встал, подошёл к окну. Посмотрел на город — серый, холодный, чужой.
— Что мне делать? — спросил он снова.
— Я уже говорил. Выгнать.
— А если я хочу дать ей шанс?
— Вы дали. Она не взяла.
Ян молчал. Долго.
— Подготовь всё, — сказал он наконец. — Фотографии, записи, отчёты. Я хочу, чтобы она знала: я знаю всё.
— Зачем? Чтобы она мучилась?
— Чтобы она поняла: я не дурак. И не прощаю предательства.
Глеб кивнул, ушёл.
Через три дня Ян собрал её чемодан. Положил вещи аккуратно — платья, джинсы, футболки, туфли. Книгу на французском — сверху. Поставил у двери.
Она пришла вечером. Увидела чемодан. Замерла.
— Что это? — спросила тихо.
— Ты уходишь.
— Почему?
— Ты знаешь почему.
— Не знаю.
— Врёшь.
Она смотрела на него — глаза мокрые, губы дрожат.
— Ян, что случилось? Я что-то сделала не так? Мы поссорились? Скажи мне. Я исправлю.
— Не исправишь.
— Дай мне шанс.
— Я дал тебе шанс. Каждый день. Каждую ночь. Ты не взяла.
Он открыл дверь. Взял чемодан, выставил в коридор.
— Уходи, Тина.
Она стояла, смотрела на него. Из глаз текли слёзы — не красиво, не профессионально, а по-настоящему. Сопли, краснота, дрожащие губы.
— Я люблю тебя, — сказала она.
— Неправда.
— Правда. Я никогда никого так не любила.
— Тогда зачем ты делала это?
— Что «это»?
Он хотел сказать. Хотел выкрикнуть всё — про Арно, про заказ, про деньги, про фотографии, про её ложь. Но не сказал.
Просто закрыл дверь.
Она стояла в коридоре, плакала, стучала кулаками. Он слышал — и не открывал.
Через час она ушла. Чемодан исчез вместе с ней.
Ян остался один. В пустой квартире. С запахом её духов на подушке.
Он не спал всю ночь. Сидел в кресле, смотрел на дверь, в которую она вышла. И думал: «Почему она не сказала? Почему любовь не победила страх?»
Он не знал ответа.
Теперь — год спустя — он надеялся услышать его.
Он ждал. И дождался.
Она вернулась. С новым заказом. С той же ложью. С тем же страхом.
Но теперь он был готов.
Не выгонять. Не наказывать. А победить.
Вместе с ней.
Или вопреки ей.
Глава 21. Тина
Вадим вернулся через два дня.
Тина была одна. Ян уехал на встречу с адвокатами — готовил документы для финального удара. Она сидела на кухне, пила зелёный чай, смотрела в окно. Город затянуло туманом — серым, плотным, как вата. Дома напротив исчезали, растворялись, становились призраками.
Звонок в домофон прозвучал резко, как выстрел.
Тина вздрогнула. Чашка выпала из рук, разбилась о пол, осколки разлетелись по плитке. Она не убирала. Подошла к домофону, нажала кнопку.
— Слушаю.
— Открывай. — Голос Вадима. Такой же ровный, без интонаций, как в прошлый раз.
— Ян не велел никого впускать.
— Я не «никто». Я от Арно. Открывай.
Тина нажала кнопку открытия двери. Руки дрожали. Она спрятала их за спину, сжала в кулаки. Сделала глубокий вдох. Выдох. Ещё раз.
Вадим поднялся на лифте. Тина ждала у двери, стараясь держать спину прямой. Когда дверь открылась, она увидела его — такой же, как в прошлый раз: чёрная куртка, чёрные джинсы, тяжёлые ботинки. Но сейчас он был не один. С ним стоял мужчина — ниже ростом, шире в плечах, с бритой головой и маленькими, глубоко посаженными глазами.
— Это Сергей, — сказал Вадим, входя без приглашения. — Он тоже от Арно.
Сергей кивнул. Не улыбнулся. Прошёл в гостиную, сел на диван, положил руки на колени. Тина почувствовала себя мышью в клетке с двумя котами.
— Яна нет, — сказала она.
— Я знаю. Мы подождали, пока он уедет.
— Вы следите за ним?
— Мы следим за тобой.
Тина сглотнула. Горло пересохло, как будто она проглотила наждачную бумагу.
— Зачем вы пришли? — спросила она. — Я сказала Арно: документы будут в срок.
— Арно хочет убедиться, что ты не врёшь.
— Я не вру.
— Тогда покажи.
— Что показать?
— Сейф. Документы. То, что ты должна была выкрасть.
Тина замерла. В голове пронеслась паника: «Они знают? Ян подготовил фальшивки? Он сказал, что всё будет в кабинете. Но я не проверяла. Что, если там ничего нет? Что, если Ян не успел?»
— Я не могу показать сейф, — сказала она. — Ян заметит, если кто-то влезал.
— Мы будем осторожны.
— Нет. Это риск.
Вадим сделал шаг вперёд. Оказался рядом — так близко, что Тина почувствовала запах его одеколона — дешёвый, резкий, с нотками перца.
— Ты боишься не Яна, — сказал он. — Ты боишься, что мы найдём что-то, что нам не понравится.
— Я боюсь, что вы всё испортите. Я работаю над этим. Я сплю с ним каждую ночь. Я делаю всё, что могу. Но если он поймёт, что в кабинете кто-то был — он выгонит меня. И тогда Арно не получит ничего.
Вадим смотрел на неё. Долго. Так долго, что Тина начала считать удары своего сердца. Пять. Десять. Пятнадцать.
— Хорошо, — сказал он наконец. — Мы не будем лезть в сейф. Но ты покажешь нам кабинет.
— Зачем?
— Чтобы убедиться, что ты не врёшь про его расположение.
Тина выдохнула. Не облегчение — паузу.
— Идёмте.
Она повела их в кабинет. Коридор показался бесконечным — каждый шаг отдавался в висках. Она открыла дверь, вошла первой. Вадим и Сергей зашли следом.
Кабинет был большим — два окна, тяжёлые шторы, дубовый стол, кожаное кресло. На стене — картина, за ней сейф. На столе — ноутбук, бумаги, ручки. В углу — маленький диван, на котором они иногда занимались сексом, когда Ян не хотел идти в спальню.
Вадим прошёлся по комнате. Открыл шторы, выглянул на улицу. Провёл пальцем по столу — проверил пыль. Заглянул под кресло.
Сергей подошёл к картине. Отодвинул её. Сейф был на месте — серый, металлический, с электронной панелью.
— Код? — спросил Сергей.
— Не знаю, — сказала Тина. — Ян меняет его каждую неделю. Я жду, когда он введёт при мне.
— Ты сказала Арно, что знаешь код.
— Я сказала, что скоро узнаю. Разница есть.
Сергей посмотрел на Вадима. Тот кивнул.
— У тебя два дня, — сказал Вадим. — Через два дня Арно хочет видеть документы. Если ты их не принесёшь — мы придём снова. И в этот раз мы не будем такими вежливыми.
— Что вы сделаете?
— Расскажем Яну, кто ты на самом деле. И кто тебя послал.
Тина побледнела. Даже губы потеряли цвет.
— Вы не сделаете этого.
— Почему?
— Потому что тогда он выгонит меня, и вы не получите документы.
— Мы получим их другим способом. Без тебя.
