-либо испытывала, по крайней мере в таком качестве.
Нарушив нежный момент, у Рука зазвонил телефон с песней «Warrant’s — Cherry Pie», доносящейся из переднего кармана его джинсов.
Достав устройство из кармана брюк, он приложил его к уху.
— Приветствую, говорит Рукамус. — Его голос звучал чересчур профессионально, как будто он президент Соединенных Штатов.
Спустя несколько ммм и — ух-ха он закончил словами: — Буду там через мгновение.
Вот и все, что нужно для того, чтобы звучать строго профессионально.
Я с любопытством подняла бровь, когда он убрал телефон в карман.
— Убегаешь?
Он обошел островок и схватил половинку нетронутого сэндвича Сая, прежде чем запечатлеть поцелуй на моих губах.
— У Адмира есть новости от его приспешников-кровососов о нашем подлом прыгающем ящере. Я скоро вернусь, надеюсь, с полезной информацией.
Кивнув Руку, я мило улыбнулась.
— Будь осторожен.
— Ты смотришь на мастера бдительности, — смело заявил он, подмигнув, прежде чем исчезнуть в одно мгновение.
Сделав глубокий вдох, я вытянула руки над головой, покачивая бедрами из стороны в сторону и тихо зевая.
После моей физически напряженной сессии с Саем и полным животом, набитым фирменным сэндвичем Рука, на моем лице растянулась сонная и довольная улыбка.
— Думаю, я пойду немного вздремну, — сказала я им обоим, вставая со своего места.
— Иди отдохни немного, мне нужно приготовить ужин на костре снаружи, — подбодрил меня Атлас.
Взглянув на Атласа, Сай заговорил.
— Я помогу тебе.
Когда он проходил мимо меня к Атласу, мне показалось, что он тоже решил протянуть мне руку помощи. Он похлопал меня по заднице, прежде чем крепко сжать ее, напоминая мне о том, какой восхитительно чувствительной она стала после прикосновения его ремня.
Я благодарно застонала при этом воспоминании и увидела, как по лицу Сая пробежала гордая ухмылка.
Вскоре после этого мы все разошлись в разные стороны: парни направились на задний двор, а я — в свою спальню.
К моему удивлению, кремово-белые простыни на моей кровати были свежезастелены. Сайлас, должно быть, специально разгладил их после того, как я спустилась вниз. Он и его чертова склонность поддерживать чистоту и порядок.
Забравшись в постель, я скользнула под простыни, подтягивая под мышки тепло одеял. Пока я лежала там, меня убаюкивало, что меня окружает частичка каждого из моих мужчин — рубашка Атласа, запах Сая на моих простынях и сэндвич Рука, наполнивший мой желудок.
Слабое свечение углей озаряло темноту вдали. Подойдя ближе к мерцающему оранжевому свету, я оказалась окружена мёртвыми. Жертвами моей резни в Сент-Кассиусе. Годами забытыми человеческими питомцами. Каждая из управляющих моего дома по имени Кристина, которых я нанимала и вскоре от которых избавлялась.
Когда я поднималась
