и мы начнем работать. Еще напишу папе, у него же куча связей.
– Звучит гораздо лучше, чем группа поддержки шлюх. Ты щедрый не только в своей йети-любви, и люди должны это знать.
Я закатываю глаза.
– Ты просто не можешь остановиться.
– Не-а. Все, мне пора.
– Стой. У меня есть еще одна проблема.
– Еще один повод для Алекса сломать тебе член?
– Пф-ф, Уотерс не смог бы сломать мой член, даже если бы сильно постарался. Он же состоит из чистой магии, типа как рог единорога. Только мой – не острый. И еще он из плоти, а не из того, из чего обычно состоят рога. Но такой же крепкий.
– Ты там что, травкой в Канаде балуешься?
– Нет. С чего бы? Послушай же меня. Короче, Санни же в походе с этим Уродской Бородой.
– С Кейлом?
– Да. Я боюсь, что она забыла о моих выдающихся постельных навыках и наших просмотрах кино голышом, потому что они постят фотографии, на которых он цепляется за нее, как озабоченный пес.
– Я бы хотела забыть как минимум половину этого предложения. Мне не нужны перед сном такие подробности.
– Давай потом обсудим, что считается подробностями. Скажи, имею ли я право злиться?
– Прости. Ладно. Опиши мне фотки. Она же не голая? Алекс с катушек слетит.
– Он ее обнимает.
– Голую?
Иногда Вайолет меня бесит.
– Нет.
– Он трогает ее грудь поверх одежды или что?
– Нет.
– Под одеждой?
– Нет.
– Пытается поцеловать? – Голос у нее такой, будто она представила что-то мерзкое. Если бы ее предположение было правдой, один этот тон оправдал бы мою злость.
– Нет.
– У него торчит член?
– Господи, нет. Он просто ее обнимает.
– А. А она что делает?
– Улыбается. Они оба держат по пиву. Она недавно запостила это фото. Они в баре.
– Он руки как-то распускает?
– Да нет же! Я бы уже туда ехал.
– Погоди-ка, мистер Злобная Злость. Подумай, что ты говоришь. Кто-то обнял Санни, а ты уже готов нестись за восемь световых часов хрен пойми куда? Чтобы что? Наорать на него? Наорать на нее? Закинуть ее на плечо, переехать в домик в лесу без водопровода и с туалетом на улице, просто чтобы держать ее там в клетке и выгуливать только на поводке?
– Не делай из меня пещерного человека.
– Так ты сними с себя набедренную меховую повязку.
– Это ее бывший. Они были вместе четыре года, Ви. Вдруг она решит, что его крохотный член все же лучше моего волшебного единорожьего члена? Который еще и крупнее среднего.
– Тебе стоит меньше беспокоиться о своем волшебном приборчике и вспомнить про настоящие проблемы. Ты наделал кучу ошибок. У Санни есть весомые причины сомневаться начет ваших отношений. Это неприятно. Понимаю. Но в тебе есть и хорошее. Ты заботливый и милый, если держишь член в узде. Последнее у тебя пока получается, но репутация еще идет впереди тебя настоящего.
– Мне не вычеркнуть из прошлого всех своих женщин.
– Ты прав. Но ты можешь просто усерднее зарабатывать ее доверие.
Думаю над ее словами.
– Я понимаю тебя, но несправедливо, что все шишки валятся мне на голову. С первого дня наших отношений все фотки были случайными.
– А она специально, что ли?
– Что, если она ему это позволяет, просто чтобы позлить меня?
– Чтобы ты ревновал?
– Ну типа. Люди же так делают, да?
– Иногда. В моей голове мстительность плохо вяжется с образом Санни, но тебе стоит поговорить с ней. Намеренно, ненамеренно – ты не узнаешь, пока этот разговор не состоится, а без него ты просто будешь и дальше накручивать себя, сочиняя в голове худшие варианты развития событий.
Ви права. Шумно выдыхаю в микрофон.
– Отношения – это всегда так сложно?
– Не всегда. Но за стоящие всегда приходится бороться.
Убийственный звонок
Я в секунде от того, чтобы набрать Санни, как вдруг телефон звонит. Сначала я думаю, что это Вайолет – забыла какое-то последнее оскорбление или житейскую мудрость – и то и другое одинаково вероятно. Но звонит Санни. По видео.
Первая мысль – секс по телефону. Не знаю почему. Тут даже нет уединенных мест. Я немножко зол на нее, а такого в наших отношениях еще не было. А еще у меня яйца болят. Наверное, сейчас добиться стояка невозможно, а кончить уж тем более.
Отвечаю на звонок. Всего пару секунд экран черный, а потом появляется лицо Санни. На щеках дорожки от слез.
Злость превращается в волнение.
– Санни? Что такое? – Я пытаюсь оценить обстановку, но она держит телефон слишком близко к лицу.
– Ты же обещал! – Она пьяна. Это заметно по голосу и по тяжелым векам. Пару раз я видел ее пьяненькой. Под градусом она милая и тактильная. Но сейчас все по-другому.
Я могу лишь предположить, что она видела фотографии моего члена.
– Санни, милая, я могу объяснить.
– Ты всегда все можешь объяснить! У тебя это прекрасно получается. Почему ты еще и такой красивый, как назло? Почему ты такой сексуальный, милый и так хорошо трахаешься? Я могу думать только о тебе и… и… и… – Ее начинают душить слезы.
Мне больше не видно ее лицо. Кажется, я смотрю на волосы, но сложно сказать. Музыка становится громче, а потом снова затихает. На фоне какие-то голоса, кажется, мужские. Жаль, у меня нет с собой наушников. Санни громко плачет, а тут всем все слышно. Даже с учетом леса вокруг домиков наш личный разговор может слушать кто хочет.
– Солнышко Санни, сделай вдох. Все хорошо. Было бы лучше, если бы ты мне писала и звонила, тогда бы ни о чем нервничать не пришлось.
– У нас была плохая связь. У меня. Не стоило мне экономить на тарифе. Больше одной полоски никогда не было. До меня доходили некоторые твои сообщения, но я не могла отправить ответ. У Лили связь чуть-чуть получше, я взяла ее телефон и увидела все эти фотки… – Она снова икает.
– Давай поговорим.
Санни поднимает голову и смотрит на меня. Глаза мутные.
– Твой пенис заполонил интернет. А я думала, он только мой!
– Только твой, детка. Прости за это. Меня укусил паук. Я не знал, что Рэнди куда-то выставит эту фотку.
– Мне плевать, что все увидели твой пенис. Он отличный. Только яйца и правда огромные. Типа, ненормально огромные, но я так понимаю, это из-за укуса? Меня расстраивают все эти комментарии на твоей страничке. Я не могу… – Она икает. – Ты знал, что тебе посвящена целая фанатская группа? Там одни женщины.
Конечно, знал. Как-то
