ему приходится ждать, пока появится ее замена. Патрик подвез меня домой из отеля.
— О? — Сайв выгнула бровь. — Значит, мой разбойник снова в списке пропавших?
Ага. Я не видела ее разбойника с тех пор, как он вылетел из моей спальни на прошлых выходных. Мы поссорились, и, по-видимому, сильно, но я бы никогда не ударила в грязь лицом перед нашими матерями. Ссоримся мы или нет, но уровень моей преданности Джерарду выходит за рамки легкомысленных подростковых ссор. Даже когда он плотно закрыл ставни на своих эмоциях, одновременно блокируя любой эксклюзивный доступ, который у меня мог быть к нему настоящему.
После возвращения Марка он почти все ночи проводил в доме Джонни, а это значит, что у меня в комнате не было ночных посетителей. Из-за чего я чувствовала себя удивительно опустошенной.
— Джерарда нет в списке пропавших без вести, — услышала я свою защиту, попадая в привычный ритм жизни. — Он просто…
— Джерард?
— Он с Джонни.
— В спортзале?
— Нет, я думаю, они готовятся к вечеринке Шона. — Нахмурившись, я добавила: — Хотя, я сомневаюсь, что «надувной замок» продолжится сейчас, когда снова идет дождь.
— О, чуть не забыла! — Мама подошла к своей сумочке и вытащила из нее конверт с гербом Томмен. — Вчера пришло школьное информационное письмо. В этом году они решили отказаться от лыжной поездки в Андорру, которая длится пятый и шестой год.
— Что? — Я взвыла. — Нет! Но теперь моя очередь! Я наконец-то достаточно взрослая, чтобы поехать, и оно отменяется?
— О, верно, Шинейд, я тоже это читала, — согласилась Сайв. — Очевидно, была какая-то проблема со школьной страховкой.
— Типично, — фыркнула я, скрестив руки на груди. — Просто типично.
— Томмен устраивает зимний бал для старших, чтобы компенсировать это.
— Зимний бал? — Мое тело дрожало от возбуждения. — Как балл-балл? Как те, что есть в Штатах? В платьях, смокингах и модных брючных корсажах?
— Очевидно, так и есть.
— Да ну нафиг! — Визжа от восторга, я энергично хлопнула в ладоши. — Ты серьезно? Когда?
— Неделя рождественских каникул.
— О Боже мой, о Боже мой. — Я спрыгнула со стола. — Мне нужно подготовиться. — Я расхаживала по кухне. — Мне нужно платье и туфли, и украшения, и – о черт, мне нужно согласовать цвет с девочками, чтобы мы не конфликтовали. А потом мне нужно заказать парикмахера, организовать фотосъемки, транспорт, сделать маникюр, и …
— Клэр, любимая, сегодня Хэллоуин, — со смешком перебила мама. — Успокойся. У тебя еще много времени.
— Много? — Я уставилась на нее. — Мам, это бал. Настоящий зимний бал! Для планирования таких вещей требуется время.
— Откуда ты знаешь? Ты никогда ни на чем таком не была, — засмеялась мама. — И прежде чем ты перестанешь заниматься организацией фотографов и лимузинов для всей своей дружеской группы, тебе, возможно, захочется подумать о том, с кем ты пойдешь. — Она подмигнула Сайв, прежде чем добавить: — Или это просто данность, что ты собираешься пойти с Джерардом?
— Эээ … да? — Я непонимающе уставилась на нее. — С кем еще мне пойти?
— Может быть, еще один парень?
Воспоминание о гигантском языке Джейми заполнило мой разум, и я сморщила нос. — Фу.
Они обе улыбнулись в унисон.
— О, пожалуйста. — Я закатила глаза. — Как будто это такой большой сюрприз, что я хочу пойти с Джерардом.
— Они хорошие друзья, Шинейд, — отметила Сайв, подмигивая моей маме.
— Очень хорошие друзья, — согласилась мама с ухмылкой. — Действительно, очень хорошие.
— Итак, есть что-нибудь, чем ты хотела бы поделиться с нами?
Я растерянно моргнула. — Например, что?
— Вы двое проводили много дополнительного времени вместе.
– И если он поведет ее на бал, то, я полагаю, это означает, что он поведет ее на свой выпускной следующим летом.
— Теперь это называется выпускным? В наши дни это называлось «Дебютантки».
— Правда.
— Теперь это называется «Выпускники», — объяснила я, а затем просияла, когда поняла, что было сказано. — Боже мой, я иду на выпускной! — Волнение захлестнуло меня. — Ура! Два платья!
— Тогда тебе лучше начать откладывать все свои деньги с той работы, которую ты только что начала, — поддразнила мама.
— Не, я думаю, что оставлю свои деньги при себе и потрачу папины, — засмеялась я.
— Где он? Мне лучше начать свое мошенничество.
— Дома в кабинете, — ответила мама с веселой улыбкой. — Дедлайн, помнишь?
Еще один приступ грусти пронзил меня прямо в солнечное сплетение, но я быстро стряхнула его, напомнив себе, что если бы я была той, кто потерял своего лучшего друга в тот день, то я бы тоже заперлась от мира.
Ладно, может быть, не на целое десятилетие, как у моего отца, но я понимала чувства, стоящие за его поступками, даже если я не понимала депрессии, с которой он боролся.
Подойдя к тому месту, где стояла моя мама, я обняла ее сзади. — Люблю тебя, — прошептала я, целуя ее в щеку. — Королева.
Потому что моя мать была королевой. То, как она продолжала любить моего отца в его темные времена, было выше всяких похвал. Я была уверена, что у них были свои моменты, но ни разу за десять лет, прошедших после смерти Джо, я не слышала, чтобы мама повышала голос на моего отца. Мама была медсестрой, и из-за этого я знала, что у нее был определенный уровень понимания того, что происходило в голове у папы, но то, как она безоговорочно любила его, несмотря на все это, не только доказало мне, что люди могут быть добрыми, но и что настоящая любовь может восторжествовать.
Мои родители любили друг друга с детства, и мама продолжала любить папу, даже когда у него не было сил любить себя.
Звук хлопнувшей входной двери заполнил мои уши за мгновение до того, как сам человек момента вошел в свою кухню, помахивая ключами от машины. — Мамы.
В ту минуту, когда мой взгляд упал на него, стоящего там в выцветших синих джинсах и белой футболке, яростная волна раскаленного добела жара срикошетила у меня в животе.
Ох, крекеры.
— Медвежонок-Клэр, — признал он вежливым кивком.
— Джерард.
—
