ты? — прошептал он.
Фотография молчала.
Через час Винченцо нашёл его.
Не убитого — того, кто заказал.
Старый враг Корлеоне, которого считали мёртвым. Дон Руссо? Нет. Его сын? Тоже нет. Человек, который работал на них десять лет, а потом исчез.
— Паоло, — прошептал Винченцо.
Он взял телефон. Набрал номер Лоренцо.
— Я знаю, кто стрелял, — сказал он.
— Кто?
— Паоло Рицци.
— Он мёртв.
— Нет.
— Где он?
— В Палермо.
— Что ему нужно?
— Месть.
— За что?
— За брата.
— Какого брата?
— Того, кого ты убил.
Лоренцо молчал.
— Я не убивал никого, — сказал он.
— Твой отец убил.
— Это не моя вина.
— Ему всё равно.
— Где он?
— В порту. Склад 17.
— Один?
— С охраной. Четверо.
— Я пойду.
— Нет.
— Лоренцо.
— Винченцо. — Лоренцо говорил твёрдо. — Она моя невеста. Я должен.
— Ты труп, если пойдёшь один.
— Тогда пойдём вместе.
Винченцо смотрел на телефон.
— Хорошо, — сказал он. — Вместе.
Они поехали в порт через час.
Лука за рулём. Винченцо рядом. Лоренцо сзади.
— Ты не боишься? — спросил Лука.
— Нет.
— Врёшь.
— Да. — Лоренцо сжал кулаки. — Боюсь.
— Чего?
— Что не смогу защитить её.
— Сможешь.
— Откуда знаешь?
— Ты живой.
Машина остановилась у склада 17.
— Выходим, — сказал Лука.
Паоло стоял у стены. Один. Без охраны.
— Ты пришёл, — сказал он.
— Ты ждал, — ответил Лоренцо.
— Да.
— Зачем?
— Хотел посмотреть тебе в глаза.
— Посмотрел.
— Да.
— И что?
— Ты не похож на убийцу.
— Я не убийца.
— Твой отец — да.
— Это не моя вина.
— Мне всё равно.
Паоло достал пистолет.
Лука выстрелил первым.
Пуля попала в плечо. Паоло упал.
— Не убивайте, — сказал он. — Я один.
— Зачем ты стрелял в неё? — спросил Лоренцо.
— Чтобы ты страдал.
— Она не пострадала.
— В следующий раз — пострадает.
— Не будет следующего раза.
Лоренцо выстрелил.
Паоло упал.
Всё кончилось.
Они вернулись в особняк через час.
Джульетта ждала в холле.
— Ты жив, — сказала она.
— Да.
— Ты ранен?
— Нет.
— Врёшь.
— Да. — Он поднял руку. Пуля задела плечо. — Царапина.
Она бросилась к нему. Обняла.
— Не делай так больше, — сказала она.
— Не могу обещать.
— Тогда обещай возвращаться.
— Это я могу.
Она поцеловала его.
— Пойдём в комнату, — сказала она.
— Пойдём.
Глава 22
Они поднялись в комнату. Лоренцо закрыл дверь. Прислонился к ней спиной. Смотрел на Джульетту.
— Ты дрожишь, — сказал он.
— Нет.
— Врёшь.
— Да. — Она подошла к нему. — Дрожу.
— Чего боишься?
— Что ты умрёшь.
— Не умру.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Она поцеловала him. Долго. Глубоко. С языком. С желанием. Её руки скользнули по его спине, вцепились в ткань рубашки.
— Я хочу тебя, — сказала она.
— Я твой.
— Сейчас?
— Сейчас.
— Тогда докажи.
Он подхватил её на руки. Отнёс на кровать. Опустил на простыни. Простыни были холодными — она вздрогнула.
— Раздевайся, — сказал он.
— Сам.
Он раздел её. Не спеша. Пуговица за пуговицей. Ткань скользила по коже, вызывая мурашки. Сначала блузка — сползла с плеч, упала на пол. Потом лифчик — одним движением, её грудь открылась, соски затвердели от воздуха.
Он провёл большими пальцами по соскам. Она вздохнула.
— Холодно? — спросил он.
— Горячо.
Он усмехнулся. Снял с неё джинсы. Медленно, нарочито медленно. Ткань скользила по бёдрам, по коленям, по икрам. Трусы — последними.
