поцелуй, и почувствовала, как он улыбается в мои губы. Разорвав поцелуй, я прошептала: — Я люблю тебя.
Его взгляд скользнул по моему лицу.
— А я тебя больше всех.
КРИСТОФЕР
Поскольку Дэнни и Райкер через четыре месяца улетают в Африку, я просматриваю местные компании, которые могли бы укрепить наши позиции при расширении. В Южной Африке есть одна фирма по электронной коммерции, которая выглядит довольно стабильной.
Мой телефон начинает звонить. Видя на экране имя мамы, я отвечаю:
— Да?
— Привет. Дэш еще в офисе?
Мой взгляд мгновенно падает на время в углу монитора. Видя, что уже полвторого, я отвечаю:
— Она уехала без четверти час. Разве она не у тебя?
— Нет. И я пытаюсь дозвониться ей, но постоянно попадаю на автоответчик, — говорит мама, и в её голосе проскальзывает тревога.
— Я сам попробую. Перезвоню тебе, — бросаю я и, сбросив вызов, набираю номер Дэш.
Идут гудки, но никто не отвечает. Я пробую снова. С каждой секундой беспокойство нарастает. Поднявшись, я иду в кабинет Дэнни.
— Мне нужны ключи от твоей машины.
— А где твоя? — спрашивает она, доставая ключи из сумочки.
— Она у Дэш, и она не берет трубку.
Дэнни хмурится.
— Это еще не значит, что тебе нужно включать «альфа-режим». Дай девочке спокойно пообедать.
Зло зыркнув на сестру, я выхватываю ключи.
— Она должна была встретиться с мамой тридцать минут назад.
— Черт, — бормочет Дэнни. — Уверена, с ней всё в порядке. Может, застряла в пробке.
— Надеюсь.
Выходя из офиса, я открываю приложение для отслеживания своей машины. Увидев её местоположение, я тут же звоню маме. Как только она отвечает, я спрашиваю:
— Ты на Беверли-бульвар, верно? Дэш там?
— Я здесь. Твоя машина припаркована через дорогу, но её самой нигде нет. Ты до неё дозвонился? — спрашивает мама.
— Я уже еду, — говорю я, чувствуя, как тиски тревоги сжимают сердце.
С ней всё хорошо. Сохраняй спокойствие.
Добежав до машины Дэнни, я запрыгиваю за руль. Мне трудно соблюдать скоростной режим, лавируя в потоке машин. Я продолжаю набирать номер Дэш, и с каждым безответным звонком кажется, что хватка на моем сердце становится всё крепче.
Выехав на Беверли-бульвар, я вижу впереди свою машину и паркуюсь прямо за ней. Выскочив наружу, я оглядываюсь по сторонам, но Дэш нигде нет. Я подхожу к своему авто и дергаю ручку водительской двери. Кровь стынет в жилах, когда дверь открывается, и я вижу сумочку Дэш на пассажирском сиденье, а ключи — на консоли.
Я хватаю её сумку и, открыв её, нахожу телефон.
Черт.
— Кристофер? — слышу я голос мамы. Оглянувшись через плечо, я вижу, как она переходит дорогу.
— Всё еще никаких следов? — спрашиваю я.
Она качает головой, и я снова озираюсь. Прошел уже целый час. Она бы никогда не оставила ключи и сумку в машине.
Черт, что-то случилось.
Достав телефон, я набираю номер брата.
— Какой сюрприз, — отвечает Тристан.
— Дэш пропала. — От этих слов, произнесенных вслух, внутри всё переворачивается, а сердце начинает бешено колотиться. — Ты мне нужен.
— Где ты? — спрашивает Тристан.
— Беверли-бульвар, 7415. — Я даю ему адрес.
Завершив звонок, я забираюсь в свою машину, чтобы проверить видеорегистратор. Нажимаю кнопку воспроизведения и смотрю запись того, как машина ехала по дороге.
— Кристофер... — шепчет мама, её голос дрожит от волнения.
— Дай мне минуту, — бормочу я, стиснув челюсти.
Я вижу, как машина останавливается. Слышу, как Дэш шевелится, а затем её испуганный вдох: «Что за чертовщина?»
Мои мышцы напрягаются, когда я слышу приглушенный крик, после чего запись обрывается.
Становится трудно дышать. Я слышу, как мама говорит в телефон: — Картер, ты должен приехать немедленно. С Дэш что-то случилось.
Я не могу больше ничего воспринимать. Закрыв глаза, я пытаюсь осознать произошедшее. Чувствуя себя как в клетке, я выхожу из машины и снова оглядываю улицу. Паника просачивается сквозь меня.
Где, черт возьми, Дэш?
Я закрываю лицо рукой, осознавая, что её похитили. Это осознание прошибает меня дрожью. Я убью того, кто её забрал.
Боже.
Дэш.
Мама обнимает меня за плечи.
— Папа уже едет.
Я киваю, будучи не в силах переварить тот факт, что Дэш пропала, что её забрали. Я понятия не имею, кому она могла понадобиться. Ради выкупа?
Когда машина Тристана с визгом тормозит за автомобилем Дэнни, я направляюсь к нему. Как только он выходит, он спрашивает: — Ты что-нибудь выяснил?
— Её забрали здесь, но на регистраторе ничего не видно.
— Дай я проверю. Скорее всего, за ней следили. — Он достает телефон, и я слышу, как он говорит: — Алексей, можешь достать мне записи с камер видеонаблюдения в районе Беверли-бульвар, 7415 за последние два часа? — Спустя пару секунд он добавляет: — Спасибо.
— Мы должны позвонить в полицию, — говорит мама.
Я качаю головой.
— Как только мы их вызовем, у нас будут связаны руки.
Я возвращаюсь на водительское сиденье, а Тристан садится рядом. Мы начинаем просматривать записи с момента, как Дэш выехала из Indie Ink.
ГЛАВА 15
ДЭШ
Приходя в себя, я чувствую легкую пульсацию в голове и полную дезориентацию. Пытаюсь прокрутить память назад, но последнее, что помню — как ехала на встречу с тетей Деллой.
— Наконец-то, — слышу я мужское ворчание, и мои глаза резко распахиваются.
Зрению требуется мгновение, чтобы сфокусироваться, а затем на моем лбу пролегает складка — я смотрю снизу вверх на Джоша.
— Джош? — лепечу я, всё еще чувствуя заторможенность. — Что случилось?
— Тебе не давали права говорить, — рычит он. Когда наши взгляды встречаются, и я вижу абсолютную пустоту в его глазах, по моему телу пробегает волна ужаса.
Черт. Черт. Черт.
Испуганная тем, что может последовать дальше, я с трудом принимаю сидячее положение, от чего голова идет кругом. Джош медленно обходит меня кругом, словно хищник, выслеживающий добычу. О боже. Всё очень плохо.
Инстинкт выживания пробуждается во мне, но одним резким движением он пинает меня в живот. Я заваливаюсь на бок; невыносимая боль прошивает внутренности, лишая возможности дышать. Я вскрикиваю от муки.
— Заткнись! — я вздрагиваю от ледяного холода в его голосе, а затем он шепчет: — Ш-ш-ш… ни звука.
Боже, он безумен.
