сказал он. — Может быть, никогда.
— Я понимаю.
— Тогда иди.
Марко вышел.
Винченцо остался один.
Смотрел на пустую чашку кофе.
— Ты идиот, — прошептал он.
Ветер унёс слова.
Он вернулся в Палермо вечером.
Джульетта ждала в холле.
— Ты жив, — сказала она.
— Да.
— Ты видел его?
— Да.
— Что он сказал?
— Что любит тебя.
— А ты?
— Что ты любишь другого.
Она смотрела на него.
— Ты прав, — сказала она.
— Всегда прав.
— Не всегда.
— Сегодня — да.
Она обняла его.
— Спасибо, — сказала она.
— Не благодари.
— Почему?
— Я сделал это не для тебя.
— А для кого?
— Для него.
— Почему?
— Чтобы он не мучился.
Она смотрела на него.
— Ты добрый, — сказала она.
— Я стратег.
— Одно и то же?
— Нет. Добрый прощает. Стратег просчитывает.
— А ты?
— И то, и другое.
Она поцеловала его в щёку.
— Пойдём, — сказала она.
— Куда?
— Ужинать.
— Я не голоден.
— Сегодня голоден.
— Почему?
— Потому что мы живы.
Он усмехнулся.
— Хорошо. Пошли.
Глава 19
После ужина Джульетта и Лоренцо вышли на террасу.
Луна светила. Море шумело. Она смотрела на звёзды, он — на неё.
— Ты думаешь? — спросил он.
— Всегда.
— О чём?
— О нём.
— О Марко?
— Да.
— Не надо.
— Надо.
— Почему?
— Потому что он ушёл. А я не сказала ему спасибо.
— За что?
— За то, что он был первым.
Лоренцо молчал.
— Ты злишься? — спросила она.
— Нет.
— Врёшь.
— Да. — Он взял её за руку. — Злюсь.
— На меня?
— На себя.
— За что?
— За то, что не был первым.
Она повернулась к нему.
— Это важно? — спросила она.
— Не знаю.
— Врёшь.
— Да. — Он сжал её руку. — Важно.
— Почему?
— Хочу быть единственным.
— Ты единственный.
— Не в том смысле.
— А в каком?
— В том, который имеет значение.
Она смотрела на него.
— Ты прав, — сказала она.
— Всегда прав.
— Не всегда.
— Сегодня — да.
Она поцеловала его.
— Пойдём в комнату, — сказала она.
— Зачем?
— Хочу лечь.
— Устала?
— Немного.
— От чего?
— От всего.
Он взял её за руку. Они пошли.
В комнате она легла на кровать. Он сел рядом.
— Спой мне, — сказала она.
— Я не умею петь.
— Спой.
Он запел. Тихо. Старую сицилийскую песню, которую пела ему мать.
Джульетта слушала. Смотрела в потолок.
Он допел.
— Спасибо, — сказала она.
— За что?
— За то, что ты есть.
Он усмехнулся.
— Ты странная, — сказал он.
— Я знаю.
— Я люблю тебя.
— Я знаю.
— Ты тоже скажи.
— Я люблю тебя, Лоренцо.
Она закрыла глаза.
Он смотрел на неё.
На её спокойное лицо.
На её губы — приоткрытые, влажные.
На её руки — которые сжимали подушку.
Он улыбнулся.
Закрыл глаза.
Глава 20
Это случилось через три дня.
Джульетта и Лоренцо гуляли в саду. Солнце светило, жасмин пах, Джузеппе подрезал кусты в дальнем конце. Они смеялись — о чём-то неважном, о чём-то своём. Лоренцо держал её за руку, она шла босиком по траве.
Первый выстрел разорвал тишину.
Джульетта не услышала — почувствовала. Что-то пронеслось мимо её уха, горячее, быстрое, смертельное. Лоренцо толкнул её на землю, накрыл своим телом.
— Лежать! — крикнул он.
— Что...
— Лежать!
Второй выстрел. Пуля впилась в ствол дерева в трёх сантиметрах от её головы.
Джузеппе крикнул что-то по-сицилийски, резко, зло. Побежал к дому.
Третий выстрел. Четвёртый.
Лоренцо выхватил пистолет — откуда? Она не знала, что он носит оружие. Выстрелил в сторону крыши.
— Кто там? — крикнула Джульетта.
— Не знаю. Не двигайся.
