пол. Ей показалось, что это продолжается целую вечность, и боль внизу живота усиливалась после каждого прикосновения, после каждой ласки. Ахейя прикусила губу, чтобы не застонать, откинула голову назад. Боги, нет, она не может с этим справиться…
Их взгляды встретились, и она даже пошатнулась от неожиданности; взгляд этих темно-серых глаз опалил ее. Альшайтан стоял на коленях. Ей вдруг пришло в голову, что он наверняка ни перед кем не опускается на колени.
– Что значит «Рухи»? – прошептала Ахейя, глядя на него сверху вниз, опираясь на его плечо. Его руки застыли у нее на талии.
– Это означает… – Ариок помолчал, и она заметила в его глазах лукавые искорки. – «Избалованная девчонка».
– Не верю. – Она шагнула ему навстречу и, стоя вплотную, двумя пальцами приподняла его подбородок, так что он касался ее живота. Ариок впервые смотрел на нее снизу вверх. – Мне не нравится, когда ты на меня так смотришь – как будто я беззащитная и хрупкая.
Он не шевелился. Вода капала с ее груди на его лицо, и жемчужные капли висели на ресницах.
– Натьей. Хрупкая? Ты думаешь, я считаю тебя хрупкой после того, как встретил тебя, с головы до ног залитую кровью демонов? – Ариок поднял руку, погладил ее живот, прижал ладони к ребрам.
– Я это вижу, – выдавила Ахейя сквозь зубы. – Ты смотришь на меня так, будто я сломалась.
– Мы все в какой-то момент ломались, Ахейя. Именно это дает нам силу. Только сломленное существо может расти и становиться сильнее.
И снова альшайтан говорил нежно, как будто обращался к кому-то, о ком нужно заботиться, за кем нужно ухаживать, к тому, кого нужно защищать от этого мира. Ахейя не думала, что он способен на нежность; кроме того, она не нуждалась в подобном отношении.
– Перестань, – снова прошипела Ахейя и поймала его запястье. – Мне это не нужно. Не от тебя. Я не хочу это слышать, не надо вести себя как… – Она тряхнула головой, сообразив, что едва не выдала себя, и в последний момент успела проглотить имя Кэла.
Однако, судя по лицу Ариока, он обо всем догадался.
– Как кто, Ахейя? – Теперь в его хриплом голосе слышалась угроза, и еще в нем появился сильный акцент.
– Никто.
Она хотела отойти назад, но Ариок держал ее; одна рука лежала у нее на талии, вторая – на бедре.
– Лучше бы это был никто, – прорычал он, – потому что если ты собиралась сравнить меня с этим блондином-шишт…
– Даже если собиралась, что с того?
У Ахейи зашумело в ушах. Она никогда не представляла Кэла в роли любовника, но ей понравилось лицо Ариока, когда он услышал эти слова. Ее попытки отойти назад были тщетными; альшайтан держал ее крепко, а она продолжала вырываться, хотя ей вовсе не хотелось, чтобы он разжимал пальцы. Ей хотелось снова увидеть ярость, которая вспыхивала в серых глазах всякий раз, когда она пыталась высвободиться.
– Отпусти меня, – повторяла Ахейя, чувствуя, как кровь приливает к лицу.
– Нет.
Это резкое слово разнеслось по мраморной ванной, отразилось от стен, а он на миг отпустил талию Ахейи и схватил ее за запястья, потом привлек ее к себе, и она вынуждена была сесть к нему на колени. Пока она вырывалась, его тяжелая рука снова обхватила ее, его мокрая одежда касалась ее обнаженного тела, шнуровка его кожаных штанов терлась о ее бедра.
– Он бы так и поступил на моем месте? Остановился и извинился бы? – прошептал Ариок ей в ухо.
Боги, это было именно то, чего она желала.
– Да, – выдохнула Ахейя, чувствуя, как с каждым движением напряжение нарастает. Эта чертова шнуровка терлась о ту самую часть ее тела…
– А он способен довести тебя до этого? – спросил Ариок, поглаживая свободной рукой ее ягодицы. – Он может заставить тебя вот так извиваться у него на коленях?
Ахейя уперлась руками в его плечи, толкнула так сильно, как только могла. Вода по-прежнему лилась на них, стекала по ее груди.
– Хватит меня лапать.
«Нет, не останавливайся».
– Какая ты свирепая, черт побери, – прорычал Ариок, глядя на ее живот; потом сжал ее ягодицы так сильно, что она застонала. – Какая своевольная девица. Ну же, давай, прикажи мне еще раз, и я тебя отпущу.
– Убирайся в преисподнюю, – выдохнула Ахейя, продолжая тереться о ширинку штанов, которые отделяли их тела друг от друга.
Она чувствовала приближение того самого момента…
Ариок мрачно усмехнулся, и она ощутила вибрацию в его груди.
– Мы уже в преисподней.
Проклятье, он опять довел ее чуть ли не до предела, все тело было так напряжено, что ей казалось, она сейчас сломается.
– Ты выглядела такой красоткой, черт возьми, когда кончила среди моих теней. – Ариок отпустил ее и провел костяшками пальцев между ее грудями, вниз, к животу. – Твоя душа чуть не прожгла мне руку насквозь, как будто хотела наказать меня за то, что я оставил тебя на диване в полном одиночестве, – продолжал он, просовывая руку ей между ног.
Ахейя вздрогнула, ощутив прикосновение его жестких пальцев, скользивших по влажной плоти.
– Моя жестокая и воинственная малышка, – ты вовсе не такая, какой тебя считают митры. Кто-нибудь еще знаком с этой стороной твоей натуры, Рухи?
Ахейя покачала головой; она не могла больше говорить. Он поглаживал ее кончиками пальцев, но не там, где ей хотелось. Ариок снова играл с ней, он наблюдал за ней этими своими серыми глазами, и на его губах появлялась улыбка всякий раз, когда Ахейя пыталась изменить позу, заставить его ласкать ее самое чувствительное место. Но он не поддавался на ее уловки.
– Нет, – пробормотал он, и Ахейя почувствовала его дыхание на своих губах. – Ты не можешь это контролировать, верно, маленькая богиня? Когда ты играешь с демонами, маска, за которой ты обычно прячешься, все-таки падает.
Она всхлипнула, когда альшайтан наклонился к ней и укусил ее за шею; боль от укуса пронзила тело и слилась со сладкой болью между ног.
– Эта строптивая малышка принадлежит только мне.
Ахейе показалось, что она сейчас сойдет с ума, когда он медленно просунул внутрь два пальца, одновременно двигая рукой так, что его ладонь касалась ее… наконец-то, именно там. Она не могла пошевелиться, не хотела шевелиться, она полностью отдалась наслаждению, которое он доставлял ей, и у нее развязался язык.
– Если я не могу получить тебя, то и ты не должен… черт.
Ахейя содрогнулась, чувствуя, как двигаются его пальцы там, внутри. Одновременно он снова прикусил ее кожу за ухом.
– Проклятье, – прохрипел Ариок. – Боги, ты сейчас готова. Ты точно так же возбудилась, когда ласкала себя в первую ночь здесь, Ахейя? Когда ты думала обо мне?
– Нет, – солгала она. Но ее бедра двигались независимо от ее воли.
– Нет? Ты не представляла, как мои руки касаются тебя, не представляла мои пальцы внутри?
Ахейя снова покачала головой, сцепив зубы и
