поговорить. Мне не понравилось все это чувствовать, и тебе я такого тоже не желаю.
Чувствую тепло ее дыхания на своей шее. Она выдыхает и прижимается ближе. Проводит руками по моим предплечьям. Я физически ощущаю, как мало на ней одежды, как сильно я хочу прикоснуться к ней, к ее голому телу.
Санни поднимает голову, а я опускаю свою. Ее пальчики порхают по моим губам.
– Мы договорили? – спрашиваю я.
Она кивает.
– У нас все хорошо?
– Вроде.
Она тянется ко мне, очевидно, ждет, что я ее поцелую. Но у меня есть еще пара вопросов.
– Ты будешь доверять мне чуть больше?
– Да.
– И никакого Кейла, чтобы заставить меня ревновать?
– Никакого.
Кладу ладонь на ее шею сбоку, чувствую биение пульса. Ее сердце колотится почти так же быстро, как мое, член встает примерно с такой же скоростью. Наши губы встречаются, и у меня в штанах будто взрываются фейерверки.
У нее такой мягкий и теплый язык, как и остальные мои любимые части ее тела. А еще – мокрый, как моя самая любимая часть ее тела. Приходится напоминать себе, что это просто поцелуй, что мы сидим посреди леса, у самой кромки озера. Может, мне и интересно попробовать заняться любовью на лоне природы, но Санни, скорее всего, нет.
Она отвечает на этот незаданный вопрос, когда пересаживается ко мне на коленки и обхватывает мой торс ногами.
– Меня бесит, что я так сильно злюсь из-за этих фоток.
– И меня.
– Прости, Миллер. У нас все так быстро закрутилось. Я не знала, как себя вести.
– Я знаю, малыш. Прости меня. Я компенсирую тебе весь стресс как ты сама пожелаешь.
Она вращает бедрами, трется об меня. В шортах все суперчувствительное. Все звезды сошлись: яйца еще болят, я не дрочил почти неделю, ко мне прикасается голая, поцелованная солнцем кожа Санни.
Она запускает пальцы в мои волосы и сильно хватается за них. Язык агрессивно танцует вокруг моего. Я не пытаюсь перехватить инициативу, не пытаюсь ее угомонить, просто даю ей все, что нужно. Мне все нравится. Она возится с верхом купальника, развязывает его за шеей, а потом и на спине. Он падает где-то сзади на землю.
Беру в ладони ее груди. Первое, что вижу – отсутствие линий загара. По коже рассыпаны веснушки.
– Загорала топлес?
Она прикусывает губу.
– Может быть.
– Может быть?
– Мы были в полной глуши. Никто нас не видел. – Санни массажирует мой скальп, чтобы отвлечь.
– А Кейл?
– Он уже видел мою грудь. Ничего нового с ней не произошло. – Я молчу, а она поджимает губы. – Твой пенис увидел весь интернет. – Еще одна пауза. – Я загорала, только когда он спал.
– Ты это говоришь, чтобы я его не угробил? – провожу большими пальцами по ее соскам.
– Нет. – У нее перехватывает дыхание. – Он все равно всегда говорил, что они слишком маленькие.
– Какой же он идиот. – Я нежно чмокаю левый сосок и почти рычу, обхватывая теплую розовую кожу. Прикусываю.
Санни округляет глаза.
– Миллер!
– Просто дразнюсь. – Я продолжаю посасывать.
– Можешь повторить. – Она выгибает спину, выпячивая грудь.
Отпускаю сосок.
– Что повторить?
– Этот звук, и используй зубы. – Санни гладит ладонями мои бицепсы, спускается ниже к предплечью, а потом накрывает мои ладони своими.
– Тебе понравилось? – Я снова порыкиваю и обхватываю сосок зубами, но не кусаю. Когда понимаю, что ей уже не терпится, всасываю сосок и очень-очень нежно прикусываю.
Меня награждают вкуснейшим стоном. Он спугивает птиц с веток над нами, и они улетают. Кусаю еще раз, а потом перехожу на второй сосок, дарю ему столько же внимания. Не знаю, насколько далеко мы хотим зайти, но мне нравится доставлять Санни удовольствие.
Спустя пару минут поцелуев Санни слезает с моих колен и расстегивает пуговицу на шортах. Держу ее за бедра, чтобы она не упала с бревна, но это не обязательно, потому что тело Санни состоит из идеально пропорциональных мышц. Она невероятно хорошо держит равновесие.
– Ты в белье.
– Пробую разнообразие.
– Хм-м. Мне нравится цвет… – Она поддевает красную резинку.
Ловлю ее за руку, прежде чем она успевает засунуть ее внутрь.
– Ты только… аккуратнее. Там все супернежное после встречи с пауком.
– Мой бедный мальчик. – Она обхватывает ладонью мой подбородок, упираясь прямо в кадык, и нежно целует в губы. Странно, но мне это нравится. – Скажешь, если будет больно.
– Я справлюсь, только будь нежнее.
Она оттягивает резинку, заглядывает внутрь. У меня стояк.
– Выглядит хорошо.
– Можешь потрогать и проверить.
Она проводит кончиком пальца по головке. Это невыносимо прекрасно – гораздо лучше, чем просто передернуть в душе лагеря. А это только один пальчик. Скорее бы она обхватила меня всей ладошкой. Или любой другой частью тела, какой захочет. Лишь бы не подмышкой. Здесь я провожу границу.
– Было бы проще, будь ты голым, – говорит она и проводит языком по губам.
– Ладно, я не против.
Санни расставляет ноги по обе стороны от бревна, будто седлает деревянного коня. Я вылезаю из шорт и кладу их поверх коры, чтобы не поцарапать мои и без того несчастные яйца. Тут, конечно, везде мох, но на всякий случай. Мне не нужен еще один паучий укус поверх того, что я только что пережил; на этот раз яйца могут и правда взорваться.
Просовываю большие пальцы за резинку трусов. Санни поднимает руки и машет:
– Ой! Стой!
На секунду я пугаюсь, что она передумала.
– Хочу сама их снять. – Она кусает кончик своего пальца. – Если ты не против.
Такими темпами эта женщина может надеть на мой член ошейник и выгуливать меня на поводке. Я ее собственность.
– Делай, что приятно.
Сажусь напротив нее на бревно, руки кладу на бедра. Санни вздыхает, готовится к виду моего члена, наверное. Не знаю, почему это мгновение кажется таким важным. Она его уже видела. Трогала. Он буквально был у нее внутри. От всех этих фантазий член подскакивает и упирается в ткань трусов.
Санни пищит. Я подмигиваю.
– Он тоже радуется.
– Мгм. – Она энергично кивает. – Повернешься на секунду?
Мне интересно, что она будет делать, так что я подчиняюсь. Санни обводит руками мою талию, поглаживает бедра. Поднимаясь, сжимает зад.
– У тебя самая красивая попа, которая только может быть у мужчины, – говорит она.
Я смеюсь.
– Спасибо. Я даже об этом не думал.
– А ты подумай. – Она стягивает трусы с одной стороны. Чувствую ее губы на одной из булок, а потом легкий укус.
Оглядываюсь. Она улыбается во весь рот.
– Ты меня за жопу укусила?
Санни кивает и кусает меня еще раз, а