Она не двигалась.
Пятый выстрел. Шестой. Потом — тишина.
Лоренцо встал. Помог ей подняться.
— Ты цела? — спросил он.
— Да.
— Врёшь.
— Да. — Она подняла руку. Пуля задела плечо, содрала кожу. — Царапина.
— Идём в дом.
— Кто стрелял?
— Узнаем.
Он взял её за руку. Они побежали.
В холле уже были все.
Лука стоял у окна с пистолетом. Доменико командовал охраной. Винченцо сидел с ноутбуком.
— Кто? — спросил Лука.
— Не знаю, — ответил Лоренцо.
— Сколько?
— Один. Может, два.
— Где?
— На крыше.
— Я проверю.
Лука вышел.
Доменико подошёл к Джульетте.
— Ты ранена? — спросил он.
— Царапина.
— Покажи.
Она показала.
— Антонио! — крикнул Доменико.
Антонио подошёл. Осмотрел рану.
— Царапина, — сказал он. — Заживёт.
— Спасибо, — сказала Джульетта.
— Не благодари.
Он ушёл.
Лоренцо взял её за руку.
— Пойдём наверх, — сказал он.
— Нет.
— Джульетта.
— Я не пойду.
— Почему?
— Хочу знать, кто стрелял.
— Узнаем.
— Я хочу видеть.
— Не надо.
— Надо.
Он смотрел на неё.
— Хорошо, — сказал он. — Идём.
Лука вернулся через десять минут.
— Один, — сказал он. — Мёртв.
— Кто? — спросил Винченцо.
— Не знаю. Лица нет.
— Что значит «нет»?
— Снёс себе голову. Чтобы не опознали.
— Профессионал?
— Или отчаяние.
Лоренцо сжал кулаки.
— Кто заказал? — спросил он.
— Не знаю, — ответил Винченцо. — Но я узнаю.
— Когда?
— Скоро.
— Сколько?
— Не дави.
— Винченцо.
— Лоренцо. — Винченцо поднял голову. — Если я узнаю быстро, значит, это кто-то из наших. Если медленно — значит, чужой.
— А если никогда?
— Тогда он вернётся.
Джульетта смотрела на брата.
— Ты боишься? — спросила она.
— Нет.
— Врёшь.
— Да. — Винченцо усмехнулся. — Боюсь.
— Чего?
— Что ты права.
— В чём?
— Что он вернётся.
Она молчала.
Лоренцо взял её за руку.
— Пойдём, — сказал он.
— Пойдём.
В комнате он закрыл дверь.
— Ты в порядке? — спросил он.
— Нет.
— Что ты чувствуешь?
— Злость.
— На кого?
— На того, кто стрелял.
— Он мёртв.
— Не все.
— Остальных найдём.
— А если нет?
— Тогда я буду ждать.
Она смотрела на него.
— Ты не боишься? — спросила она.
— Нет.
— Врёшь.
— Да. — Он обнял её. — Боюсь.
— Чего?
— Что ты пострадаешь.
— Не пострадаю.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Она поцеловала его.
— Я люблю тебя, — сказала она.
— Я знаю.
— Ты тоже скажи.
— Я люблю тебя, Джульетта.
Она обняла его.
— Не умирай, — сказала она.
— Не умру.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Они стояли так долго.
Солнце садилось за окном.
Глава 21
Винченцо не спал третьи сутки.
Он сидел в своей комнате, перед мониторами, перебирал фотографии, письма, отчёты. Убитый на крыше не имел лица — буквально. Выстрел в голову уничтожил всё. Отпечатков нет. ДНК нет. Одежда — без марок. Оружие — без номеров.
— Профессионал, — сказал он Луке.
Лука стоял у окна, сжимал пистолет.
— Или любитель, который знал, что делал.
— Кто заказал?
— Не знаю.
— Найди.
— Ищу.
— Ищи быстрее.
Винченцо поднял голову.
— Я брат.
— Это не одно и то же.
— Сейчас — одно.
Винченцо вздохнул.
— У меня есть зацепка, — сказал он.
— Какая?
— Пуля.
— Что с ней?
— Российского производства.
— Русские?
— Или те, кто у них покупает.
— Кто?
— Не знаю.
Лука сжал челюсть.
— Найди, — сказал он.
— Найду.
Лука вышел.
Винченцо остался один.
Смотрел на фотографию убитого.
— Кто
