что она примет верное решение.
Сейчас же она пока была еще юна. Ей не хватало опыта — только и всего. Но он обязательно научит ее, а она…
Она обязательно поймет, что он уже не тот, что прежде. Только не с ней. Говорят, мужчина меняет женщину. Герцог был в корне не согласен с этим убеждением. Это женщина меняла мужчину внутри их отношений — иначе считали глупцы и юнцы, не испробовавшие эту жизнь.
Приведя в чувство гвардию, лошадей и кучера, Рейнар не забыл и о крылатой морской свинке. Увидев его, она в ужасе встрепенулась, а секундой позже имела четкие намерения атаковать его. Но он лишь приложил палец к губам и улыбнулся, показывая, что для паники места нет.
Герцог был счастлив в этот момент. В свою летнюю резиденцию он наконец привез жену, чего не собирался делать в принципе. Он просто не видел себя ни с кем, не видел детей, бегающих по его замку да называющих его папой. Теперь же все изменилось. У них обязательно будут дети, но позже. Сначала Арибелле нужно лишь немного повзрослеть, а им двоим — укрепить их чувства и притереться.
Оставалось решить только одно дело: еще вчера он магическим вестником вызвал сестру Аурэлии Бьянку прямо к ним в особняк. Эта встреча была необходима: Рейнару требовалось объясниться, убедиться, что Бель ничто не будет угрожать. Он никогда не доверял своему императору. Он мог выкинуть что угодно, и тогда трагедии не избежать, а потому свои дела герцог предпочитал улаживать сам.
Встретив старую знакомую на первом этаже в холле, он был рад увидеть ее. Следствием этого стали короткие объятия. Крепкий брак сделал из Бьянки обворожительную красавицу. Черты ее лица были мягче, чем у сестры, но улыбка делала из любой женщины настоящую красотку.
Оценив ее внешний вид, он понял, что женщина снова беременна. Их с Этоли первенец появился на свет чуть больше года назад.
Разговор был неприятным. Ему самому предстояло рассказать женщине о том, что ее сестра умерла. Герцог никогда не умел утешать, он чувствовал себя бессильным против слез, но ему снова пришлось с ними столкнуться. Впрочем, итог беседы удовлетворил его целиком и полностью. И Бьянка, и ее старшие братья прекрасно были осведомлены об одержимости их сестры, так что финал этой истории заранее был предсказуем.
Стоило Рейнару выйти из серой гостиной, что была закрыта защитным куполом от воздействий извне, как он разом пожалел о такой сверхзаботе от подслушивающих. Он ощутил лишь отголоски закрывающегося перехода и мигом взлетел по лестнице. Но в комнатах Бель уже не было.
Перемещение на берег заняло минуты — портал вел в ту сторону. Координаты ошеломляли — пустота над водой метрах в трехстах от берега, однако пустоты там не было вовсе. Его воды спешно покидал пиратский фрегат, что плелся за ними всю дорогу до герцогства.
Его гвардейцы смотрели на него как на умалишенного, пока он, громко хохоча, поднимался на борт своего корабля. Погоня развернулась быстро, каждый на его судне знал свое дело, но они все равно не успели. Магическая воронка разверзлась под пиратским судном будто из ниоткуда и поглотила все до мачты без остатка.
Он был в ярости, и эта ярость пала на Арсарвана. Когда он ворвался в их дом без предупреждения, молодожены как раз изучали особняк. Татия билась в истерике, пока Рейнар прижимал ее супруга к стене, выбивая правду. Впрочем, сама Татия и дала брату ответы на его вопросы, что неприятно покоробило герцога. В тот день он понял главное: все это время его сестра знала о предстоящем побеге Арибеллы. И даже о том, что теперь она капитан на пиратском судне. Ревность его сестры перешла все немыслимые границы.
— Она тебе не нужна! — кричала Татия ему в спину, когда Рейнар уходил.
А он думал лишь о том, как проморгал смену капитана на этом корыте. Эта информация прошла мимо него, но сдаваться герцог не собирался.
До самой ночи он разыскивал мага, с которым уже сталкивался раз. Портальщик умел открывать переходы на любые расстояния и к конкретным людям, даже не зная их. Это был его уникальный дар, что пришелся как нельзя кстати. То, что маг при этом оказался до невозможности пьян, Рейнара не остановило. Он слишком хорошо знал, что делают с беззащитными и самоуверенными женщинами на пиратских кораблях.
Однако, вывалившись прямо посреди верхней палубы, герцог ощутил удивление. Вся команда была занята от и до, но его появление заставило их взяться за оружие.
— Мне нужна моя жена. Я не трону никого из вас, если вы не станете препятствовать мне, — произнес он холодно и твердо.
— Баб на судне не держим, — отозвался ушастый матрос, сверлящий его прямым взглядом.
— Сам, паучище, за борт скаканешь али подтолкнуть? — появилась перед ним знакомая морская свинка.
— Ну, попробуй, — предложил он ей, усмехнувшись, и уверенно направился туда, где видел свою Бель несколько раз. — Я в своем праве.
Лестница оказалась той самой. Его сбежавшая жена нашлась спящей все в том же платье. На мешках с овощами. Картина умиляла до невозможности, но и злила неимоверно. Однако захлестнувшая его ярость с каждым произнесенным словом все больше сходила на нет.
Рейнар уважал Арибеллу. Ценил ее стойкость духа, восхищался ее силой и смелостью. В этот самый момент он отчетливо понимал, что и она его любит тоже. Отрицает — несомненно, но любит. Просто этот разговор должен был состояться раньше. Если бы он поговорил с ней, как и хотел, она не сбежала бы. Ему не пришлось бы мчаться следом за ней.
Ей просто было страшно, как и любой юной девушке. Страшно идти в новую неизвестную жизнь.
Он прекрасно понимал все ее опасения. Ничуть не принижал ее слова, не умалял ее правды. Разговаривал мягко, объяснял терпеливо, а сам, внутренне смеясь, осознавал, что сегодня уйти им двоим отсюда не суждено.
Но он был готов к таким решениям. Рейнар всегда умел правильно расставлять приоритеты. Его молодая жена в его жизни теперь занимала самое главное место. Его молодая, красивая, ревнивая, но пока еще слишком импульсивная жена.
За дни, проведенные на судне, для них двоих случилось многое. Он и злился, ощущая бессилие, когда вновь и вновь слышал невыносимую фразу: «Я тебе этого никогда не прощу». И с ума сходил от ревности, проводя поучительную беседу с ее командой. В его планы не входило усмирять оборотня и запирать его в клетке в кубрике. В его планах не имелось
