какой-то момент можно и расстаться, если он найдёт более выгодную партию. Но пока девушка в фаворитках принцев Аккрийских, грех не воспользоваться этой благодатью!
Миран поклонился, чтобы спрятать обуявшие его чувства.
— Так почему же вы так волнуетесь за леди Элирию? — спросил он.
Яори-сан выдохнул.
— Видите ли, артефакт драконий. Я специально провёл целые сутки в нашей родовой библиотеке, чтобы найти этот том. — Он указал ладонью на книгу, лежащую перед ним, и даже чуть подвинул к гостю, чтобы было удобнее рассмотреть разворот. — Малая императорская печать хранится в нашем роду уже несколько поколений и до сих пор передавалась из рук в руки от отцов к сыновьям. До сегодняшнего дня никому из посторонних и в голову не приходило прикасаться к артефакту. Понятное дело, с одной стороны, печать надёжно охранялась, потому что с её помощью можно натворить много разных бед, но с другой стороны… чтобы воспользоваться такой мощью, нужно самому быть как минимум драконом.
— Простите?
Миран нахмурился и сделал шаг вперёд, рассматривая рисунок печати и множество иероглифов. Как потомственный военный, он не очень любил читать, но знал, что такие вот книги, как правило, содержат бесценную информацию и передаются наравне с реликвиями и сокровищами.
— Магия в нашем мире не берётся из ниоткуда, — улыбнулся Яори-сан, правда, чуть печально. — Чем сильнее магия, тем больших ресурсов требует от того существа, кто попробует ею воспользоваться. Именно поэтому даже от, казалось бы, безвредных настоек и эликсиров такие сильные откаты. Малая императорская печать — очень мощный артефакт. Очень.
Он шумно выдохнул, потёр лоб, словно отгонял подступающую головную боль.
— И, по правде говоря, даже без дознаний и проверок истина всё равно выйдет наружу. Драконов у нас мало. Все служат стражами, все связаны клятвами Аккрийскому дому. Если злоумышленник применял печать, да если он просто держал её в руках, то совсем скоро он захворает. Вот и вот…
Господин крылатый взмахнул на изображения на соседней странице, которые воистину выглядели неприглядно. На рисунке был изображён человек так, будто жизнь вышла из него, оставив лишь оболочку: худой до прозрачности, кожа натянута на кости как старый пергамент; волос почти нет — лишь редкие, потерявшие блеск пряди; взгляд пустой, провалившийся внутрь, словно он уже стоит одной ногой в мире духов.
Яори-сан провёл пальцем по краю страницы, словно по краю пропасти.
— Так выглядит тот, кто коснулся печати, не имея на то права.
Миран вновь сглотнул слюну, но на этот раз от страха.
— Элирия-сан в таком состоянии не была, когда я её увидел. И это уже говорит о многом, — тут же заявил он. — Во-первых, она оборотень, и в ней магии всяко больше, чем в простом человеке. Во-вторых, даже если оборотень, ведьма или обычный ребёнок коснутся печати, упадок сил будет виден не сразу. Это как болезнь, которая прогрессирует незаметно, в соответствии с внутренними ресурсами существа.
— Я понял, крылатый господин. Но какое это имеет отношение к Элирии?
— Прямое. Я боюсь, что она прикасалась к печати.
Прода 01.03.2026
— Нет, не думаю, уважаемый Яори-сан.
— Вы готовы поставить на это её жизнь, Миран-сан?
Огненный клинок нахмурился. Да, он выспрашивал Элирию о том, прикасалась ли она к печати, но про то, что артефакт может высасывать силы, в тот момент не думал. Больше боялся за следы аур и так называемые невидимые «отпечатки», по которым драконы каким-то таинственным образом всегда узнавали правду.
— Ещё раз повторяю, Миран-сан, — грозно произнёс Правое Крыло принца Эвана Аккрийского. — Я верю в то, что Элирия невиновна. Но я боюсь за её жизнь. Вы, как выясняется, метите в её супруги, а значит, тоже должны быть обеспокоены.
— Так точно! — Миран аж закивал. — Но разве мы что-то можем сделать с этим?
— Есть одно зелье, которое восстанавливает магические силы. Оно очень редкое, а ингредиенты и вовсе стоят малое состояние… Если его выпить в первые несколько суток, пока кожа не стала серой, истощение обратимо.
— Ох, боюсь, я не знаю, где такое добыть, да ещё и в кратчайшие сроки… — тут же заюлил огненный клинок, почувствовав, что с него могут стрясти деньги. Расставаться с монетами он не любил. Хотя, конечно, жизнь Элирии в перспективе дороже, но кто знает, сколько стоит это зелье…
— А я и не прошу добыть зелье. Я его велю приготовить нашим поварам сам, тем более что рецепт хранится в нашей семье как строжайший секрет. От вас потребуется услуга иного толка: отнести флакон Элирии лично в руки. Дело в том, что моё появление на пороге тюрьмы привлечёт ненужное внимание, а то и вовсе напряжёт воров, которые наверняка расслабились после ареста Элирии. Вы как будущий жених, обеспокоенный положением невесты, вполне логично будете смотреться в этой картине, а я — нет.
— То есть всё, что от меня требуется, — это передать флакон Элирии? — ещё раз уточнил Миран-сан, что-то прикидывая в голове.
— Совершенно верно.
— А если она не трогала руками печать? Это зелье ей никак не навредит? Будут какие-то последствия?
— Вообще никак не отразится на её здоровье. Оно абсолютно безвредное.
Миран-сан с готовностью кивнул.
— Что ж, тогда я готов. Сделаю всё, что скажет крылатый господин. Уверен, вы намного мудрее, чем я.
Именно такого ответа Эван-Яори и ожидал: он облегчённо вздохнул.
— Тогда я займусь приготовлением зелья от магического истощения. Флакон будет скрыт в напольной вазе, украшенной цветами, у входа в беседку Утреннего Лотоса. Я поставлю его туда не позднее часа пробуждающихся звёзд. Помните: во дворце ныне шум праздника, и сады полны людей. Во избежание дурных пересечений и неприятностей прошу вас явиться точно в назначенный миг, забрать флакон — и без промедления добраться до Элирии. Вы должны заставить её выпить зелье сразу. Понимаете?
— Да, господин крылатый. — Миран-сан снова поклонился, а Яори-сан вздохнул. На этот раз с видимым облегчением.
— Тогда до свидания, да будет ваша служба лёгкой.
Огненный клинок вновь уважительно поклонился и вышел, а Эван-Яори помассировал виски и с внезапным порывом вырвал из книги разворот. Тот самый, на котором был изображён умирающий человек. Целый день дракон рисовал эти листы самостоятельно, а затем искал в библиотеке подходящие книги и обкладывал ими кабинет, чтобы всё вместе смотрелось натурально.
На Огненном Архипелаге все дети, независимо от того, обладают они магией или нет, ходят в школу, и там учат, что у любой магии есть своя цена. Больше всего Эван-Яори переживал, что Миран-сан усмотрит несоответствие в использовании артефакта и прикосновении к нему. Если уж на то пошло,
