мы только начинали. Я знала, что числа, которые я выводила на его коже, — опасная вещь, но я справлюсь. Я смогу пережить это, когда придёт время всё разрушиться.
Всю свою жизнь меня оставляли. Когда люди уходят от тебя так часто, ты учишься собирать осколки и жить дальше. Это будет ничем не отличаться. Когда придёт время, Грей уйдёт, и я сломаюсь, но, по крайней мере, у меня останутся воспоминания о том, что было между нами, и о том, как это вернуло меня к жизни.
— Я знаю, что делаю, — сказала я.
Ложь в чистом виде.
— Если ты уверена.
Кэсс поднялся со своего места и заключил меня в объятия. Я была рада, что приехала к нему. Благодарна за то, что он меня не осуждал.
Когда я поднялась наверх, Грей уже лежал в кровати — слева.
— А, чёрт, — выругалась я.
— Критическая ошибка.
— Дай мне левую сторону.
— Ни за что. Переодевайся и тащи свою задницу в кровать.
Я проворчала, переоделась в пижаму и забралась к нему под одеяло. Я положила голову ему на грудь, а Грей играл с моими волосами.
Как можно чувствовать такое спокойствие рядом с кем-то? О чём я думала, когда написала ту записку? Я была так зла и сорвала злость на Грее, хотя не должна была.
— Прости, что ушла, — сказала я ему.
Он поцеловал меня в макушку.
— Всё нормально. Мы теперь вместе. Чего хотел твой брат?
Я рассмеялась.
— Просто убедиться, что я понимаю, во что ввязываюсь. Не думаю, что смогла бы жить без него.
Грей напрягся под моей рукой, и я посмотрела на него.
— Всё в порядке? — спросила я.
— Может наступить день, когда тебе придётся быть без него.
Я несколько раз моргнула.
— Это очень мрачная мысль, Грей, и я не хочу её касаться.
Он посмотрел на меня и покачал головой.
— Прошу прощения. Не обращай внимания.
Он поцеловал меня в лоб, и я устроилась у него на груди, позволяя биению его сердца убаюкать меня.
Во сне я снова оказалась в Элизии, и там стояла мёртвая тишина. Ни единого дуновения ветра не шелохнуло парк, и от этого мне стало тревожно двигаться. Прошло уже некоторое время с тех пор, как мой разум в последний раз приводил меня сюда.
— Арчер? — осторожно позвала я.
— Я здесь, Скотт.
Он появился передо мной — тёмные волосы растрёпаны, зелёные глаза сияют. Возбуждение буквально вибрировало в его теле и только усиливало мою нервозность.
— Почему ты здесь? — спросила я. — Почему я здесь?
— Я давно тебя не видел.
— Я была занята, — объяснила я. — Я навещаю своего брата.
— Настолько занята, что не можешь провести время со мной?
Арчер подошёл ко мне и предложил руку. С некоторой нерешительностью я приняла её, и мы пошли.
— Скорее уж слишком занята для кого бы то ни было, — заметила я.
Это была откровенная ложь. Всё своё время я отдавала Грею.
— Ты эгоистична со своим временем.
Когда я подняла взгляд, Арчер внимательно наблюдал за мной.
— Думаю, каждый должен быть эгоистичен со своим временем, — ответила я. — Это ценный ресурс.
— Тогда для меня честь, что ты уделяешь часть его мне.
— Не льсти себе, Арчер. Это ты вторгаешься в мои сны. Ты крадёшь моё время.
Он приложил руку к груди.
— Ты продолжаешь ранить меня каждый раз, когда мы встречаемся.
Я закатила глаза.
— Тебе нужна более толстая кожа.
Мы шли не по нашему обычному маршруту. Мы направлялись к отражающему бассейну, и внутри у меня всё скрутило от паники. Это был сон. Всё это был сон, и даже если бассейн хотел меня, Арчер был Богом. Я чуть сильнее сжала его руку.
Он приподнял бровь и посмотрел на меня.
— Похоже, ты напугана.
— Нет, — сказала я, покачав головой. — Я просто не понимаю, почему мы здесь.
— Это важное место для Богов. Ни один из нас не был бы тем, кто мы есть, без него.
Вода лежала неподвижно — тихая, спокойная, безмятежная. Я знала, что это сон, потому что не было никаких шёпотов, тянущих меня к ней.
— Интересно… — задумчиво произнёс Арчер. — Что бы произошло, если бы ты вошла в неё?
Моё сердце ухнуло вниз. Почему он сказал это? Арчера не было там той ночью. Я никому не рассказывала о том, что произошло. Не могло же быть совпадением, что он вдруг заговорил о такой случайной мысли.
— Полагаю, мы никогда этого не узнаем, — вздохнул он.
Что он делает? То, как он говорил, было похоже на игру.
Арчер повернулся ко мне лицом, и его ярко-зелёные глаза впились в меня. Казалось, он что-то ищет. Он шагнул ближе, взял меня за плечи, заставляя смотреть прямо на него.
— Если только ты не доверишься мне и не вернёшься со мной, — предложил он.
— Вернуться куда? — спросила я, не в силах оторвать от него взгляд.
— В Элизию.
Мои брови сошлись.
— Зачем мне возвращаться в Элизию?
— Они не рассказывают тебе всего, Квентин, — сказал он печально. — Я же говорил тебе: ты не можешь ему доверять.
От этого сна у меня разболелась голова.
— Арчер, — сказала я.
— Я отпущу тебя. Я задержался достаточно долго, но подумай над тем, что я сказал. Приходи и найди меня, если захочешь вернуться. Я хочу для тебя только лучшего.
Когда я проснулась, я была в гостевой комнате Кэсса и огляделась по сторонам. Солнечный свет пробивался через щель между шторами, а лицо Грея находилось всего в паре сантиметров от моего. Его рука обнимала меня за талию, прижимая к своему боку. Во сне он выглядел умиротворённым.
Неужели он действительно может что-то скрывать от меня?
Квентин решила, что хочет провести все две недели со своим братом, и поэтому показывала мне Нью-Йорк. Кэссиди и Софи выходили на свои смены в больнице, а мы с Квен работали там, где нам было удобно. Иногда из дома, а в другие дни — в закусочных и кафе.
Вчера я с неподдельным интересом наблюдал, как она кричала на Джеймса по телефону. Едва проснувшийся из-за разницы во времени, Джеймс позвонил из-за инцидента в лаборатории — и столкнулся с её яростью. Эта женщина была силой, с которой приходилось считаться.
Она снова училась стоять на ногах после удара, нанесённого отстранением. Квен медленно стряхивала с себя пыль и хоронила своё унижение, поднимаясь над всем этим. Кэсс была права. Квентин была стойкой.
Каждый день,
