он абсолютно серьезно. - «Курица, пережившая
пожар в джунглях»?
Я покраснела до корней волос.
- Я старалась! Просто твоя плита... она слишком умная для меня.
Матвей хмыкнул, и в уголках его глаз собрались морщинки.
- Ладно, хозяюшка. Оставь это. Я закажу еду, а пока... мне нужен душ. День был адский.
Он ушел в сторону своей спальни, а я осталась стоять посреди кухни, чувствуя себя полной
идиоткой.
Я попыталась спасти ситуацию, выбросив «шедевр» в мусорку и начав мыть посуду.
Шум воды в душе прекратился.
Я как раз вытирала тарелку, когда боковым зрением заметила движение.
Повернулась и... тарелка выскользнула из моих рук. К счастью, Матвей поймал ее в сантиметре
от пола.
Проблема была в том, что на Матвее не было ничего, кроме белого полотенца, небрежно
обмотанного вокруг бедер. И все.
Капли воды стекали по его широкой груди, путаясь в темных волосках, скатывались по рельефному прессу, исчезая под кромкой полотенца. На правом плече у него был небольшой шрам, который делал его идеальное тело каким-то... настоящим.
Я забыла, как дышать. Мой взгляд, против воли, совершил экскурсию от его мокрых волос до V-
образной мышцы внизу живота.
- Глаза выше, Лера, - его голос был хриплым, с ноткой насмешки.
Я вскинула голову, чувствуя, что мое лицо сейчас можно использовать вместо красного сигнала
светофора.
Матвей стоял очень близко. Он держал спасенную тарелку, но смотрел на меня. И в его взгляде
не было ничего преподавательского.
· Я... я думала, ты оденешься в ванной, - пролепетала я.
· Я забыл чистую одежду в гардеробной, - он кивнул на дверь за моей спиной. - А я думал, ты
сидишь в гостевой.
Мы стояли в тишине. Воздух между нами стал плотным, горячим. От него пахло гелем для
душа и свежестью.
Матвей сделал шаг ко мне. Я вжалась поясницей в столешницу.
Он поставил тарелку на стол позади меня, нависая надо мной. Его влажная грудь была в паре
сантиметров от моего носа.
· Тебе идет моя футболка, - тихо произнес он. - Но она слишком короткая.
· Я... я верну ее.
· Не спеши, - он протянул руку и коснулся пряди моих волос. - Славик звонил. Что? - я моргнула, с трудом переключаясь с его полуголого торса на реальность.
· Славик. Твой друг айтишник, обрывал рабочий телефон, искал тебя. Переживал, что ты не
вышла на работу.
Мне показалось, или в его голосе прозвучали стальные нотки?
· И что ты ему сказал?
· Что ты на больничном. И что ты в надежных руках.
Матвей смотрел мне прямо в глаза. Его зрачки были расширены.
Ты ведь в надежных руках, Лера?
· Ara...
Он еще секунду смотрел на мои губы, словно решаясь на что-то. Потом резко отстранился и
отступил.
- Пойду оденусь. Доставка будет через двадцать минут. Не сожги кухню за это время.
Когда он ушел, я сползла по шкафчику на пол, обмахивая лицо руками.
- Спокойно, Дмитриенко. Дыши. Это просто пресс. Просто очень красивый, рельефный пресс...
О господи...
Я поняла одно: жить с Матвеем под одной крышей будет сложнее, чем сдать экзамен по международному праву. Потому что с каждым часом мне все меньше хотелось учить право и все больше хотелось нарушать правила.
Особенно правило «не заходить в спальню».
Глава 12.
Два дня спустя я вернулась в строй. Температура ушла, оставив после себя лишь легкую
слабость и воспоминания о руках Матвея, меняющих компрессы.
В офис я пришла с боевым настроем. Моя цель была проста: работать так, чтобы Матвей
перестал видеть во мне «бедовую студентку» и начал уважать.
И, конечно, заработать на погашение долга, чтобы выкупить свою свободу (хотя, честно говоря,
рабство у Миронова мне начинало нравиться).
День не задался с порога.
Во-первых, Алина Громова была уже там. Она сидела на диване в приемной, листая журнал, и
выглядела как хозяйка медной горы.
- О, явилась, - протянула она, не отрываясь от статьи «Как потратить миллион за час». - Я
думала, тебя уволили за профнепригодность.
· Не дождетесь, - я прошла к своему столу, стараясь держать спину прямо. - Я болела.
· Болела? Бедняжка. Надеюсь, не заразно? А то Матвей такой брезгливый...
Я проигнорировала шпильку и включила компьютер. В голове пульсировала только одна задача: презентация. Матвей доверил ее мне вчера вечером, коротко бросив по телефону: «Сделай красиво. Ты дизайнер, у тебя глаз наметан.».
Я корпела над слайдами до двух часов ночи. Это была не просто презентация, это был визуальный экстаз: глубокие темно-синие фоны, напоминающие ночное небо, минималистичные шрифты и инфографика, которая читалась как поэма. Без ложной скромности - это был мой шедевр.
· Где Матвей Александрович? - спросила я, не глядя на Алину.
· Уехал на встречу. Будет к совещанию. Кстати, принеси мне воды с лимоном.
· Кулер в коридоре, стаканы там же. Ручки есть, ножки есть - вперед, Алина Викторовна. Я вам
не официантка.
Алина захлопнула журнал с таким звуком, будто выстрелила.
- Ты слишком много себе позволяешь, девочка. Ты здесь никто. Случайный эпизод.
Она встала и подошла к моему столу. Как раз когда я открыла файл с презентацией, чтобы
проверить.
- О, это для инвесторов? - Алина наклонилась, глядя в экран. - Миленько. Но слишком...
простовато. Папа любит графики посложнее
· Матвей Александрович утвердил концепцию.
· Hy-ну.
В этот момент у меня зазвонил телефон. Это был курьер с доставкой канцелярии.
- Я сейчас, - бросила я и выбежала в коридор встретить курьера.
Меня не было ровно три минуты. Когда я вернулась, Алины в приемной уже не было.
- Фух, ушла ведьма, - выдохнула я, садясь в кресло.
Ввела пароль. Открыла папку «Совещание». Пусто. Холодок пробежал по спине.
Холодок, начавшийся где-то в пятках, медленно пополз к затылку. Я проверила корзину, там было чисто. Проверила облачное хранилище, там висел лишь пустой шаблон, созданный неделю назад. Файла, над которым я дрожала всю ночь, не было. Его стерли. Профессионально.
Нет, нет, нет... - зашептала я, судорожно кликая мышкой. - Этого не может быть. Я же
сохраняла!
До совещания оставалось двадцать минут.
Дверь распахнулась, и вошел Матвей. В идеально сидящем костюме, энергичный, собранный.
- Лера, все готово? Инвесторы уже поднимаются. Скинь презентацию на сервер переговорной.
Я подняла на него
