на телефоне. — Я подумаю.
Несколько минут висела приятная тишина: мы пили мохито, и я параллельно фотографировала друзей, стараясь запомнить этот момент надолго. Слушала пение птиц, сидящих на ветках дерева прямо над нами.
И, допив своё мохито, Элиза провозгласила:
— Давайте встречаться на этом же месте каждый год?
— Давайте, — ответила я, улыбаясь. Было бы неплохо.
— Договорились, — в один голос сказали блондины, и мы связали эту клятву мизинцами.
Мне страшно смотреть в завтрашний день, и я хочу наслаждаться только сегодняшним. Страшно подумать, что будет через год, сдам ли я экзамены и куда буду поступать я? Не разойдёмся ли мы с Аароном?
Но эта клятва на мизинцах… хотелось бы мне, чтобы она не была забыта через несколько лет…
Эпилог
Моя рука уже в сотый раз за последние пять минут дёргает до одурения неудобный галстук, стараясь то ослабить его, то затянуть потуже. Я стараюсь перестать суетиться, потому что, стоит Лауре увидеть это, она начнёт беспокоиться. А сегодня всё должно быть хорошо.
Я не пишу Лауре каждую минуту, чтобы узнать, как скоро она выйдет. Просто смиренно жду. Это ведь девушки, они всегда собираются по часу и ещё столько же смотрят в зеркало, чтобы точно понять нормально ли они выглядят, не нужно ли докрасить губы или нанести какую-то дрянь на лицо.
Экран телефона засветился — пришло сообщение от Лауры.
Лаура: Ты там ещё не сбежал? У меня ЧП.
Я: Что случилось? Помада в унитаз нырнула?
Лаура: Хуже! Мурзик… он… немного…
Я: Что?
Лаура: Он мне немного порвал платье.
Я: Как это — немного?
Лаура: Я сейчас выйду! Увидишь!
Томно вздохнув, я запрятал телефон в карман и стал ждать, пока моя принцесса в испорченном платье явится ко мне. Двери подъезда открылись через несколько минут, и я повернулся на стук каблуков.
От её женственности у меня переворачиваются все органы. Мурашки встают дыбом, а каждая мышца в теле становится натянутой. Лаура надела чёрное обтягивающее платье, которое так идеально-красиво выделяет её бёдра, что у меня нет сил оторвать от них взгляд.
— Только не смейся… — предупреждающе просит Лаура, едва сдерживая собственную улыбку.
— Не буду.
Лаура убирает руки с груди, и я замечаю тонкую, но длинную дырку прямо на груди, через которую просвечивается бежевый лифчик. Сжимаю губы и смотрю ей в глаза.
— Не страшно. Смотри, — забирая тёмные накрученные волосы со спины, перекидываю их на плечи, и они идеально спадают на грудь, прикрывая маленький казус.
— А если кто-то увидит…
— Просто не трогай волосы, — кладя руку на талию, я веду Лауру к машине. Не в силах сдержать хотя бы один комментарий, говорю, отчего девушка сразу хмурится: — А Мурзик не глупый, знает, что надо делать.
— Прекрати! — возмущаясь крикнула Лаура, сев на переднее сиденье.
Я погладил её по волосам, отчего она блаженно прикрыла глаза и расслабила возмущающееся лицо, после чего завёл машину.
Выпускной… это кажется таким важным и завершающим моментом подростковой жизни. Я думал, что мне будет всё равно ещё в сентябре. А потом встретил её — девушку, которая приносит в мою жизнь смысл. Без неё я просто существовал, теперь же — живу и наслаждаюсь каждым моментом, проведённым рядом с ней.
Она не просто центр моей Вселенной, как многие говорят.
Она и есть эта Вселенная.
♡♡♡
В коридорах школы достаточно тихо, потому что вся суматоха в актовом зале — оттуда доносится громкая музыка и шум людей. Я придерживаю Лауру за талию, когда она медленно хромает к актовому залу.
Не выдерживая, я подхватываю её на руки, просовывая руки под коленями. Лаура охает и хватается за мою шею.
— Зачем ты?..
— Зачем ты обувала каблуки, если они тебе натирают ноги?
— Злишься, что я не умею ходить на каблуках и мы опаздываем?
— Нет, я не злюсь. До начала всё равно ещё десять минут. Я беспокоюсь о тебе.
Лаура вздыхает.
— Хотела быть красивой!
— Ты же в курсе, для меня ты всегда прекрасна. И на каблуках ты или в кроссовках, в платье или в шортах, — мне без разницы. Как ты собираешься проходить так ещё целый вечер?
— Только вечер? — удивляется она. — Я думала, вы там соберётесь пойти праздновать… ну, в клуб или в парк, встречать рассвет.
— Да, мои собираются, но я отказался.
— Чего?
— Мне нужна только твоя компания, Лаура. Мы вместе пойдём в парк или вместе поедем в другое место. Но вместе.
— Выпускной же у тебя, с твоим классом, а не со мной!
— Мне всё равно, — я не сильно подбрасываю её, чтобы взять поудобнее, и в этот момент целую в кончик носа.
Я поставил Лауру на ноги только тогда, когда открыл дверь в актовый зал и вошёл туда. Девушка спешно поправила платье и перекинула волосы наперёд. Потом к ней подбежала Элиза, и я потерял её на некоторое время.
За этот промежуток, что я находился без Гномика, я сфотографировался с одноклассниками — по просьбе классного руководителя. Потом они стояли и смеялись, а кто-то из девочек тёр края глаз, ловя пальцами слёзы. Я стоял вдалеке от всех, потому что не имел того самого «классного духа» и не желал стоять и вспоминать прекрасные школьные годы с одноклассниками.
Элай разделял со мной это желание, и вскоре мы уже вдвоём стояли у стенки.
Я не знал, куда мне деть свой взгляд и чем себя занять. Без Лауры поистине скучно. Наши девушки также делают фотографии, на задний фон которых ненароком попадаем мы. Они смеются и болтают о выпускном, который ждёт их в следующем году.
— Аарон!
Услышав знакомый писклявый голос, от которого у меня остановилось сердце, я тотчас повернул голову к входным дверям и замер, быстро захлопал глазами. Софи, наряжена в нежно-голубое платье, синие колготки и такого же цвета балетки, бежала ко мне галопом, на бегу поправляя маленькую диадему, спадающую с её головы.
Мне пришлось согнуться, чтобы подхватить её под мышки и взять на руки.
— Софи? Почему ты здесь?.. А где отец?
— Сказал, что подойдёт, когда докурит.
Не верилось, что он уступил своей гордости и обиде, и привёз мне сестру. Софи настолько довольна оттого, что увидела меня, что даже заплакала. Сестра даже помахала Элаю, который ей не особо и нравился.
Лаура смотрела на нас. Улыбалась. А потом подошла, чтобы поздороваться с Софи.
— Привет!
— О, Лаура!
Заразительный детский смех затих, когда в зал зашёл отец. Его лицо не было суровым, каким было в нашу с
