меня рано или поздно за то, что я оторвал тебя от семьи. А это не то будущее, которое я хочу для нас. Но уже поздно. Ты вчера сказала, что выбираешь меня. Если ты продолжишь метаться между двумя мирами… я поступлю по-своему. И тебе не понравится результат.
Я сглотнула ком в горле, осознавая всю серьезность сказанного и понимая, что своими противоречивыми поступками могла ввести его в заблуждение. Вчера… да, я выбрала его… но…
«Почему жизнь не может быть проще? – отчаялась я. – Почему мы не можем быть на одной стороне?»
Заметив мою внутреннюю борьбу, смятение, которое отражалось у меня на лице, Алессио покачал головой. Честно говоря, я ожидала вспышки злости, гнева, упреков. Однако муж притянул меня к себе, обнял за талию, наклонился и ласково коснулся моих губ. Я с удовольствием ответила на поцелуй, открываясь ему навстречу, потому что не могла сопротивляться его близости. В его объятиях я чувствовала себя не просто свободной и защищенной, а бабочкой, которая наконец может раскрыть крылья и взлететь. И я знала, что, если я упаду, Алессио поймает меня, не даст разбиться.
Поцелуй становился все более страстным, глубоким, жадным. Кровь бурлила в венах, жгучее желание разливалось по телу сладкой истомой, концентрируясь внизу живота.
С трудом отстранившись от него, я прошептала с дрожащей улыбкой:
– Твои поцелуи сносят крышу.
– Тогда я буду целовать тебя снова и снова, – ответил он и, оставив еще один нежный поцелуй на моих губах, развернулся и направился к выходу. – Мне нужно кое-что сделать. Я скоро приду, позавтракай пока.
Когда за ним закрылась дверь, я приблизилась к окну, выходящему в сад, и посмотрела на ярко-синее небо, на зеленые кроны деревьев, слегка покачивающиеся на ветру. Мир вокруг казался спокойным и безмятежным. Но внутри меня бушевал вихрь противоречивых эмоций. Я влюбилась в Алессио. В мужчину, который был моим врагом, похитил меня и держал в плену. Но я не знала, что делать дальше.
Как мне быть? Как выбрать мужчину, которого я люблю, но при этом навсегда потерять семью?
Глава 31. Марсела
Спустя десять минут, когда я уже допила крепкий эспрессо и отставила в сторону пустую чашку, в столовую вернулся Алессио. Старенький мобильный телефон, зажатый в руке, казался каким-то чужеродным предметом на фоне его резко преобразившегося облика. Черная рубашка, расстегнутая на две верхние пуговицы, обтягивала широкие плечи и мускулистую грудь, а бежевые брюки подчеркивали подтянутую фигуру и мощные бедра.
Не скажу, конечно, чтоб мне было на что жаловаться…
Даже в строгой одежде он выглядел дьявольски сексуально. Сердце предательски екнуло, пропустив удар, а по телу пробежала волна жара.
Алессио остановился рядом, но телефон мне не передал. Сумрачный пронзительный взгляд впился в мое лицо, словно скальпель хирурга, препарируя, изучая каждую эмоцию.
– Не дай мне пожалеть, Марсела, что я тебе доверился, – предупреждающе пророкотал муж.
Я едва заметно кивнула, пытаясь скрыть волнение, и с трудом выдавила из себя слабую улыбку. Наконец, Алессио протянул мне телефон. Прохладный металл обжег кожу, как напоминание о власти, которую олицетворял муж.
– Мне нужно уехать на пару часов, появилась работа, – добавил Алессио, мимолетно скользнув взглядом по моим губам. В этом было нечто интимное, что заставило меня невольно задержать дыхание. – Здесь останутся мои люди для твоей защиты и…
– Чтобы следить за мной и не дать мне сбежать? – закончила я за него, выгнув бровь и пытаясь придать голосу ироничную интонацию.
– А я должен беспокоиться об этом? – парировал муж, и уголки его губ дрогнули. На долю секунды в его глазах мелькнуло что-то похожее на… веселье? – Ты же не думаешь, что я настолько глуп… чтобы не предусмотреть такую… очевидную возможность? Особенно после нашего… разговора.
– Нет. Я не собираюсь никуда уходить без тебя. Да и мне хватило прошлого опыта. – Я пожала плечами, усмехнувшись, вспоминая свою жалкую, неудачную попытку побега. – Даже если бы я хотела, это бессмысленно. Весь город принадлежит тебе и твоему брату.
Алессио вновь поймал мой взгляд, и в глазах мужа вспыхнуло нечто… непонятное. Тревога? Надежда? Или что-то другое, что я не могла расшифровать? Он наклонился, его губы задержались на моем лбу дольше, чем требовал простой прощальный жест. Я затаила дыхание, боясь пошевелиться, разрушить хрупкое мгновение близости.
– Я скоро вернусь, бабочка, – прошептал он и, не дожидаясь ответа, резко выпрямился и вышел, оставив после себя горьковато-сладкий аромат парфюма. Запах, который теперь всегда будет ассоциироваться у меня с опасностью и… жгучим, запретным желанием.
Выйдя на веранду, я полной грудью вдохнула влажный утренний воздух Венеции, пропитанный ароматами глициний и темной маслянистой воды каналов. Лучи солнца, пробиваясь сквозь утреннюю дымку, золотили купола церквей и отражались в глади каналов, но не могли прогнать гнетущую тревогу, которая сжимала сердце.
Пальцы дрожали, когда я набирала номер Микеле по памяти. Гладкая металлическая поверхность стала нестерпимо скользкой от выступившей на ладонях влаги. Сердце колотилось с бешеной скоростью, отсчитывая бесконечно долгие гудки. Каждый болезненным толчком отдавался в висках, напоминая о том, что я стою на краю пропасти.
Что я скажу ему? Что безнадежно влюбилась в похитителя? Что этот человек, которого он считает заклятым врагом, стал для меня… воздухом, которым я дышу, смыслом моего существования?
Мысль была слишком чудовищной, чтобы ее озвучить. Я страшилась реакции брата больше, чем гнева Алессио.
Спустя некоторое время в динамике послышался щелчок, и раздался голос Микеле. В нем не было ни капли тепла, ни привычной братской заботы. Только лед и… едва уловимое, но оттого еще более пугающее подозрение. Острая боль пронзила душу, оставив после себя зияющую пустоту.
– Де Лука. Говорите.
– Микеле… – еле слышно выдохнула я, сжимая телефон так сильно, что костяшки пальцев побелели. Горячие слезы солеными дорожками потекли по щекам, застилая мир расплывчатой пеленой.
– Марси? Это… правда ты? – В голосе прорвалась надежда, мгновенно сменившаяся волной такого мощного облегчения, что я физически ощутила ее, словно брат находился рядом и сжимал меня в объятиях. Микеле резко отдал кому-то приказ, повелительно, властно и жестко: – Вон! Все вон, живо! – Затем уже мягче и с хрипотцой обратился ко мне: – Прости… у меня была встреча с солдатами. Обсуждали… твои поиски.
Я нервно прокашлялась, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота.
– Да, брат, это я, – пробормотала я, изо всех сил стараясь говорить спокойно, хотя губы растягивались в нервной, дрожащей улыбке.
– Как ты? Ты… знаешь, где находишься? Тебе причинили… – затараторил Микеле, но на последнем вопросе затих, резко вдохнув.
Я слышала, как он тяжело сглотнул.
