отскакивает от него как торпеда.
– Нет, если хочешь продолжать, можем продолжать. Я уже видел тебя голой, так что полпути пройдено. – Он улыбается и подмигивает ей.
– Вот свинья!
Она отпихивает Рэнди и идет к лестнице под его смех. Лицо у нее интересного алого оттенка.
– Мне понравилась твоя подружка, Санни. Весело было.
Рэнди смотрит, как Лили взлетает по лестнице, вытягивает сцепленные в замок руки над головой и говорит:
– Пойду поплаваю, пожалуй.
Жарко, я пахну сексом, так что бассейн – хорошая идея.
– Я тоже хочу. Ты с нами?
Санни чешет грудь под купальником.
– Сначала сменю купальник, мне кажется, в него попали хвойные иголки. Все чешется.
– Помощь нужна? – Я просовываю палец под чашечку и провожу пальцем по соску.
– Всегда. Но сначала мне нужно побыть с Лили.
– Конечно, конфетка. – Я целую ее, жду, пока она поднимется по лестнице и исчезнет из вида, и только потом ищу в сумке плавки. Раздеваюсь посреди гостиной, надеваю шорты, пока Рэнди вытирает молоко. Он и так уже в плавках. Мы идем к пирсу вместе.
Трейлера во дворе больше нет. Может, Уродская Борода тоже уехал. Наконец-то все хорошо.
* * *
Остаток дня проводим у воды. Санни говорит, что хаки-близнецы уехали домой. Она позвонила Уродской Бороде и оставила голосовое сообщение – сказала, что они могут быть только друзьями и что она надеется, что не создала какое-то ложное впечатление. Мне его почти жаль. Только вот он козлина.
Когда солнце опускается к кронам деревьев, живот начинает урчать, и мы возвращаемся в дом готовить ужин. Санни что-то вытворяет из перцев, а я ищу в холодильнике что-нибудь мясное. Зря надеялся – там только тофу и свежие овощи. Единственное, что там есть не растительное, – безлактозные сливки. Искусственный мусор. Если мы тут останемся, нам с Рэнди придется купить бекона и котлет под бургеры – и это как минимум. В морозильнике нахожу лобстеров и краба. Если уж и объедать Уотерса, то можно взять самое дорогое.
Мы ужинаем часов в девять, Санни говорит, что тут это нормально. Но у нас куча вкусной еды, так что я не ворчу на позднее время. Лили спускается и помогает накрыть на стол. За столом может поместиться человек восемь, но стульев меньше, и единственный свободный рядом с Рэнди. Никто, кроме Санни, не видел ее после ссоры с Бенджи и поцелуя с Рэнди. Лили даже не смотрит на него; щеки у нее красные, и она непривычно много молчит.
Лили наливает себе вина и выпивает залпом, пока разговоры за столом текут мимо нее. Санни и Рэнди хорошо общаются – приятный бонус. Если я смогу найти подход к Лили, будет вообще прекрасно. Я вижу, что она хочет сбежать, но сидит. Из вежливости, наверное.
– А что это вообще такое? – Она берет в руки оранжевую скульптуру с центра стола. Плащ вокруг шеи один в один как у супермена, но на нем написано «ЧЧ». Автор приклеил ему глазки и усы.
– Покажи-ка. – Рэнди тянет руку, и она отдает ему фигурку. Он приподнимает плащ и начинает так сильно смеяться, что почти падает со стула. – Это хрен-супергерой.
– Ставлю миллион, что это Вайолет сделала.
– А что такое ЧЧ? – спрашивает Рэнди.
– Она так вроде называет хрен Уотерса. Чудовищный Член или что-то такое, – отвечаю я. Все перестают жевать. – Она рассказывает мне слишком много интимных подробностей.
Рэнди фыркает.
– У Уотерса не настолько большой.
– Я тоже так думал, но у него в комнате куча презервативов XL, – говорю я. – Санни докажет.
– Нифига. Тогда, наверное, растет от стояка. – Рэнди протыкает вилкой стручок фасоли и раскусывает пополам.
– Не хочу дальше это слушать. – Лили роняет вилку на стол и хватает фигурку члена. Они с Санни решают устроить ему фотосессию по всему дому.
Очень забавно хихикают. Запихивают супергеройский член за подушки на диване, ставят на каминную полку, в холодильник. Лили впервые улыбается с момента нашего приезда.
После этого развлечения Лили и Рэнди вызываются мыть тарелки, а мы с Санни идем разводить костер. Она тянется к плечам и чешет под воротником футболки.
– Ты как? Еще чешешься?
– Нормально. Комар укусил. Попрыскаюсь, как мы тут закончим.
Мы выходим из дома, и только тогда я решаю обсудить наших друзей.
– Предупреди Лили насчет Рэнди.
– Я уже.
– Но…
Она кладет руку на мое плечо, встает на носочки и целует в губы.
– Они оба взрослые люди.
– Да, но она сейчас уязвима, может принять неправильное решение, а Рэнди может быть очень убедительным.
– Как ты?
Между мной и Рэнди есть большая разница. Его убедительность проявляется по-другому. Он общается с поклонницами, пока отношения не зайдут слишком далеко, а потом резко обрывает с ними все связи. Полностью. Я видел, как он закрывается от девушек, словно дверь захлопывает. Я знаю, почему он такой, – не хочет поступать с кем-то так же, как его папа поступил с мамой. К сожалению, из-за этого за ним тянется целая дорожка из изувеченных сердец молодых дам.
Нам было по одиннадцать, когда его родители окончательно разошлись. Его отец почти всегда торчал в фарм-клубе, в НХЛ он провел всего пару сезонов. И не мог удержать член в штанах, когда они были в разъездах. Мама Рэнди терпела, пока не сорвалась. Думаю, Рэнди боится, что пойдет по стопам отца, так что, как только отношения перерастают в серьезные, он сваливает.
Я всегда честно говорю женщинам, что я только про секс. Что я про веселье, а не про отношения. Был до этого момента. Санни показала мне ценность глубоких отношений. Иногда качество важнее количества.
И все равно ее слова меня задевают.
Она, видимо, читает это у меня на лице. Пальцы обхватывают мой подбородок.
– Ты неправильно меня понял, Миллер. Хотя, может, и правильно отчасти. Ты просто знаешь, что и как говорить, а еще знаешь, что и как делать, но у меня нет ощущения, что ты мне лапшу на уши вешаешь.
– Потому что я и не вешаю.
– Знаю. Лили с Бенджи долго были вместе. Она давно была несчастна в этих отношениях. Думаю, на этой неделе она поняла, что счастливее уже не станет. – Санни подбирает ветку с земли и вращает ее пальцами. – Я не хотела отказываться от похода отчасти ради Лили. У Бенджи есть… загоны. Иногда он очень грубит. Короче, я это к тому, что небольшой роман ей не повредит.
– Главное, чтобы она сама понимала, что он будет небольшим.
– Да она знает, какие вы, хоккеисты. – Санни берет меня за руку и ведет к
