– Спешить некуда.
– Объясни это всем остальным, – вздохнула Зана. – Если бы люди так не толкались, я не пролила бы кофе на пальто.
– Мы что-нибудь достанем и…
Бобби качнулся и упал головой вперед прямо перед идущим такси.
Мешок с покупками вылетел у него из рук. Последнее, что он услышал перед ударом о тротуар, был крик Заны и пронзительный визг тормозов.
Ожидая, пока освободится номер и приедут «чистильщики», Ева провела проверку счетов Труди. Как раз поступила информация о последних платежах кредитной карточкой. В пятницу она потратила несколько долларов в аптеке, отметила Ева. Время платежа подтверждало, что он был сделан после покупки носков, после посещения банка.
Все по порядку.
А вот счета за покупки…
Кстати, а где покупки?
Пока в голове у нее складывалась очередная версия, ее коммуникатор подал голос.
– Даллас.
– У нас проблема. – Лицо Бакстера было мрачным, в голосе – ни капли обычного сарказма. – Объект попал под машину на углу Пятой и Сорок второй.
– Господи боже! Это серьезно?
– Не знаю. Приехала «Скорая». Жена в истерике. Они были на тротуаре, ждали, пока свет переменится. Они были у меня на «прослушке», у Трухарта был приличный обзор. Но перекресток так забит народом, малыш еле разглядел, как парень падает на мостовую. Ему здорово досталось, Даллас, это я точно знаю. Его практически переехало это такси. Таксист тут, со мной.
– Прикажи патрульным доставить таксиста в управление, мы снимем с него показания. Не отходи от наших объектов. Куда его повезут?
– В медицинский центр «Бойд». Прямой бросок по Пятой авеню.
– Встретимся там. Пусть один из вас поедет с ним в «Скорой». Не выпускайте из виду ее, пока я не приеду.
– Есть. Черт, Даллас, парень ел сосиску, пил паршивый кофе. А потом вдруг полетел. Медики что-то дают жене, хотят ее успокоить.
– Позаботься, чтобы она могла говорить. Черт побери, Бакстер, я не хочу, чтобы ее отключили.
– Давай я этим займусь. Конец связи.
Ева бросилась к двери и открыла ее в тот самый миг, как Пибоди толкнула ее с другой стороны.
– «Чистильщики» поднимаются.
– Пусть приступают. Нам надо идти. Бобби везут в больницу. Попал под машину.
– Попал под… Какого черта?
– Не спрашивай, я сама ничего не знаю. Едем в управление.
Ева гнала машину под завывание сирены, маневрируя в уличных заторах и изо всех сил стараясь заглушить острые уколы совести.
Неужели это по ее вине Бобби оказался между жизнью и смертью? Два копа его охраняли, на нем был «маячок» с «прослушкой». Неужели этого мало?
– Может, это был несчастный случай? – Бедная Пибоди старалась не подавать виду, но ей было страшно. Машина пролетела между фургоном и такси, чуть ли не содрав с его крыла старую, облупившуюся краску. – Люди, особенно приезжие, каждый день попадают в аварии в Нью-Йорке. Сходят с тротуара, не смотрят, куда идут. Глазеют по сторонам, вместо того чтобы следить за светофорами.
– Не было никакого смысла его убивать, никакого смысла. – Ева нетерпеливо барабанила кулаком по рулю. – Что это дает? Рорк не даст два миллиона за устранение парня, которого он даже не знает. С какой стати? Не было никакого смысла убивать Бобби.
– Ты говоришь, Бакстер доложил, что он ел и пил на перекрестке. Может, его толкнули, может, он поскользнулся. Ледяной дождь идет, тротуары обледенели. Даллас, иногда некоторые вещи просто случаются. Иногда людям просто не везет.
– Не в этот раз. Черта с два это случайность. – Голос Евы вибрировал от ярости. – Просто мы что-то упустили. Мы упустили что-то, кого-то, а теперь у нас свидетеля увезли на «Скорой».
– Это не твоя вина.
– Я сделала этот ход, значит, моя. Сними копии с аудиозаписи, переправь одну в лабораторию. Я хочу все слышать, каждое слово.
Ева остановила машину у дверей пункта «Скорой помощи».
– Запаркуй, – приказала она, выпрыгивая. – Мне надо быть там.
И она устремилась к дверям.
Это была самая настоящая юдоль страданий. Многочисленные больные ждали, пока их примут, пока им помогут, здоровые ждали, пока с их занемогшими близкими разберутся врачи.
Ева заметила Трухарта. В пуловере и джинсах он казался еще моложе. Он сидел рядом с Заной, держал ее за руку и шептал что-то утешительное ей на ухо, а она безудержно рыдала.
– Ева! Ева! – Зана вскочила и бросилась на шею Еве. – Бобби! О мой бог, это я во всем виновата. Бобби попал под машину. Ему так плохо! Я не знаю…
– Прекрати. – Ева высвободилась, схватила Зану за плечи и резко встряхнула. – Сильно он пострадал?
– Они не сказали, они не хотят ничего говорить. У него кровь шла. Голова… Кровь шла из головы. И из ноги. Он был без сознания. – Слезы опять брызнули у нее из глаз. – Я слышала, как они говорили про сотрясение и про то, что что-то сломано, и может быть…
– Ладно, что произошло?
– Я не знаю. – Теперь Зана опустилась на стул. – Мы просто стояли на тротуаре и ждали, пока свет переменится. Мы купили сосисок и кофе. Было холодно, но так приятно было прогуляться. И я сказала, что хочу купить шляпу, а их продают в магазине на другой стороне улицы. Потом я пролила кофе, и мы пропустили зеленый свет, нам опять пришлось ждать. Мы ждали, и он просто упал. Или поскользнулся, я не знаю. Я пыталась схватить его за пальто. Мне кажется, я успела его схватить.
Она взглянула на свою руку. Ева заметила на ней легкую повязку.
– Что у тебя с рукой?
– Я пролила кофе, он был очень горячий. Я облилась, когда схватила Бобби. Руку немного ошпарила. Мне кажется, я начала падать. Кто-то втянул меня обратно на тротуар. А Бобби… – Зана обхватила себя руками и начала раскачиваться. – Он попал под такси. Водитель пытался тормозить, но было уже поздно. Бобби ударило машиной, отбросило назад, и он упал, он так страшно стукнулся.
– Где он? – Ева оглянулась на Трухарта.
– Его взяли во вторую операционную. Бакстер стоит на дверях.
– Зана, оставайся здесь. Трухарт, не отходи от нее.
Ева прошла через зону ожидания прямо мимо медсестры, крикнувшей ей вслед, что туда нельзя, и, свернув направо, увидела Бакстера у двойных дверей.
– Черт побери, Даллас, мы были в десяти футах. С разных сторон.
– Жена думает, он поскользнулся.
– Может быть. Не знаю, какие у него шансы, врачи над ним работают. Рука сломана, это точно. Может, и бедро тоже. Хуже всего с головой, но точно ничего не знаю – медики, как всегда, темнят.
Ева потерла лицо руками.
– Ты не думаешь, что кто-то помог ему попасть под колеса?
– Тут можно только гадать. Мы не теряли их из виду ни на минуту, у нас был визуальный контакт. Но в центре творится какое-то безумие, Даллас. Ты же знаешь, как это бывает перед праздниками. На тротуарах столпотворение, одни бегут как на пожар, другие стоят и глазеют, на видео снимают. Уличные щипачи за предпраздничную неделю сшибают больше, чем за обычные полгода. Не могу поклясться, что кто-то не проскользнул мимо нас. Дело в том…
