звали Никколо Винатти. Как я поняла, имя Никколо было весьма распространено в Венеции, потому что и сына Энрико Дандоло тоже звали Никколо.
Помимо целительства Никколо в основном занимался тем, что действительно читал звёзды, и у него было твёрдое убеждение в том, что все пути предопределены. Это была интересная дискуссия.
Где-то я была с ним согласна, и когда он предложил составить звёздную карту для меня, я согласилась. Возможно, что зря, потому что спустя пару часов расчётов Никколо вышел и с восторженным ужасом посмотрел на меня. После небольшой паузы, немного коверкая моё имя, вернее, умудрившись смягчить его жёсткое звучание, он сказал:
- Леди Маргерита, вы умерли, больше восьми лет назад.
Глава 10
Что мне стоило сохранить на лице спокойствие, знает только моя несчастная ладонь, в которую я вцепилась ногтями, сжав кулаки.
Изобразив удивление, я спросила:
─ И что теперь? У меня нет будущего?
Николо взглянул в свои расчёты, и удивлённо произнёс:
─ Это очень странно, возможно, что я ошибся, но будущее у вас есть, и его даже несколько вариантов.
Про варианты меня заинтересовало, и я, пользуясь тем, что ни Никколо, ни Джаббир не бегут с криками: «Спасите, а атаковали, зомби», спросила:
─ А отчего зависят эти варианты.
─По-разному могут встать звёзды, леди Маргерита, но у меня такое впечатление, что вам дано право выбора, тогда как у других обычно такого нет.
Теперь Николо смотрел на меня восторженно, и повернувшись к молчавшему Джаббиру, сказал:
─Ты привёз мне звёздную леди, её путь не расчерчен как у других, она сама рисует его. И за это я благодарен тебе ещё больше.
И, попросив нас подождать Николо снова погрузился в расчёты. Спустя ещё пару часов он выдал мне три варианта, и ни одного при котором я бы осталась жить. Каждый из этих вариантов по словам Николаса «уводил» меня обратно на звезды.
Я расстроилась, но не потому, что не было вариантов остаться живой, а потому что я об этом узнала.
А вот Николо совершенно искренне недоумевал, никак не мог понять, почему я расстраиваюсь:
─Жизнь ─ это путь, а у каждого пути есть начало и конец, ─ сказал он, помолчал несколько мгновений и добавил, ─ неважно как мы приходим, потому что все мы приходим в этот мир, не имея ничего и в то же время имея всё, важно, как мы проносим то, что нам дано, и как мы уходим.
Я не была готова к философским измышлениям, для меня стало вдруг важно понять, а я вообще смогу вернуться из своего «паломничества», и верно ли я в этот раз выбрала путь.
Мне нужны были подробности, но звёзды не давали прямых инструкций, единственное, что мне удалось понять, было то, что если я окажусь в Византии, то я не смогу оттуда выбраться, почему не понятно, но, если я не попаду в Византию, то этот путь закроется, а если я сверну сейчас с начатого пути и решу вернуться обратно, то это тоже приведёт к моей погибели.
Причём звезды, конечно же не указывали на Византию, речь шла про путь и про цель.
Я подумала о том, что вероятно, сказки не на пустом месте про три дороги рассказывали, но моя сказка, похоже, была не очень позитивная.
Джаббир вступил с Николо в научный спор, касательно обязательной предопределённости, и в конце дискуссии Николо всё же признал, что всё будет зависеть от выбора, если я сделаю верный выбор, то моё «звёздный путь» ещё подождет меня, потому что мой земной продолжится.
Напоследок, почти перед нашим уходом Николо понизил голос и спросил:
─ Какие там люди? Они станут равными богам?
Что мне было ответить человеку, который и так видел больше других. Я не стала его расстраивать и сказала:
─ Звёзды по-прежнему светят всем, а люди и сейчас равны богам, просто не все это понимают
─ Спасибо, леди Маргерита, ─ произнёс Николо, ─ ты сделала меня счастливым.
К сожалению, я могла то де самое сказать о нём, поэтому просто попрощалась.
Мы шли с Джаббиром по ночной Венеции, в узких переулках мелькали тени, я подозревала, что, если бы не охрана, идущая следом, то можно было бы столкнуться с обратной стороной жизни венецианцев, и, возможно, даже и не дойти до дома. Но нас было много, мои люди были вооружены, нас сопровождали люди дожа, поэтому нам «повезло» и ни одна тень так и не вышла из переулка.
─ Не бери в голову, сайида, ─ сказал Джаббир, это же просто звёзды, а для той, кто прошёл сквозь время это, вообще может ничего не значить.
─ Ты понял о чем он говорил? ─ спросила я, ─ почему ты не задал вопрос.
─ Да, я подозревал, что не всё так просто, и все те знания, что есть в твоей такой умной голове, рождены в другом времени, а сегодня Никколо просто подтвердил это.
Да и наше пророчество о тебе, Сияющая, хоть ты это и отрицаешь. Но я буду премного благодарен, если ты мне расскажешь.
И придя в дом, в выделенные нам комнаты, мы с Джаббиром ещё долго говорили, я рассказала ему кто я, и откуда. Джаббир кивал и иногда восклицал, что вот так он и знал, как, например про мой возраст.
- Я знал, сайида, что ты старше! Я чувствовал!
После разговора с Джаббиром, мне стало легче, показалось, что и вправду нет такого с чем бы я не справилась.
Но мы просто не знали с чем нам придётся столкнуться.
Глава 11
А пока мне предстояли переговоры с семейством Дандоло и надо было думать именно об этом, как уговорить расчётливого купца отправить караван тогда, когда нужно мне.
А после нашего разговора с Джаббиром мысли в голове бродили совсем другие, я размышляла о его фразе, которую он произнёс, когда я его спросила, почему его не удивило, что я умерла восемь лет назад. Он сказал: «Иногда люди не помнят своей прошлой жизни, может быть, ты просто вернулась».
Я бы с ним поспорила, всё-таки это была не совсем моя прошлая жизнь. Хотя кто знает, может быть, я так и вернулась в свою жизнь, которая когда-то была моим прошлым.
Но размышления эти запутывали и так сложную картину моей жизни, поэтому я отбросила их, ведь сейчас нам нужно было думать о насущном.
Собственно,
