часть моего сознания.
[…1… Контакт установлен! Базовый щит выживания активирован!].
Удар о землю был жестким, но не смертельным. Мы рухнули на широкий каменный уступ, поросший мягким изумрудным мхом, в сотне метров от дна ущелья. Щит Системы сработал как подушка безопасности, погасив инерцию падения, но тут же растворился в воздухе.
Я лежала на спине, судорожно глотая воздух. Небо над нами было затянуто розовыми ветвями цветущего дерева, чудом выросшего на краю пропасти. Лепестки медленно осыпались на нас, словно конфетти на дурацкой свадьбе.
Тишина длилась ровно секунду.
А затем я почувствовала холод. Ледяной, обжигающий металл прижался к моей сонной артерии.
Я скосила глаза вниз. Шэнь Цзыжань нависал надо мной, опираясь одним коленом о землю. Его белые одежды немного запылились, прядь черных волос выбилась из идеальной прически, упав на лоб. Но в его глазах не было ни капли романтики. Там плескалась холодная, расчетливая жажда крови. В правой руке он держал свой легендарный меч «Раскалывающий Иллюзии», лезвие которого слегка вдавилось в мою кожу.
— Линь Юэ, — его голос был низким, бархатистым и пробирал до костей. Словно шепот самой смерти. — Я не знаю, какую грязную демоническую технику ты только что применила, чтобы изменить гравитацию. Но твой запас удачи исчерпан. Твои грехи перед кланом Белого Лотоса непростительны. Твоя попытка отравить Сяо Мэй — это твой конец.
Он чуть надавил на лезвие. По моей шее скользнула горячая капля крови.
Мой мозг, натренированный на разрешение самых безнадежных корпоративных конфликтов, включился на полную мощность. Паника — плохой советчик. Анализ ситуации: у меня нет оружия, у меня (пока что) нет понимания, как пользоваться магией этого тела, а на меня наведен меч сильнейшего человека в Империи, который имеет полное моральное право меня прикончить.
Оправдываться? Бесполезно. Умолять о пощаде? Он презирает слабость. Угрожать? Смешно.
Нужно сломать шаблон. Вызвать когнитивный диссонанс. Заставить его остановиться хотя бы на минуту, чтобы я могла взять управление переговорами в свои руки.
[Внимание, Пользователь! В рамках жанра «Романтическая комедия» агрессия недопустима. Система рекомендует использовать инструмент: «Внезапное признание»].
«Внезапное признание? Ты в своем уме, железка?!» — мысленно рявкнула я, но вслух произнесла совсем другое.
Я сделала глубокий вдох, игнорируя лезвие у горла, посмотрела прямо в эти пугающие грозовые глаза и позволила своим губам изогнуться в слабой, почти трагической усмешке.
— Убей меня, Грандмастер Шэнь, — прошептала я, вложив в голос всю искренность, на которую была способна. — Убей, если это принесет покой твоему сердцу. Но перед тем, как клинок отделит мою голову от тела, позволь сказать правду. Всего одну правду, которую я скрывала все эти годы под маской злобы и желчи.
Рука Шэнь Цзыжаня дрогнула. Совсем чуть-чуть, едва заметно, но лезвие замерло. Его брови сошлись на переносице.
— Какие еще лживые речи ты приготовила, змея? — процедил он, не убирая меча. — Ты отравила чашу Сяо Мэй. Это факт.
— Я отравила ее не потому, что ненавижу ее, — я театрально прикрыла глаза, позволяя одной-единственной слезе скатиться по щеке (спасибо курсам актерского мастерства для топ-менеджеров). — Я сделала это от отчаяния. От всепоглощающей, сводящей с ума ревности.
— Ревности? — в его голосе прорезалось замешательство.
Я резко распахнула глаза и уставилась на него взглядом отчаянно влюбленной женщины, которой больше нечего терять.
— Я люблю тебя, Шэнь Цзыжань! — выпалила я, вкладывая в слова интонацию на грани истерики. — Я любила тебя с того самого дня, как впервые увидела на тренировочном полигоне! Мое сердце обливалось кровью каждый раз, когда ты смотрел на эту Сяо Мэй своими нежными глазами, а на меня — лишь с презрением. Мои интриги, мой яд, моя злость — это лишь крик израненной души, которая хотела привлечь твое внимание! Пусть даже ценой твоей ненависти!
Тишина, опустившаяся на уступ, была такой плотной, что ее можно было резать мечом.
Лицо Шэнь Цзыжаня превратилось в каменную маску. Его зрачки сузились. Он смотрел на меня так, словно я внезапно заговорила на языке древних жаб. Сильнейший воин клана, человек, способный разрубить гору одним взмахом, сейчас напоминал процессор, который поймал фатальную ошибку и завис.
[Дзинь! Шаблон сломан. Уровень сбитости с толку цели: 100%. Начислено 50 очков Романтической Комедии!] — радостно пискнула Система.
Я мысленно погладила себя по голове за блестяще проведенный первый этап антикризисного управления. Клиент в шоке, переговоры начались.
Осталось только придумать, как выжить в ближайшие пять минут.
Глава 2. Идеальное алиби, или Как спастись от казни с помощью корпоративного бреда
Тишина, повисшая над скалистым уступом, была поистине монументальной. Казалось, даже вездесущий ветер поперхнулся и стих, а дурацкие розовые лепестки сакуры замерли в воздухе, боясь нарушить момент.
Шэнь Цзыжань, Грандмастер клана Белого Лотоса, легенда боевых искусств и обладатель самого сурового профиля в Империи, откровенно завис. Я, как человек, проработавший десять лет в офисе, безошибочно распознала этот взгляд. Так смотрит стажер на принтер, который вместо квартального отчета внезапно начал печатать рецепты блинчиков на латыни.
Его мозг, натренированный на чтение сложных боевых трактатов и распознавание демонических иллюзий, отчаянно пытался классифицировать то, что он только что услышал.
«Я люблю тебя». Три простых слова, которые в контексте покушения на убийство и последующего сбрасывания со скалы звучали как абсолютный, концентрированный абсурд.
Холодное лезвие меча «Раскалывающий Иллюзии» все еще касалось моей шеи. Одна моя неверная мысль — и моя вторая жизнь закончится, не успев толком начаться.
— Что ты сказала? — его голос прозвучал глухо, словно из-под толщи воды. В серых глазах, всегда напоминавших грозовое небо, сейчас плескалось нечто среднее между шоком и брезгливостью.
[Дзинь! Подсказка Системы: Продолжайте давить на эмоции! В жанре «Романтическая комедия» не бывает слишком много драмы. Рекомендуемое действие: схватиться за лезвие меча голыми руками для демонстрации искренности].
«Заткнись, консервная банка! Я хочу жить, а не остаться без пальцев!» — мысленно огрызнулась я.
Вместо этого я включила режим «Антикризисный PR». Правило номер один в корпоративных скандалах: если тебя поймали на горячем, меняй мотив. Смещение фокуса — великая вещь. Убийство из злобы — это трибунал и казнь. Преступление из страсти, совершенное в состоянии аффекта из-за неразделенной любви — это уже совсем другая статья. Это драма. А в этом мире летающих мечников драму, судя по воспоминаниям оригинальной Линь Юэ, любили больше, чем рис.
— Я сказала, что люблю тебя, Цзыжань, — я намеренно отбросила официальное обращение «Грандмастер», позволив своему голосу
