class="p1">Кольт встает, оставляя кровать Истону на растерзание, и подходит к окну, чтобы осмотреть устрашающе отдаленный пейзаж.
— Тебя все устраивает, Кольт? – спрашивает Линкольн своего кузена, подходя и становясь рядом с ним, любуясь темно-зеленым фоном леса Оукли.
— Хочешь знать правду? В последнее время меня вообще ничего не устраивает. Но если ты хочешь, чтобы мы тебе подыграли, то мы так и сделаем. По крайней мере, пока, – хмыкает он, и на этот раз Линкольн кладет руку на плечо своего кузена, слегка сжимая его в утешительном жесте.
— К черту! – восклицает Истон, спрыгивая с кровати. — Я в деле. Чего бы это ни стоило, Линк. Мы с тобой.
— Финн? – Линкольн смотрит через плечо в мою сторону, ожидая увидеть, как я к этому отношусь.
А есть ли у меня выбор? Нет, его нет. На кону не только жизнь Линка. Мы все в этом замешаны. Если погибнет один из нас, погибнем все мы.
— Да, я в деле.
— Хорошо. – Он благодарно кивает, но не хуже меня знает, что мы в дерьме.
— Эти засранцы думают, что мы у них в руках, но они облажались. Они даже не представляют, какие разрушения мы можем принести, – заявляет Кольт, пытаясь поднять нам настроение.
Однако мне это никак не помогает. От этого мне становится еще тревожнее.
Может, Общество не знает, на какие глубины мы готовы опуститься, но мы-то знаем. Мы способны на самые отвратительные поступки, если на кону стоит жизнь одного из нас. Мы доказали свою преданность, и теперь, полагаю, она снова подвергается испытанию.
Остаток утра проходит в разговорах о том, как мы собираемся с этим справиться. Линкольн и Кольт разрабатывают план, как узнать все, что связано с Обществом, оставляя Истона и меня выполнять приказы. Как послушные солдатики, мы ждем команды от своего генерала, что меня вполне устраивает. Я бы предпочел заниматься чем-то на передовой, чем торчать в какой-нибудь старой пыльной библиотеке, читая всякую хрень, от которой у меня закружится голова. Правда, я не уверен, что это будут за приказы. Я не очень хорошо переношу сюрпризы, поэтому предпочитаю знать, чего ожидать, чем быть застигнутым врасплох.
Когда спустя несколько часов я, наконец, возвращаюсь домой и вижу на столе черный конверт с моим именем, понимаю, что Обществу так же, как и мне, не терпится начать это шоу. И мне повезло, что я первый, на кого они решили обратить внимание.
Да пошли они.
Они хотят поиграть? Я не против.
Я все равно привык играть грязно.

3
Финн
Я верчу конверт в руках, пока Истон везет нас бог знает куда. Как только увидел эту чертову штуку в холле, среди забытого почтового хлама, я немедленно схватил ее и позвонил Истону, приказав ему тащить свою задницу ко мне.
Понятия не имею, когда пришло это письмо, но надеюсь, что никто из моей семьи не увидел его раньше меня. К счастью, мама так поглощена моими маленькими племянниками и племянницами, что не обращает внимания ни на что другое, тем более на почту. И если письмо не из Чапел-Хилла6, моего отца оно тоже не заинтересует.
И все же, со стороны Общества было неосмотрительно отправлять письмо ко мне домой. Насколько я понимаю, мой собственный черный конверт мог прийти в тот же день, когда Линкольн получил свой.
Учитывая множество людей, проходящих через наш холл, кто-то мог проявить любопытство и посмотреть, что в нем находится. Со стороны наших шантажистов это было безрассудно.
Я понимаю, почему они отправили письмо в дом Линкольна, ведь он, по сути, пустой мавзолей. Но мой дом? В нем всегда полно народу.
Два моих старших брата живут неподалеку со своими семьями и приходят почти на каждый ужин, прихватив с собой жен и маленьких детей. Таким образом, мой дом превращается в непрекращающуюся суматоху, наполненную маленькими липкими ручонками и родственничками, которые постоянно лезут в дела друг друга.
Я имею в виду, кто в наши дни отправляет письма, когда есть электронная почта? Видимо, гребаные тайные общества предпочитают делать свою грязную работу по старинке. И это действительно затрудняет поиски этих засранцев. И хотя в том, что они связываются с нами таким образом, есть определенный риск, реальная опасность ложится исключительно на мои плечи – именно мне нужно быть начеку двадцать четыре на семь, поскольку мне есть что терять.
Как только Истон добрался до моего дома и, не спеша, прочитал непрошеное письмо, он позвонил нескольким людям и за считанные минуты узнал все, что можно было узнать о Стоун Беннетт. Должен признаться, я никогда в жизни не слышал этого имени. Но у Истона много сомнительных друзей с еще более сомнительными знакомыми, которые охотно поделились с нами подробностями о девушке.
Первое, что мы узнали, – это то, что она южанка, и осознание того, что моя цель – девушка, живущая в не очень хорошем районе города, нисколько меня не успокоило. С таким именем, как Стоун7, кто знает, с чем мне придется столкнуться. Скорее всего, она какая-нибудь наркоманка или воровка, которая сперла бумажник не того придурка, и теперь они хотят, чтобы я преподал ей урок.
Когда Истон сказал мне быть готовым к небольшой прогулке сегодня вечером, я и подумать не мог, что он привезет меня в такую дыру. Хотя не знаю, почему я удивляюсь. Мне следовало ожидать именно этого.
В ту минуту, когда он паркует свой грузовик, и я вижу, где именно мы находимся, у меня возникает желание сказать ему, чтобы он разворачивался и вез наши задницы обратно домой. Как я вообще смогу подружиться с девчонкой, которая работает в гребаном байкерском баре? Это место расположено на окраине города, прямо посреди печально известного опасного района – такого, о существовании которого все делают вид, что не знают, и воротят от него нос, пока не окажутся здесь.
Когда люди думают об Эшвилле, они сразу же представляют себе большие дома на плантациях или особняки,
