месяц мы успешно избегали встреч друг с другом, но не приехать на день рождения подруги нельзя — Маришка всерьёз обидится.
— Юльчик, ты ко мне придешь, а не к нему! — выговаривала она несколько дней назад. — Не могу же я от кого-то из вас отказаться. Я вас всех люблю — и Андрея, и Юрку, и тебя. Хватит вашей холодной войны, в печёнках уже сидит то, как вы все друг друга избегаете. Андрей, правда, пытается с тобой и Юриком контакт наладить, но вы же упёртые оба. Вбили себе в головы, что он ко мне как-то не так относится. Ради меня посидите на выходных тихо-мирно за одним столом, а? Это для меня будет лучший подарок, можешь даже ничего не покупать.
В голову полезли пессимистические мысли. Не познакомься Юрик со своей невероятной девицей, я добиралась бы сейчас с ним в тёплой машине, а не мёрзла в тамбуре электрички с незнакомым разговорчивым попутчиком. А на даче осталась бы ночевать с Юриком в одной комнате. Я тихо вздохнула, вспомнив наши ночевки. Пора отвыкать. Прошёл месяц. Тридцать дней — оказывается, этого совсем мало, чтобы смириться с разрывом.
— Мы раньше не встречались? — снова подал голос стоящий рядом парень.
— Скорее всего, нет. Я вас не помню, — буркнула я.
— Девушка, а почему у вас глаза такие грустные? — попутчик бесцеремонно придвинулся ещё ближе и заглянул мне в лицо.
Пришлось отвлечься от телефона. Терпеть не могу, когда ко мне приближаются посторонние. Я отодвинулась и уперлась рукой в поручень. Если надоедливый парень не отстанет, придётся всё же впихнуться в вагон.
— Извините, я устала, хочу отдохнуть, — сдержанно проговорила я.
Он просиял довольной улыбкой, не отрывая взгляда от моего лица. Я вздохнула поглубже. Попутчик упорно не хотел понимать не только намёков, но и прямого объяснения, что я не жажду с ним общаться.
— А я вспомнил, где вас видел! — радостно сообщил он. — Вы же с Юркой Кожевниковым встречаетесь!
Меня словно по голове стукнули. Я тупо уставилась на незнакомого парня. Вроде всех приятелей Юрика за год узнала, этого типа точно сегодня вижу впервые.
— Тоже к Марине на день рождения едете? — продолжал он. — А чего на электричке, а не с Юркой?
Тоже к Марине? Вот только этой болтливой бестактной личности мне среди Маришкиных гостей для полного счастья и не хватало! Мне и в голову не приходило, что кроме двух парочек и меня на дачу могли пригласить кого-то ещё. Маришка больше никого не упоминала в разговорах, на праздники она собирает всегда только самых близких друзей, и этого парня среди них точно нет. Правда, Ярослава даже к дальним приятелям Марины пока что не относится, подруга впервые увидит её сегодня, на дне рождения. Но Ярослава — другое дело, девушке Юрика можно явиться на Маришкин праздник.
Настроение с нуля ушло в минус. Хотелось плакать и домой, но ни того, ни другого я себе позволить не могла.
— Мы уже не встречаемся, — сухо сказала я.
И внутренне сжалась, приготовившись к бесцеремонному вопросу: «Почему?» Люди вообще любят с садистским удовольствием задавать неудобные личные вопросы, особенно посторонним. Однако углубляться в тему приятель Юрика не стал.
— Мне же лучше, — весело заявил парень. — Я так понял, там все по парам, а я один еду. Вот с вами и буду общаться.
Я вздохнула ещё глубже. В голове закрутились простейшие вычисления. На дне рождения Маришки будет её бойфренд Андрей, Юрик со своей девушкой-мечтой, я и этот незнакомый тип. На даче три комнаты. Электричка и автобус из «Лесного» в город идут только утром. На машине ночью с дачи тоже вряд ли кто-то уедет — ни Андрей, ни Юрик абсолютными трезвенниками не являются и, естественно, выпьют за столом за здоровье Маришки. Разъедется компания в воскресенье ближе к вечеру, дожевав все закуски и салатики. Внимание, вопрос: каким образом мы будем размещаться этой ночью в комнатах? Впрочем, вопрос риторический, ответ известен заранее, и он меня совершенно не устраивает.
— Вас Марина пригласила или Юрий? — прохладным голосом поинтересовалась я. — Мне казалось, я знаю всех их друзей. Странно, что мы раньше не встречались.
— Можно сказать, оба пригласили. В общем, ничего странного, что не встречались, я Кожевниковых давно не видел, — жизнерадостно принялся рассказывать попутчик. — Мы с Юркой в школе в одном классе учились, а дальше как-то потерялись. Он в институт, я — в армию… В общем, встретились на днях случайно, посидели в кафе, поговорили, школу вспомнили. Вот Юрка с Мариной меня и пригласили — знакомство возобновить.
Я стиснула зубы. Ну, Маринка, погоди! Я тебе потом всё выскажу! Несложно догадаться, зачем подруга позвала на день рождения случайного человека, с которым годами не общались ни она, ни Юрик. Я не просила устраивать мою личную жизнь, тем более — организовывать нежданное знакомство при всех: Юрике, его пассии и Андрее. Надо ж было додуматься до такого — обеспечить меня на вечер и ночь вниманием незнакомого парня. Лучше бы Маришка вообще не звала меня на день рождения, я бы только обрадовалась. Можно было потом посидеть с ней где-нибудь в кафе и отдать подарок.
Не хочу лишний раз видеть ни Юрика с его девушкой-мечтой, ни Андрея, который полтора года морочит доверчивой Марише голову, рассказывая о своём неудачном браке. И семейные узы у Андрея уже года два как трещат по всем швам, и с женой скандалы постоянные, и семья пребывает в хроническом состоянии развода. И попробуй объяснить очумевшей от любви Маринке, что состояние развода — это когда муж и жена всерьёз собираются разойтись и строить дальнейшую жизнь друг без друга, а не периодически скандалят из-за всякой ерунды! Объяснить пыталась и я, и Юрик, и родители Маринки, но подруга не хочет ничего слышать.
— И где же вы меня видели? — кисло спросила я.
— На фотографии, у Марины в телефоне.
Странно, что Маришка показала парню нашу с Юриком совместную фотку. Раз уж решила посводничать, так хоть не давала бы намёков на предысторию.
Мне всё больше хотелось вернуться домой, но это было уже невозможно. От Садов вот-вот отойдёт последняя электричка, и я на неё не успеваю. Других остановок по дороге нет. Сколько может затребовать таксист — страшно представить. Да и вряд ли найдётся водитель, который пожелает приехать вечером в такую глушь, чтобы отвезти меня в город.
За стеклом вагонной двери проносилась осень во всей красе. Наряженные в жёлтые и красные цвета деревья роняли новые листья на пёстрый ковёр из зелёных