Она лежала перед ним голая. Луна освещала её кожу, делала её серебряной.
— Ты красивая, — сказал он.
— Ты говоришь это каждый день.
— И буду говорить.
— Докажи.
Он разделся. Быстро. Штаны упали на пол. Член был твёрдым, пульсирующим, готовым. Головка блестела — уже влажная.
Она смотрела на него. На его член. На то, как он движется, когда он дышит.
— Ты большой, — сказала она.
— Это хорошо?
— Это идеально.
Он лёг на неё сверху. Раздвинул её ноги коленом. Широко. Она была влажной — он чувствовал это. Горячей. Готовой. Её киска блестела в лунном свете.
— Смотри на меня, — сказал он.
— Смотрю.
— Не закрывай глаза.
— Не буду.
Он вошёл в неё.
Медленно. Дюйм за дюймом.
Она вздохнула. Её тело выгнулось навстречу.
— Ты такая узкая, — сказал он.
— Ты такой большой.
— Это хорошо?
— Это идеально.
Он опустился до конца. Замер на секунду. Привыкал. Чувствовал, как её стенки сжимаются вокруг него — горячие, влажные, живые. Каждый миллиметр его члена был окружён её теплом.
— Двигайся, — прошептала она.
— Не торопи меня.
— Я не тороплю. Я хочу чувствовать.
Он начал двигаться.
Медленно сначала. Плавно. Как будто они танцевали — медленный, чувственный танец. Он выходил почти полностью, оставляя внутри только головку, потом снова погружался до основания.
Потом — быстрее. Ритмичнее. Глубоко.
Кровать скрипела. Изголовье стучало о стену.
Она вцепилась в его плечи. Ногтями. До крови.
— Быстрее, — прошептала она.
— Не могу.
— Можешь.
Он ускорился.
Её киска сжималась вокруг него, пульсировала, втягивала его глубже. Она кончила. Громко. Отчаянно. Её тело выгнулось дугой, пальцы на ногах поджались.
Он не остановился.
— Ещё, — потребовал он.
— Не могу.
— Можешь.
Он продолжал двигаться — сквозь её оргазм, сквозь её судороги, сквозь её крики.
Она кончила снова.
Он — следом.
Кончил глубоко внутри неё. Чувствовал, как его семя выплёскивается, как её киска принимает его, сжимается, не отпускает.
Он упал на неё, тяжело дыша.
— Ты в порядке? — спросил он.
— Да.
— Врёшь.
— Да. — Она обняла его. — В порядке.
— Пойдём в душ.
— Пойдём.
Вода была горячей.
Они стояли под струями, обнявшись. Пар заволок всё вокруг. Его член, всё ещё полувозбуждённый, касался её живота.
— Ты устал? — спросила она.
— Нет.
— Врёшь.
— Да. — Он прижался щекой к её плечу. — Устал.
— От чего?
— От тебя.
— Это плохо?
— Это хорошо.
Она повернулась к нему. Поцеловала.
— Я люблю тебя, — сказала она.
— Я знаю.
— Ты тоже скажи.
— Я люблю тебя, Джульетта.
Она улыбнулась.
— Пойдём в кровать, — сказала она.
— Пойдём.
Они вышли из душа. Вытерлись. Легли.
Джульетта положила голову ему на плечо. Её рука лежала на его груди. Его член лежал на её бедре.
— Что теперь? — спросила она.
— Теперь — спать.
— Не хочу.
— Надо.
— Почему?
— Завтра будет новый день.
— С тобой?
— С тобой.
Она закрыла глаза.
Он смотрел на неё.
На её спокойное лицо.
На её губы — припухшие от поцелуев.
На её руки — которые сжимали его даже во сне.
Он улыбнулся.
Закрыл глаза.
Глава 23
Джульетта проснулась оттого, что в дверь постучали.
— Вставайте! — крикнула Джульетта. — Завтрак через час! И не смейте опаздывать!
Лоренцо открыл глаза. Джульетта уже сидела на кровати, натянув простыню на грудь.
— Она всегда такая? — спросил он.
— Всегда.
— Ты её любишь?
— Да.
— А она тебя?
— Тоже.
— Это хорошо?
— Не знаю.
— Узнаешь.
Он поцеловал её.
— Пойдём
