— Ты права, дорогая. Мне действительно нужно отдохнуть после всего этого безумия. Составишь мне компанию?
Она просияла, как кошка, добравшаяся до сметаны:
— Конечно, милый. Я как раз хотела кое-что с тобой обсудить... — её рука скользнула по его плечу, стряхивая невидимые пылинки. — И тебе нужно переодеться. Этот камзол безнадежно испорчен.
Они вышли вместе — он даже не взглянул в мою сторону, словно я была предметом мебели. А я осталась лежать, глядя в потолок и пытаясь осознать произошедшее. Я не могла понять, как человек может так резко изменить свое поведение. Буквально за несколько минут он превратился из внимательного, обеспокоенного мужчины в холодного, раздраженного чужака.
Словно его подменили.
Или отравили.
Я вспомнила тот чай, странный зеленоватый оттенок пара. «Вечерний чай», который он «всегда пьёт». Интересно, как давно у него появилась эта привычка? И почему леди Розалия так настаивала на том, чтобы он выпил его именно сейчас, когда он впервые проявил ко мне что-то, кроме презрения?
За окном снова прогремел гром, и молния озарила комнату призрачным светом. Гроза не утихала, словно сама природа чувствовала неладное.
Я посмотрела на тяжёлое кольцо на своём пальце. От чёрного камня исходил неприятный холодок, но, может быть, это и к лучшему. Мне нужна ясная голова, чтобы во всём этом разобраться. Что ж, придётся научиться жить с этим украшением. И заодно выяснить, что здесь происходит.
Потому что моя интуиция, отточенная годами ведения бизнеса в прошлой жизни, буквально кричала: в этом замке творится что-то очень нехорошее. И я собиралась выяснить, что именно.
А пока нужно было отдохнуть и набраться сил. Этот день преподнёс слишком много сюрпризов: магический выброс, внезапное прозрение лорда Дариана и его столь же внезапное «выздоровление» после чая... Что-то подсказывало мне, что это только начало.
Я закрыла глаза, прислушиваясь к раскатам грома за окном. В конце концов, у меня есть преимущество — никто не знает, кто я на самом деле. И пока они считают меня просто избалованной аристократкой, у меня есть время во всём разобраться.
Теперь главное — не выдать себя раньше времени.
10
Солнечный луч, пробившийся сквозь тяжёлые портьеры, разбудил меня раньше служанки. Я полежала несколько минут, рассматривая причудливый узор на балдахине и прислушиваясь к незнакомым звукам замка. Где-то вдалеке слышались голоса слуг, звон посуды, скрип половиц — обычное утреннее оживление большого дома.
В дверь осторожно постучали.
— Войдите, — я села в постели, поправляя ночную рубашку.
Марта проскользнула в комнату с охапкой свежего белья, за ней следовали две младшие горничные: — Доброе утро, миледи! Я думала, вы еще спите... Его светлость приказал перенести ваши вещи в западное крыло. Комнаты уже готовят.
Я заметила, как младшие горничные обменялись удивленными взглядами.
— Что-то не так? — спросила я.
— Нет-нет, миледи, просто... — Марта замялась, но одна из молодых служанок, рыжеволосая веснушчатая девушка, не выдержала:
— Просто леди Розалия — единственная, кому позволено было жить в западном крыле! Она так прочно заняла место в сердце господина... Даже леди Элеонора жила в восточном крыле, хотя и была официальной невестой.
— Бетти! — одернула её другая горничная. — Не нам обсуждать...
— Леди Элеонора? — переспросила я. — Расскажите мне о ней.
Служанки снова переглянулись. На этот раз заговорила вторая, постарше: — Она должна была стать женой его светлости пять лет назад. Такая красавица была... И тоже с лиловыми глазами, прямо как у вас. Леди Розалия тогда уже часто бывала в замке — она вдова лучшего друга его светлости. А потом... — она понизила голос до шёпота, — случилось несчастье на лестнице. С тех пор западное крыло принадлежит только леди Розалии.
— Только не говорите, что я болтала, миледи, — испуганно прошептала юная Бетти. — Леди Розалия не любит, когда вспоминают о прошлом.
— Не волнуйся, — я улыбнулась. — А теперь помоги мне собраться. Раз его светлость распорядился о переезде, не стоит медлить.
— Я приготовила ванну с розовым маслом, — Марта явно обрадовалась смене темы. — И портниха прислала ваше новое платье. Оно восхитительно!
Она достала из шкафа платье цвета спелой сливы, расшитое серебряной нитью. Действительно красивое — глубокий оттенок прекрасно подчеркнёт мои лиловые глаза. Такие же, как у леди Элеоноры... Интересное совпадение.
— Прикажете подать завтрак в комнату? — Марта помогла мне забраться в ванну, наполненную ароматной водой. — После вчерашнего... может быть, вам лучше отдохнуть?
— Нет, я буду завтракать в столовой.
Марта замерла с мочалкой в руках: — Но... его светлость уехал по важным делам в город. В столовой будет только леди Розалия. А она... — служанка понизила голос, — она очень рассердилась, когда узнала о приказе его светлости.
— И что с того?
— Просто... — служанка замялась. — После вчерашнего... Может, не стоит злить её ещё больше?
— Это мой дом, Марта, — мягко сказала я. — И я не собираюсь прятаться в своей комнате.
Следующий час прошел в приготовлениях. Марта расчесала и уложила мои волосы в элегантную прическу, оставив несколько локонов свободно спадать на плечи. Новое платье село идеально, подчеркивая тонкую талию и изящную линию плеч.
По пути в столовую я ловила на себе любопытные взгляды слуг. Они перешёптывались за моей спиной, но теперь в их шепоте слышалось не только злорадство, но и уважение, смешанное со страхом. Еще бы — после вчерашнего магического выброса они поняли, что я не просто беспомощная кукла. А теперь еще и это решение о западном крыле...
Двери в малую столовую были распахнуты. Леди Розалия уже сидела за столом, одетая в утреннее платье цвета морской волны. Её рыжие волосы были уложены в сложную причёску, украшенную изумрудными шпильками. При моём появлении она даже не подняла головы от чашки.
— Доброе утро, — произнесла я, направляясь к своему месту.
Розалия медленно подняла взгляд, и я почувствовала волну ледяной ярости, исходящую от неё:
— О, какая... неожиданность. Я думала, после вчерашнего ты предпочтёшь завтракать в постели. Слабые нервы требуют покоя, не так ли?
— Прекрасное утро для завтрака в столовой, — я грациозно опустилась на стул.
Лакей поспешно налил мне чаю. Я заметила, как дрожали его руки.
— В самом деле, — Розалия поставила чашку на блюдце с такой силой, что фарфор жалобно звякнул. — Наверное, спешишь освоиться в новых покоях? Надо же, западное крыло... — её глаза опасно сузились. — Дариан становится слишком... мягкосердечным.
— Муж просто заботится о моём удобстве, — я спокойно намазала тост джемом.
— Муж? — Розалия рассмеялась, но смех прозвучал как звон разбитого стекла. — Какое громкое слово для формальности на бумаге. Знаешь, детка, давай начистоту. То, что ты получила комнаты в
