из камня, и таким же холодным, как лед. – Может, ты и не веришь мне, Доминик. Но я докажу обратное, – прошептала я.
Только в этот момент до меня дошло, насколько сильно я жаждала его одобрения, как упорно стремилась получить его признание. Доминик Харди не был жесток. Он просто знал, что есть лучшее решение. И пожалуй, это ранило сильнее всего – он видел, что я не соответствовала требованиям и не заслужила этого места.
Но именно за этим я и пришла. Не ради него, а ради себя самой. Я решила изменить свой образ жизни, и переезд сюда стал первым шагом.
Наконец он отвел от меня глаза.
– И что с того? Тебя не устраивает дополнительное количество посадочных мест? – Он стоял, скрестив руки на груди, с недовольным выражением лица.
– Речь не о посадочных местах, Доминик. – Мы оба это понимали. – Я стараюсь сохранять позитивный настрой и, по крайней мере, дала бы этому проекту шанс, если бы Рита пошла мне навстречу хоть в чем-то одном. Согласилась бы хоть на что-то незначительное после того, как я объясняла ей свое желание добавить розовые акценты.
Но она даже не потрудилась написать мне о внесенных изменениях. Вместо этого я узнала о них сегодня во время экскурсии.
По крайней мере, мои десерты отличались насыщенными цветами. Они бы эффектно смотрелись на фоне белоснежных столешниц и блестящих стеклянных полок у кассы. Пока не все оборудование было установлено, но я могла бы добавить красок в интерьер с его помощью.
– Но мы стремимся к изысканному и современному стилю. Он привлечет гостей и будет соответствовать стандартам курорта «Тихоокеанское побережье», – твердо заявил Доминик. Однако никакое оптимистическое настроение не могло уменьшить мое разочарование.
Казалось, это была последняя попытка воплотить мечту в реальность, но он разрушал ее, отрывая по кусочку и оставляя меня наедине с кошмаром. Они с Ритой обрекали меня на провал, ведь здесь мне не суждено добиться успеха.
Его телефон завибрировал, и я махнула рукой, разрешая ответить, пока сама оценивала пространство площадью восемьсот квадратных футов. С-образный прилавок с кассой на конце был весьма удачным решением, особенно из-за стеклянной секции, позволяющей клиентам разглядеть десерты. Размещенные столы и стулья у панорамного окна с видом на вестибюль тоже были несомненным преимуществом.
И все же, не обнаружив ни одной розовой кабинки, я невольно застыла, уставившись на белую плитку, казавшуюся мне звонкой пощечиной, пока Доминик препирался с кем-то по телефону.
– Их пожелания меня не особо волнуют. Мы уложили паркет из твердой древесины, чтобы придать комнатам ощущение теплоты, особенно когда на пол падают солнечные лучи. Итоговый результат полностью соответствует запросам их бренда. Передайте им, что, когда работа будет завершена, они по достоинству оценят результат.
Он повесил трубку и снова обратил внимание на меня, в его взоре пульсировала какая-то энергия, причину которой мне не удалось распознать.
– Рита с радостью внесет поправки в дизайн там, где ты сочтешь необходимым. Мы заказали последнюю партию бытовой техники, она должна прибыть в ближайшие день-два.
Я стиснула челюсти и принялась скрежетать зубами. Хоть на глазах и наворачивались слезы, но я выдавила из себя улыбку.
– Хорошо. Могу я хотя бы посмотреть на ту технику, что ты заказал?
Он приподнял бровь, уловив мой сарказм. Но я не собиралась играть в любезности.
– Это тоже проблема?
– Я бы хотела лично посмотреть выбранные модели и бренды. За годы работы у меня сформировались определенные предпочтения к инструментам, с которыми работаю ежедневно.
– Клара, поверь, мы выбрали самое лучшее. – Он скрестил могучие руки на груди. Я старалась не опускать взгляд. В голове всплывали его регалии, что глянцевые издания перечисляли в каждом номере, но я твердо знала, что никогда не повторю их восторженные эпитеты о его внешности. Журналы называли Доминика одним из самых привлекательных мужчин в мире, ставя в один ряд с Брэдом Питтом, и, честно говоря, он запросто мог бы обойти эту голливудскую звезду. Темные волосы лежали безупречной волной, волевой подбородок имел совершенные изгибы, а сильные руки словно созданы для того, чтобы заключить в объятия женщину.
Я отступила на шаг, чтобы хоть немного дистанцироваться.
– И тем не менее, если у тебя сохранился чек на эту технику, я бы хотела с ним ознакомиться и подтвердить…
С тяжелым вздохом он вытащил телефон из кармана. Через две секунды мой телефон издал сигнал. Я изучила список из присланной им фотографии и невольно поморщилась: большая часть позиций идеально соответствовала требованиям кухни, но опять ни намека на цвет. Нержавеющая сталь, черный, матово-черный кофеаппарат.
– И что с ним не так? – Доминик пристально всматривался в мои черты, когда я подняла глаза. В иных обстоятельствах я бы уже давно капитулировала – привычка глотать обиды и сглаживать углы сидела глубоко. Но не в этот раз.
– Мне не нравятся цвета этой техники, – выпалила я, и сразу на душе стало легче. Не желаю отныне всем угождать, как это случалось в прошлом. Видимо, я твердо вознамерилась защищать свое новое «я» любой ценой.
– Цвета? – Его голос прозвучал чуть выше обычного. – Господи боже.
– Это моя пекарня, Доминик, – ответила я, не сдерживая раздражения. – Мне тут предстоит работать. Ты это осознаешь? Когда вы с Ритой приступите к следующему проекту, я останусь здесь. Более того, я не имела никакого отношения к выбору всей этой цветовой палитры. – Я указала на проблемные места, затем повернулась и обвела жестом стены и установленные столы. – Хотя общая структура по чертежам соблюдена превосходно, но в макетах, которые я утверждала, были яркие цветовые акценты. Рита изменила буквально все.
– Ну, у Риты свое видение. И она отстаивала его.
Неужели это намек на то, как легко я им поддавалась?
– Ты хочешь сказать, что мне следовало упорнее отстаивать свое мнение? – Я впилась в него взглядом, сузив глаза. Он прекрасно осведомлен о жестких условиях, прописанных в завещании, а я все это время старалась под них подстроиться, раз за разом уступая.
– Я к тому, что вы с Ритой утрясли свои разногласия, и теперь мы здесь. – Он испустил вздох, словно обсуждение этих мелочей были ниже его достоинства.
– Хорошо, – произнесла я, усилием воли загоняя в глубь души закипающие чувства, ведь выплеск гнева не исправит положения. И тем не менее каждый подобный эпизод ранил, будто откалывался осколок от заветной мечты. Буквально минуту назад я слышала, как он в телефонном разговоре дотошно контролировал укладку напольного покрытия. Несомненно, он приложил руку к тому, чтобы из моей пекарни вытравили все краски. – Я обсужу с
