бы ударил…
Рассматривал лицо женщины в зеркало заднего вида. Просто пялился. Встретился с ней глазами. Обманчиво спокойная, собранная в пружину, она пантерой в засаде, всё ещё не остыла. Заметила мой взгляд, отвернулась.
Надо было выводить её из этого состояния. С её грёбаным козлом мужем я сам разберусь. Да вообще теперь её проблемы это моя забота.
— Лена, как зовут принцессу у тебя на руках?
— Маша.
— У Маши какие планы на вечер? Если Маша не против, можем поехать ужинать.
Девчушка кудрявым комочком прижималась к матери. Заинтересованно посмотрела на меня, я уловил её хитрые глазёнки, спросил:
— Ты сейчас чего хочешь?
— Мне мама не велит с чужими дядьками разговаривать, — был мне ответ.
Я растерялся. Не подумал как то.
— Понял. Больше не буду. Тогда я про себя расскажу, ладно?
Девочка кивнула.
— У меня два желания: Первое. Я хочу бутерброд с колбасой. А второе, — я посмотрел на Лену: — Лена, угадаешь моё второе желание?
Моя Лена спокойно посмотрела на меня в зеркало. И уж ответом отбрила, так отбрила:
— Я с чужими дядьками тоже не разговариваю и уж тем более в гости к ним не езжу.
Глава 22
— Я тебе за всё благодарна, Марк, но к тебе не поеду ни под каким предлогом.
— Лена, будем надеяться, предлог появится — он внимательно посмотрел на меня, потом улыбнулся Маше: — Мы поедем к тётушке, да, Маша?
Дочь тихо сидела у меня на коленях, притулившись головой к груди. Коротко кивнула Марку.
Я отвернулась к окну. Ядовитый, горький стыд придавил меня бетонной плитой. Мне было так безумно стыдно за ситуацию с мужем.
Марк видел всё собственными глазами, снова спас меня от мужика, собиравшегося меня искалечить. Марк как ангел хранитель второй раз оказался у меня за спиной.
Смотрела в окно, от стыда сгорала, делала вид что всё хорошо, а саму потряхивало:
— Спасибо тебе, Марк.
— Я столько ещё не воевал ни за одну женщину, — он лукаво улыбнулся.
Я вдруг спохватилась:
— Я, мне…
— Что случилось?
— Мой телефон. Там, дома у Виктора я забыла свой телефон.
— Тоже мне беда. Сейчас заедем, новый купим.
— И сумка моя там. С ключами. От квартиры тётушки.
— Ну да, ключи это хер… — он взглянул на Машу, — ключи это такая штука, что мы попросим дядю Дёму съездить за ними.
Марк притормозил у входа в парк. Взял телефон, говорил с помощником, я не слушала. С этим мужчиной всё было просто. Надо было вслух произнести вопрос и решение оказывалось перед тобой на блюдечке с золотой каёмочкой.
— Маша, командуй, — Марк повернулся к дочке: — Мы где будем ждать мамины ключи. В кафе с мороженым или в парк поедем?
— Я сегодня была в парке. И мороженого у меня целый животик, — Маша весело расхохоталась.
Я с удивлением смотрела на дочку. Обычно она была очень замкнутая. К чужим недоверчивая. А тут она стрекотала кузнечиком.
— Значит, в парк.
Марк открыл нам дверь, помог спуститься. Марк с Машей говорили всякие глупости, а у меня с каждой минутой всё ближе подбиралась истерика. Только теперь до меня постепенно доходило, что произошло.
У меня буквально подкосились ноги, я села на лавочку. Всхлипнула, шмыгнула носом.
— Эй, ты чего? — Марк присел возле меня: — Сейчас Дёма приедет, ключи привезёт. Не плачь.
Я подняла лицо:
— Муж сказал, что он выкрадет Машу и отберёт её у меня. А меня в дурдом сдаст.
— Он никогда так не сделает. За это не волнуйся.
— Ты его не знаешь.
— Он меня не знает.
Я искоса посмотрела на Марка. Красивый мужчина. Широкоплечий, высокий, сильный. Он и я как в песне: дельфин и русалка. Странное у нас знакомство. Вечно он меня спасает. А я умудряюсь влипнуть в неприятность.
— Марк, я всё хочу сказать. Мне так неудобно. Мы почти незнакомы…
— Не понял. Что ты хочешь сказать?
— Но ведь ты так занят, а тратишь на мои проблемы время.
— Время самое дорогое что у нас есть, ты права. Я много работаю и например, уехать на Ямайку на пару недель это заморочка для бизнеса. Да, для бизнеса выпадаешь на день и деньги ломаются. Так устроен механизм. Но у меня есть помощники. Есть цель. Есть приоритет — это жизнь. Ты украшение моей жизни. Я трачу своё время на тебя. Всё логично.
У меня от его слов взмокло платье на спине. Во-первых, я точно знала, что не могу никому понравится. Я самая обычная, из всех достоинств — только волосы. Грудь тяжёлая, из за этого ноги кажутся короткими. Я то видела себя в профиль. Опять же растяжки после Машуни до сих пор никуда не делись, да и вряд ли денутся. Виктор не раз меня тыкал носом, что я не похожа на ухоженных дамочек. Наверное, с Мариной меня сравнивал.
Из размышлений в реальность меня вернул голос Марка:
— Ты чего молчишь?
— Нет, нет. Так не должно быть.
— У тебя глаза красные. Опять слёзы?
— Это у меня привычка плохая. Чуть что, плачу.
— Я заметил. Носик такой смешной. Тоже красный.
Я шмыгнула носом, засмущалась, отвернулась.
Он шепнул мне на ухо:
— Хочу, чтоб ты не плакала никогда. Ну, разве что, от радости в моих объятиях.
Я помалкивала, вот нахал! Закусила губу и тихонько млела от его слов. От его запаха, вообще от его присутствия. Сто лет мне мужчины не делали комплиментов. А тут такое!
— Лена, ты не маленькая. Отлично понимаешь, что я влюблён в тебя.
Всё, у меня мозги отказывались соображать, я промямлила:
— Нет, пожалуйста, не продолжай. Наш разговор приведёт нас в никуда. Я замужем.
— Это ты сейчас о чём?
— О том, что я по закону жена Виктора Ларина. Мне надо сначала развестись. А уж потом…
— Что будет потом?
— Потом мне надо будет принять решение. Сейчас я даже не могу ответить на твоё чувство.
Говорила, а сама хотела откусить себе язык. Что я несу. Передо мной мужчина мечты, а я несу какой то бред, сохраняя верность — кому?! — Виктору…
Я смотрела, как Машуня бегает по лужайке подбрасывая листья в воздух. Встала, собираясь позвать Машу. Неожиданно Марк обнял меня за талию, прижал к себе.
Заставил смотреть в глаза, я вся трепетала, понимая, что сейчас произойдёт.
Его поцелуй — …плотные губы — смелые, жаркие, безумно наглые скользнули сначала легко, чуть слышно. Через секунду впечатались в меня, его язык нахально чуть скользнул вовнутрь, разжал мне губы.
Оставил терпкое послевкусие, что то
