своим делам. Не забудьте в понедельник сделать то, о чем мы договорились. До свидания, Ребекка.
– Вы следили за состязанием, леди Ребекка? – спрашивает меня подошедший лорд Резерфорд.
– Поздравляю с победой. Хотя и боюсь, что мой кузен не показал все, на что он способен.
– В таком случае мне придется побороться с ним еще раз. Вы рады подобному исходу?
– Моя тетя определенно рада больше, – замечаю я. – Но так как у меня уже была возможность потанцевать с господами Стоктоном, Дьюи и Клиффордом, могу сказать, что с удовольствием избегу повторения этого опыта.
Особенно с Дьюи, учитывая, что подмышки у него воняли так, что я чуть не посинела от нехватки воздуха.
– Этот мужчина докучал вам? – серьезно спрашивает Резерфорд.
– Кто, Ридлан Нокс? – Я поворачиваюсь в ту сторону, но он уже далеко ускакал. – Соглашусь, многое из того, что он говорит, неуместно, но я всегда могу ответить соответственно.
– Ридлан Нокс, вы сказали? – ошеломленно переспрашивает он.
– Да, сэр Ридлан, если быть точным.
– Это не самая достойная компания для девушки вашего положения. – Вот и еще один считает, что меня надо учить, что я могу или не могу делать, с кем могу и не могу говорить. Какая жалость, герцог, а в начале вы на меня даже произвели хорошее впечатление.
– Его репутация дала повод для множества слухов, но еще предстоит проверить, что из этого правда, а что – клевета, – отвечаю я.
– Но я знаю его не по репутации, а по личному опыту, – возражает Резерфорд.
– Так вы с ним хорошо знакомы? – У меня сложилось такое же впечатление по реакции Ридлана, когда он увидел его на скачках.
– К моему несчастью, даже слишком хорошо. Ридлан – мой брат.
Понедельник, 27 мая, 1816 год
19
Когда доктор Купер, посетив моего дядю, выходит на улицу, я делаю так, как сказал Ридлан. Иду за доктором и останавливаю его, когда он уже собирается сесть в карету, встав на подножку.
– Доктор Купер, вы не уделите мне минутку?
– У меня назначена другая встреча, леди Ребекка, но, если вопрос быстрый, я к вашим услугам: у вас тоже проблемы с зубами?
– Не у меня. Это касается… эм… благотворительности, – сочиняю я на ходу.
Доктор Купер поднимает бровь:
– Благотворительности?
– Моя тетя очень активно занимается подобными делами, и я тоже хочу принять участие. В бедных районах города столько детей, которые могут лишиться зубов в совсем юном возрасте, и я хотела попросить вас поддержать мою идею и посещать нуждающихся.
– Проблемы с зубами – самая меньшая из их бед. И потом, многие сами просят их выдрать, чтобы продать и заработать пару монет, – тут же отмахивается он. – Мое время дорого, я не могу бесплатно тратить его на простолюдинов, которые этого даже не оценят, притом что у меня очередь на недели вперед.
Черт побери, где же Ридлан?! Он должен был мне помочь.
– Быть может, хотя бы просто объясните правила гигиены? – предлагаю я, не зная, что еще сказать.
Он снисходительно качает головой:
– Леди Ребекка, вы не излечите Ист-Энд от пороков простыми уроками гигиены. Поберегите силы и потратьте их на занятия более полезные и интересные. Поиск мужа для девушки вашего положения должен быть главной задачей.
– Доктор Купер, прошу вас!
– До свидания, дорогая. Меня ждут Осборны. – Он уже собирается повернуться и сесть в экипаж, но тут вдруг застывает на месте.
– Не так быстро, – говорит голос из глубины кареты. Я не вижу, кто там, но узнаю голос Ридлана. И замечаю, что у бока доктора блеснуло лезвие. – Ни звука, или он может стать для вас последним.
– Вы кто? – дрожащим голосом шепчет доктор Купер.
– Вопросы задаю я, – отвечает Ридлан. – Эмили Фрэзер: как ее тело попало в дом Латиморов?
– Понятия не имею, – брызгает слюной доктор. – Я ничего не знаю!
– Неправильный ответ. – Рид прижимает лезвие к боку доктора посильнее, распарывая сюртук.
– Я не имею к смерти Эмили Фрэзер никакого отношения, клянусь всем, что мне дорого в жизни!
– Как тело Эмили попало в дом Латиморов? – повторяет вопрос Ридлан, четко выговаривая слова. – Вы его принесли?
– Господин Латимор хотел представить на вечере мумию, но настоящие, из Каира, стоят слишком дорого, и он не хотел тратить так много денег. Так что я предложил ему сделать фальшивую, из свежего трупа. Я всего лишь предложил провести представление и подтвердить подлинность мумии, – на одном дыхании признается доктор.
– Вы наговорили столько ерунды, что я поняла, что мумия фальшивая, еще до того, как вы сняли бинты. Могли бы хотя бы немного подготовиться, – не могу удержаться от упрека я.
– Если ее принесли не вы, то откуда ее взял Латимор? – продолжает допрос Ридлан.
– Я посоветовал ему обратиться к Бену Краучу: он работает на Лондонскую Анатомическую школу, где преподает мой дядя Эстли. Он свел нас, чтобы Бен помог достать зубы солдат, погибших при Ватерлоо, но я не знаю, как он нашел тело Эмили. Это правда, я вас умоляю, кто бы вы ни были, отпустите меня!
По вставке брюк доктора Купера расплылось темное пятно, начавшее стекать по ноге.
– Благодарю за неожиданное и неоценимое сотрудничество, – отвечает Ридлан, убирая нож.
– Теперь я могу ехать? – Купер уже готов расплакаться.
– Вы подождете, пока я сойду с другой стороны. Не оборачивайтесь, пока я не захлопну дверь, и после этого можете ехать, – велит ему Ридлан. – И последнее: этого разговора никогда не было.
Доктор Купер с трудом сглатывает.
– Какого разговора?
– Отлично, доктор. Именно это я и хотел услышать. – После чего я слышу негромкий удар, когда Ридлан спрыгивает на мостовую, затем хлопок по дереву, и доктор прячется в салоне экипажа.
– А-А-Альберт, п-поехали.
Когда экипаж покидает Чарльз-стрит, на другой стороне улицы я вижу Ридлана, который стоит со скучающим видом, прислонившись спиной к стене дома и скрестив руки на груди.
Смотрю я на него с крайним негодованием.
Он переходит через дорогу, доходит до меня, непринужденно направляясь к дверям своего дома.
– Угрожать ему ножом? – спрашиваю я. – Вы серьезно? Это вы имели в виду под даром убеждения?
– Ножом? У меня нет ножей. Всего лишь трость, – возражает он, перекидывая упомянутый аксессуар из руки в руку. Ну надо же, рукоять точь-в-точь как у лезвия, которым угрожали Куперу.
– Не держите меня за идиотку.
– Вам нужен был пират или нет? Я считал, что вы обратились ко мне главным образом из-за этого.
– Вы могли бы хотя бы попробовать быть поделикатнее.
– Если вам нужен дипломат, в следующий раз обращайтесь в
