поводу у этого гада. Мамочки! Как же я встряла.
— Это не даёт вам права так обращаться с девушкой. — Еле сдерживает себя в руках мой герой.
— Она шлюха, — выплюнул Эрнест.
Глядя в лицо этого гада, я была готова вцепиться ему в волосы. Но руки незнакомца держали меня крепко.
— Могу продать тебе её.
— Что вы несёте? — не могу сдержать гнев и обиду.
— Правду говорю. Сучка, — вновь летит оскорбление.
Чем я заслужила такое к себе отношение?
— Рот закрой, — не сдерживается спасатель.
— Че, правильный, да? Иди на… — рычит Эдуард.
— Вы знаете, совсем не хочется.
— Она — продажная девка, зачем тебе влезать в это? Не боишься испачкать свою белую рубашку?
Готова сгореть от стыда. Что несёт этот урод? Но если я буду оправдываться, какой в этом смысл? Ведь Эрнест напился и не соображает. Если незнакомец посчитает меня падшей — ничего, я переживу. В сложившихся обстоятельствах готова вытерпеть обидные слова, главное, чтобы Эрнест отстал. Я задрала голову и посмотрела на своего спасителя. Здесь освещение лучше и можно разглядеть его. Может, мне стоит бежать от него тоже?
Я вгляделась в его лицо. Резкие черты — будто выточены из камня. Тёмные волосы аккуратно уложены, аккуратная бородка, пронизывающий взгляд серых глаз, он смотрит так, будто считывает мои мысли. Одет с иголочки: белая рубашка идеально выглажена и шикарно сидит на широких плечах, верхняя пуговица расстёгнута, придавая облику лёгкую небрежность.
Его губы искривились в полуулыбке, будто он точно знал, о чем я думаю:
— Вас нужно спасать? — голос низкий, с хрипотцой, от него по спине пробежала дрожь.
Я кивнула, не задумываясь.
— Ольга, считаю до трёх, и ты идёшь со мной. Ты мне должна! — взревел Эрнест.
Но мой спаситель не реагировал на выпад этого урода. Ему было важно донести до меня своё предложение…
— Я спасу тебя при одном условии, — заявил он, переходя на ты.
— Каком? — выпалила сразу.
— Ты должна выполнить одно моё желание!
Этот мужчина, мой герой, поставил меня в тупик. Но у меня не было выбора. Согласиться на его предложение или попасть в руки хама, с которым я ужинала. Прикусила губу, сожалея о своём выборе. В жизни одна сплошная чёрная полоса. Надеюсь, что следующий год будет лучше.
Я внимательно смотрела на спасителя. Он трезв, прилично одет. Но за внешней красотой может скрываться очередной урод. Но выбора не было. И все же я пока молчала. Сжала кулаки, стараясь унять внутреннюю дрожь. Нельзя показывать слабость.
— Что вам от меня нужно? — произнесла как можно твёрже, хотя голос предательски дрогнул.
— Что, испугались? — Он подмигнул. — Не стоит. Я не кусаюсь обычно.
И тут же я кивнула. Моего кивка хватило, чтобы всё закрутилось. Незнакомец погладил меня по предплечью. Видимо, не захотел, чтобы я нервничала.
— Она никуда не пойдет, — жестко произнес спаситель.
— Мужик, ты меня достал. — У Эрнеста бешено горели глаза. Он был готов взорваться.
Эрнест сделал выпад. Однако незнакомец резко отскочил в сторону и ушел от его лап.
— Ах ты, мудак, — разозлился он.
Меня тут же задвинули за сильную спину, облаченную в белую рубашку. Эрнест пытался достать до лица противника. Однако у него ничего не получалось. И буквально за два приема Эрнеста скрутили. Я не успела моргнуть, как его увели под руки подоспевшие охранники.
— Ты покойник, урод! — орал Эрнест.
— Спасибо вам.
— Вы обещали мне желание. — Я кивнула, но была уверена, что мы видимся в первый и в последний раз. — Разрешите представиться, Михаил Усов, повар этого заведения.
Уверена, глаза у меня полезли на лоб.
Мой спаситель здесь работает?
— Ольга Шишкина. Я вам очень благодарна за помощь и простите за возникшие проблемы, — на автомате произнесла.
— Для красивой девушки не жалко пострадать. Давайте я вас провожу, вызову такси, чтобы вы в безопасности добрались до дома.
— С-спасибо. Мне нужно сумочку забрать.
— Конечно.
Мы прошли в зал, Михаила здесь все знали, его приветствовали, он кивал в ответ. Кому-то протягивал руку. Подойдя к столику, на краю нашла сумочку, которую мне дала сестра. Открыла проверить, все ли на месте. Михаил стоял рядом и ничего не говорил. Спасибо ему за это.
— Можем идти, — тихо произнесла.
Мне дико хотелось покинуть этот дорогой ресторан. Забраться к себе в кровать и реветь. Меня затрясло, видимо, адреналин начал снижаться.
— Не волнуйтесь, о вашем кавалере позаботятся.
— Мы незнакомы, — вдруг выдаю я.
И вновь Михаил меня удивляет, что не настаивает, не задает вопрос. Просто поддерживает меня за локоть и ведет в гардероб.
Получив мое пальто, Михаил помог надеть его. И когда на мои плечи легли его сильные руки, я зажмурилась. Что дальше?
— Михаил, что за желание? — выдавила я наконец, голос дрожал, но я старалась держаться.
Мужчина медленно улыбнулся, наслаждаясь моей неуверенностью. Его глаза блеснули в полумраке ресторана.
— Желание я озвучу позже. Сейчас я посажу вас в такси. Доверьтесь мне.
И вот я еду в такси бизнес-класса, в салоне играет тихая музыка. А я не могу выкинуть из головы слова Михаила… О желании.
Ну вот такси остановилось у моего подъезда, водитель вышел из автомобиля и открыл мне дверь.
— Приятного вечера, — пожелал мне водитель и уехал.
Я решила чуть-чуть постоять на улице, чтобы остыть и прийти в себя. Смотрела, как от подъезда отъезжает такси. У соседнего подъезда хлопнула дверь, и я побежала в квартиру. Сейчас меня ждет расспрос с пристрастием. Владка хуже профи.
И я все ей рассказываю и начинаю реветь.
Глава 17
Я ввалилась в квартиру сестры, захлопнула дверь и прижалась к ней спиной, пытаясь унять дрожь в руках. Пальцы всё ещё помнили прикосновение сильных рук Михаила, когда он помогал надеть пальто, а в ушах звучала его фраза: «Желание я озвучу позже».
— Ну? — сестра сверлила меня взглядом. В руках у неё дымилась чашка чая, на лице — смесь любопытства и тревоги. — Вижу по глазам: что-то случилось. И не говори, что всё нормально.
Я сняла пальто, медленно повесила его на вешалку. Внутри всё клокотало — смесь страха, волнения и какого-то странного предвкушения.
— Ужин был… странным, — наконец выдавила я.
— Странным? — Владка приподняла бровь. — Олька! «Странный» — это когда официант перепутал блюда. А у тебя на лице написано: «Я только что пережила что-то, отчего до сих пор трясутся коленки».
Я рассмеялась — нервно, прерывисто.
— Ладно, — я прошла на кухню и плюхнулась на диван. — Мы с Давидом приехали в этот крутейший рестик, нам принесли меню. Всё шло хорошо. Давид был очень
