манипулировать.
Теперь Ники смотрела на Дилана, как на заветную мечту, а на меня – как на врага. Как на человека, стоявшего у нее на пути. Она догадалась. Догадалась, что я хочу отменить сделку.
В лимузине вдруг стало душно. Мы ехали быстро, я чувствовала каждую неровность на дороге. Разве можно ехать по трассе на лимузине? Мне не хватало свежего воздуха. Хотелось спрятаться.
Я поймала на себе взгляд Толы и улыбнулась: пусть думает, что у меня все нормально, хотя меня тошнило и трясло.
– Держи. – Дилан протянул мне бутылку лимонада и попытался заглянуть мне в глаза. – Помогает от укачивания.
Я кивнула и с облегчением отпила газировки.
– Тебя укачивает в машине, Али? – Эрик нахмурился, и я вдруг почувствовала, что все на меня смотрят. – В моей никогда не укачивало.
– Ее укачивает только на трассе, – сказал Дилан, и в лимузине повисла тишина.
Я овладела собой и повернулась к Эрику.
– Я всегда стараюсь, чтобы меня стошнило в бардачок твоей машины, когда ты отворачиваешься. Делаю так из вежливости.
Ситуация разрядилась, но Ники по-прежнему бросала на меня недовольные взгляды.
Я покосилась на Дилана и поняла, что он думает о том же. Он не рассказал Ники о нашей дружбе во время первой встречи, а сейчас уже поздно в этом признаваться. Какая путаница! Я гневно взглянула на Эрика, ведь это он начал разговор об укачивании.
– Что такого? – прошипел он.
Естественно, глэмпинг оказался необыкновенным. Я никогда не видела ничего подобного. Стопроцентно идеальное место, мечта инфлюэнсера. Очевидно, они готовились к приезду Ники. Здесь были носильщики, роскошные шатры, маленькие велосипеды пастельных цветов, расставленные тут и там. По территории нас повезли на гольф-карах, рассказали о различных видах занятий и лесном спа и наконец высадили у наших шатров.
Я и раньше жила в палатках – в школьных походах и заграничных поездках с родителями. С Диланом мы ездили с палаткой на музыкальные фестивали. Но это было совсем другое.
На каждом шатре значилось имя; я с любопытством заметила, что Бена и Эрика поселили вместе. Мы с Толой и Ники переглянулись; Ники зашевелила бровями и улыбнулась, и на миг мне показалось, что все будет хорошо.
А потом Дилан заметил их с Ники имена на деревянной дощечке у входа в самый большой шатер в виде опрокинутого колокола.
– Люкс для новобрачных! – воскликнул он.
– Возможно, тебя это вдохновит! – жеманно проговорила Ники и похлопала ресничками. Я затаила дыхание: как он отреагирует? Она же давит на него, да еще с такой беспечностью. Когда мы в последний раз говорили, Дилан даже не задумывался о женитьбе. Но, видимо, что-то изменилось: Дилан рассмеялся, подхватил ее, закинул на плечо, шлепнул по пятой точке, и они скрылись в шатре.
Меня чуть не стошнило, в этот раз не от укачивания.
– Получилось! Не знаю, как, но у тебя получилось! – Тола схватила меня за руку и затащила в наш шатер. – Как тебе ты это сделала? Что изменилось?
Я пожала плечами.
– Наверно, им просто требовалось время, чтобы понять друг друга.
– Магия Али снова работает! – Тола поклонилась, сняв воображаемую шляпу, но я лишь печально покачала головой.
– Мне кажется, я тут ни при чем.
– Конечно, при чем.
Но я не хотела признавать, что это моя заслуга. Дилан счастлив, Ники счастлива, презентация должна пройти хорошо. А потом мне придется сойти со сцены. Мы с Диланом не останемся друзьями, Ники не позволит. Я же могла ее скомпрометировать. А Дилан сделает все, чтобы она была счастлива. Все эти годы он как-то выживал без меня, он во мне не нуждался. Будем друзьями, которые иногда лайкают посты друг друга в соцсетях. Меня это вполне устроит.
Мы с Толой оглядели наш шатер, любуясь обстановкой. В центре стояли две красивые кровати с пологами и вязаными покрывалами; каждую из нас ждала подписанная подарочная корзина с приветственной открыткой. Шатры были оснащены всех необходимым: гамаками, стульями, небольшой зоной для переодевания за расписной ширмой. С потолка свисала громадная люстра. Тут было очень красиво.
И тут до меня донеслось хихиканье Ники.
– Пойдем в джакузи? Закажем самые дорогие коктейли у симпатичного бармена, – предложила Тола, сочувственно похлопав меня по руке.
– Я хотела сходить на пробежку, – ответила я. Пока я переодевалась, зазвонил телефон.
– Твоя мама звонит, – крикнула Тола, – ответить?
– Нет.
– Слушай, рано или поздно тебе придется…
– Рано или поздно, Тола. И я сама решу, когда рано, а когда поздно. Я еще не готова.
Она выставила перед собой ладони. Я вышла из-за ширмы, надев форму для бега.
– Ладно. Значит, бросишь меня здесь, как несчастный пожухлый лист салата, между двумя кувыркающимися парочками?
Я рассмеялась.
– Уж ты найдешь, чем заняться. Уверена, к моему возвращению ты очаруешь всех барменов в округе и заведешь друзей на всю жизнь.
– Ты права, – кивнула она, глядя на свои ногти. – Иди, но только чур никаких звонков в офис.
Я подняла руки.
– Старая я позвонила бы в офис. Новая я – совсем другой человек.
– Рада слышать, детка. Хотя, для справки, старая ты мне тоже нравилась.
– Ты была единственной, кому она нравилась. – Я покачала головой и вышла из шатра.
На самом деле я никогда не любила бегать. Бегала, потому что это полезно и так поступали все взрослые люди. Просто в жизни иногда важно делать то, что не нравится: надо так надо. Но сейчас я бежала, чтобы побыть подальше от Ники и Дилана, избавиться от тяжести в груди и чувства вины. На территории глэмпинга было красиво, с каждым вздохом я ощущала, что возвращаю контроль над ситуацией и снова становлюсь собой. Мимо пробегали другие люди; я кивала им и улыбалась.
Может, присоединиться к клубу любителей бега? Может, в этом моя ошибка: я ужинаю в одиночестве и целиком полагаюсь на себя? Может, на самом деле мне нужны другие люди? Приветливые лица, беспечные разговоры на бегу. Каждый бежит по отдельности, но все-таки вместе и чувствуют себя частью единого целого, при этом оставаясь собой.
Вернувшись в шатер и приняв душ, я успокоилась. Мне уже не казалось, будто я трещу по швам. Но Тола куда-то запропастилась. Я вышла наружу, обошла шатер и обнаружила ее у края джакузи.
Рядом в ведерке охлаждалось шампанское, на столике ждали закуски, поблизости лежали два пушистых халата.
– У тебя свидание, а мне ничего не сказала?
Тола ткнула в меня пальцем.
– Помнишь, я обещала, что однажды залезу тебе в черепушку и узнаю, что там происходит? – Она указала на джакузи. – Этот момент настал.
Я хотела возразить, но слишком
