меня, обычно уравновешенную и спокойную, на такие эмоции?
Но Артур не растерялся. И, кажется, мне пора усвоить, что на словесном поле битвы мне у него никогда не выиграть. Он вдруг расслабился, его взгляд со злого сменился на оценивающий, на губах расцвела порочная улыбка, и этим самым взглядом он медленно, словно сканером, прошелся от моей макушки до пят и обратно. Я снова почувствовала себя голой, потому что чертова хлопковая пижама не прикрывала вообще ничего, и под этим оценивающим осмотром ощутила свою наготу еще острее.
— Все, что я увидел, очень даже «то». Я оценил, не переживай.
Поведение этого мужчины выбивало меня из колеи, как и резкие смены его настроения. Да, я проспала и опоздала. Но это вовсе не повод врываться и обвинять меня черт знает в чем, а потом как ни в чем не бывало раздевать меня взглядом, как будто я какая-то дешевая девка, которую сняли на ночь. Если Артур продолжит так себя вести, я просто не выдержу! Такие качели вообще не для меня.
— Не знаю, что вы имеете в виду. Возможно, что вам нравится вид опухшей растрепанной алкоголички, за которую вы меня приняли, — безжалостно раскритиковала я себя. — Но хочу сказать, что глаза опухли потому, что я дочитала сценарий. И ревела над ним, как малолетняя дурочка. Я, чтобы вы знали, уснула только в восьмом часу, потому что не могла успокоиться, из-за этого и проспала. И между прочим, вчерашний день тоже был не самым легким для меня. Еще раз говорю: этого больше не повторится. А если вы отойдете от двери, я смогу пройти в ванную и привести себя в порядок. Через полчаса буду готова.
Несмотря на то, что я полночи лила слезы, глаза снова защипало от набежавшей влаги. Казалось бы, все уже выплакала, но нет. Мне стало так обидно, так стыдно за то, что я подвела, что захотелось разреветься, а еще — немедленно скрыться за дверью, чтобы сбежать от острого взгляда этого мужчины.
Желая осуществить задуманное, я направилась прямо на стоявшего в дверях Артура, от переживаний совершенно не приняв во внимание нашу несколько разную весовую категорию. Он возвышался надо мной, как темная скала, в своей неизменно черной одежде. У него вообще есть в гардеробе светлые вещи? Я намеревалась отодвинуть Артура с дороги, но мне, разумеется, это не удалось. Он поймал меня за плечи, заставил посмотреть себе в глаза.
— Не злись, куколка. И не надо плакать. Я ведь уже не злюсь, хотя собирался как минимум откусить тебе голову.
— Куколка? — опешила я от нового прозвища.
— Да. Ты похожа на куклу. Такая же нереально красивая.
Я закатила глаза, оценив сарказм. Назвать меня сейчас красивой можно было лишь с очень большой натяжкой, так что я уже более решительно толкнула Артура в грудь, чтобы наконец убрался с дороги. Спускаясь по лестнице, я услышала тихий смех, который показался мне ужасно самодовольным.
Как и обещала, сборы не заняли много времени, и уже через полчаса я, полностью собранная, предстала перед Артуром, пьющим кофе на кухне. Похоже, в этой квартире он бывал не раз и чувствовал себя здесь как дома. Я поняла, что он уже совсем успокоился, да и я чувствовала себя увереннее. Выпить кофе я, разумеется, не успевала, да и посчитала наглостью тратить время еще и на это. Итак задержала репетицию.
До театра мы домчались быстро, потому что находился тот действительно недалеко. Пока мы ехали, я просмотрела свои сообщения и звонки. Среди неотвеченных с трепетом обнаружила и смс от Макса. Он переживал, куда я пропала, и меня кольнуло чувство вины. Действительно, вчера со всеми событиями из головы совершенно вылетело, что обещала написать ему. Я покосилась на Артура, который не смотрел на меня и, судя по напряженному выражению лица, был погружен в свои какие-то невеселые думы, и быстро отправила Максу ответ, что мы сможем встретиться сегодня. Почему-то не хотелось, чтобы Артур видел, кому и что я пишу.
Перед входом в театр я немного замешкалась, чувствуя робость и волнение.
— Не переживай, коллектив у нас хороший, — увидев, как я вытираю вспотевшие ладони о шорты, попытался подбодрить меня Артур. — В любом случае, они тоже заинтересованы, чтобы в труппе появилась актриса на главную роль.
Артур проводил меня до зала, где проходили репетиции, скомкано представил и удалился, оставив наедине с актерами. Я даже не знаю, что почувствовала: облегчение, что мощная аура начальника больше не довлеет надо мной, или разочарование, что лишилась поддержки Артура, который тоже мной недоволен, но он хотя бы выбрал меня на кастинге, а значит хоть немного верит в мой успех.
Несмотря на его слова, коллектив встретил меня настороженно, и мое опоздание только добавило негатива. Ну конечно! Какая-то непонятная девица, которой вдруг отдали главную роль. Не успела прийти, а уже нарушает правила и заставляет себя ждать. Я бы на их месте тоже злилась.
Увидев противного блондина, который был вчера в комиссии, я напряглась. Оказалось, что это режиссер-постановщике Эдуард, который тут же попросил называть себя исключительно Эдиком. Когда я поняла, что с ним придется взаимодействовать даже чаще, чем с Артуром, чуть не застонала в голос от разочарования. Мне вспомнились вчерашние сальные взгляды, и я поняла, что с этим человеком будут сложности. Впрочем, я не в той ситуации, чтобы показывать недовольство. Придется как-то лавировать.
Из настороженных мыслей меня вывело громкое восклицание.
— Привет! Добро пожаловать в наш коллектив, — радостно проговорил Влад Ставров, приближаясь ко мне и протягивая обе руки, чтобы стиснуть в приветствии мою ладонь. От близости красавчика-актера щеки мои вспыхнули. Он, конечно, не самая большая звезда, но все же добился определенного успеха, чтобы такие простушки, как я, просили у него автографы. А тут стоит рядом, улыбается приветливо, руку пожимает. Просто сон наяву. — Значит, это тебя назначили моей новой Катериной и нашей палочкой-выручалочкой?
Влад шкодливо подмигнул, а я заставила себя стряхнуть оцепенение и искренне улыбнулась ему, взглядом и ответным рукопожатием благодаря за дружелюбие и поддержку.
— Надеюсь, что действительно смогу вытянуть эту роль, — продолжая улыбаться, ответила я, осмотрев на этот раз остальную труппу. — Простите что опоздала. Просто всю ночь читала сценарий, уснула только под утро, оттого и не проснулась вовремя.
Мне очень хотелось расположить к себе всех этих людей, ведь мне итак придется непросто, и облегчить трудную задачу сможет только теплая атмосфера.
— Вытянешь, куда денешься. А мы поможем, — приблизился ко мне и Эдик. Взгляд его оставался сальным, как и
